Владимир Любимов – Квартал Юбийца (страница 1)

Владимир Любимов

Квартал Юбийца

Квартал Юбийца

Город, в котором я живу, не назовёшь маленьким, в нём есть несколько заводов, НИИ, ходят автобусы, трамваи, есть вся инфраструктура, присущая крупным городам. Там я родился, провёл детство. Мать и отец были приезжими, крестьянская нужда загнала их в город, познакомились они на спортивном празднике. Хоть время и было трудное, но отец настоял, чтобы мама стала домохозяйкой. Отца я практически не видел, в большую войну он ушёл добровольцем, вернувшись, он много времени уделял работе, желая, чтобы мы с мамой ни в чём не нуждались. Мама была сильно занята домашним хозяйством, из механизмов, облегчающих её труд, была только ребристая стиральная доска, о которой нынешнее поколение уже не имеет никакого представления. Так что я фактически был предоставлен самому себе.

В дошкольном возрасте я всё время проводил во дворе, где посредине была насыпана небольшая горка, видимо, из земли, вынутой из котлована для фундамента дома, где мы жили. Это было интересное место, потому что время от времени на ней мы, ребятишки, находили разные интересные вещицы, старинные монеты и, неизвестно как попавшие сюда, окаменелости морских моллюсков. Для нас они были настоящими находками. Однако взрослые были иного мнения и безжалостно изгоняли их из наших карманов. Но мы нашли способ их сохранения, выкапывая ямки в грунте, куда помещали свои сокровища, накрывали обломком стекла и засыпали землей; эти места мы называли «секретами». У каждого ребёнка, обитателя двора, был, как минимум один «секрет». Разорение «секрета» было тягчайшим преступлением. Наказанием для уличённых было непринятие в общую игру. А игр было много: салочки, казаки-разбойники, выбивалы, классики, фантики (не путать с фантами), незабвенный «чижик», прыгалки, пряталки (прятки), разножки, «испорченный телефон», игры на знание городов и кинофильмов, и даже игра с загадочным названием «штандар». Были игры и «на деньги» пристеночка и расшибец, но ввиду почти полного отсутствия монет у игроков, они были чрезвычайно кратковременными и не пользовались большой популярностью. Иногда во двор выходили взрослые, тогда начинался футбол, или волейбол, или лапта, или упражнения на турнике. Реже выходили шахматисты, но всегда собирали большую аудиторию. В детских играх было несколько признанных лидеров, они всегда участвовали и показывали мастер-класс. Но самые громкие успехи принадлежали двум взрослым, Феликсу и Мишке. Во всём дворе им не было равных – только они могли крутить на турнике «солнышко» и дальше всех метать снежки (благодаря им наш двор всегда выходил победителем в снежных баталиях). Феликсу не было равных в шахматных поединках, но он всегда играл только «на интерес». Мишка, тоже на спор, вызывался перекинуть снежок через наш пятиэтажный дом, и выигрывал. Когда во двор выходили эти персонажи, детвора прекращала свои игры и превращалась в зрителей, предвкушая интересное шоу. Во дворе нашего дома было всегда интересно, именно там происходила начальная учёба детворы навыкам умственным и физическим, а также социальному поведению.

Ближе к лету детвора разъезжалась, кто в деревню, кто – в пионерлагерь, более счастливые – на «юга». Я не попадал ни в одну из этих категорий, только один раз отец, получив на подработках большую плату, отправил на море нас с мамой. В остальное время у меня объявился товарищ по убиванию времени, это был сосед по подъезду, живший этажом выше, Вовка Пирожков. Он со своей мамой тоже занимал, как и мы, одну комнату, но у них был ещё балкон, на котором происходили наши шахматные баталии. Играл Вовка плохо, игра кончалась, как правило, им путём смешения фигур и объявления «армянской ничьёй». Меня это приводило в бешенство, и я убегал домой. Но уже на следующий день мир восстанавливался, и мы шли гулять во двор. Там через некоторое время снова возникал конфликт, в котором я отыгрывался путём обзывания его разными прозвищами, чем приводил его в ярость. Он бросался на меня с кулаками, я был моложе его и не мог дать отпора, но меня спасали ноги – Вовка не только плохо играл в шахматы, но и неважно бегал. Он мог пробежать метров 20, потом останавливался, чтобы отдышаться. Я тоже останавливался, через минут 5 гонка продолжилась. Во дворе бегать было неудобно, Вовка начинал хитрить и загонял меня в ловушки, где вымещал свою обиду. Поэтому я старался скорее выбежать на улицу, где схитрить было невозможно. На улицах преследование продолжалось. За лето мы в такой гонке успевали оббегать практически весь город. Это было очень познавательно, мы узнали, что в городе есть речка Бийца, набережная, сеть улиц и переулков в окрестностях нашего дома, неведомые нам крепостные сооружения, кинотеатры, в которых шли фильмы с завораживающими названиями типа «Трио Карола», но чаще предназначенные для взрослых и с неподъёмными для нас ценами на билеты.

Но вскоре и эти путешествия закончились. Однажды осенью Вовка пошёл в школу, а мы с мамой на следующее лето отправились к родственникам в близлежащий посёлок. Потом пришла и моя очередь идти в школу. После этого года начали свой быстрый бег. Окончание школы, работа, институт, снова работа, женитьба, рождение дочьки Юльки, ясли, детский сад, учёба Юльки. Разумеется Юлькино детство не напоминало моё, дворовое воспитание уступило место государственному, в семье она только ужинала и ночевала – по будням; по субботам – телевизионные развлечения, по воскресениям – семейные вылазки на природу; в праздники – шумные застолья. С рождением Юльки нам с женой завод выделил квартиру, родители мои остались в прежней коммуналке. Так что дочь моя своего деда и бабушку практически не видела. У неё была отдельная комната в нашей квартире, которую она по-своему благоустаивала, приглашала туда своих подруг, а потом и друзей. После окончания школы Юлька пошла на курсы программистов, потом устроилась в какую-то фирму, где нашла своего мужа, к которому переехала жить. Вскоре у них рождается дочь Олечка. Мы с женой предложили взять её к себе в прежнюю Юлькину комнату, тем более, что жена попала под сокращение и могла находиться постоянно дома, но молодые сильно воспротивились, видимо, считая, что наше воспитание испортит их дочку. Олечку устроили в платные ясли, а потом и в детский сад недалеко от их дома. Работа у молодых позволяла им домашний вариант, поэтому они сами отводили Олечку в детсад и забирали её оттуда.

Но вот наступил момент, когда в домашней работе у молодых потребовалось устроить интернет-конференцию. Поневоле им пришлось обратиться к нам с женой, чтобы кто-то из нас смог взять внучку из детского сада. Жене нездоровилось, пришлось мне взять на работе послеобеденный отгул. В штатное время я после работы забрал внучку из детского сада, и мы поехали домой на автобусе. Солнышко припекало, окна в автобусе не открывались, было довольно душно.

Не доезжая две остановки до нашей, мы с внучкой решили сойти и пройтись, что называется, по-холодку. Путь до дому был мне известен, можно было пройти по улицам, но больше оказался по душе маршрут через дворовые территории. Мы проходили по другим дворам, там Оля (её чаще все называли Лёлькой) находила новые детские спортивные или развлекательные снаряды, зачастую они были свободны, и она этим с удовольствием пользовалась. Действительно, во дворах было прохладно, многоэтажные дома давали тень, зелёные насаждения настраивали на беспечный расслабляющий лад. Лёлька везде активно осваивала детские площадки. По дороге она очень много болтала, рассказывая про свои взаимоотношения с детьми её группы, про свои радости и огорчения. Мне было счень приятно слушать её болтовню, и, чтобы она продолжала свои воспоминания, я исподтишка её провоцировал продолжать, приговаривая: « А ты что?», или «А он что?».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.