Владимир Лукьянчиков – Бесконечная чернота (страница 16)

Перевёл прицел в сторону леса. Верхушки деревьев с листьями вполне обычного зелёного цвета двигались в такт лёгким порывам ветра. Приглядевшись, я понял, что грузовики там никак не проедут. Сходство со стеной было поразительным. Не знаю, как эти деревья уживались друг с другом, но зазоры между стволами были меньше двух метров.

Сложно после этого называть машины «вездеходами». Ну что ж, оставлю их бдеть на краешке.

Выбрав направление, я покатил к лесу.

С примитивных «парковочных» камер, направленных вниз, я видел лишь облака пыли, вздымаемые огромными колёсами. Со скоростью чуть ниже ста километров в час вездеход приближался к границе долины.

Солнце клонилось к закату – сказывалась быстрота вращения планеты вокруг своей оси. Но было ещё достаточно светло. Судя по всему, на утро, день, вечер и ночь тут отводится где-то по четыре часа, а не по шесть, как на Земле.

Вот и лес. Я оставил грузовики в «режиме ожидания» – чтобы завести двигатели, достаточно пары секунд.

Прикрепил винтовку к магнитному держателю на спине скафандра и вышел из грузовика с обрезом в руках. Машинам дальше хода нет, это бесспорно. Хотя дело скорее не в близком расположении деревьев друг к другу, а в их толщине. И высота у них не меньше метров пятидесяти. Я врубил дальномер шлема и убедился в своей правоте. Выше уже начинался плотный козырёк листвы, почти не пропускающий свет. Пришлось пустить дрона-разведчика в десяти метрах над землёй, чтобы он не врезался в редкие кусты с ветками и при этом не задевал кроны деревьев. Сенсоры робота вкупе с шириной платформы позволяли неплохо лавировать между препятствиями.

С каждым шагом света становилось всё меньше, и система адаптивного отображения подсветила контуры окружающих меня объектов.

Откуда-то доносился прерывистый еле различимый звук, напоминающий щебет птиц, но дрон на них не реагировал – значит, они вне радиуса его радара. Главное, что я понял, – лес не мёртв, просто его обитатели прячутся от чужака. Возможно, их встревожил грохот садящегося фрегата или гудение роботов с вездеходами. Да и мой скафандр издавал слабое жужжание сервоприводов при ходьбе. А птицы, считая себя пока вне опасности, сплетничали друг с другом обо мне. Что ж, я не против, пока они сами не сделают ничего безрассудного. Не расклюют объективы камер дрона, например.

Но это же другая планета, чёрт возьми! Я просто обязан увидеть какие-нибудь чудеса!

Тут под сапогами что-то промялось, послышался звук воздуха, выходящего из лопнувшего шарика, и передо мной проплыло полупрозрачное облако спор. Я нагнулся и увидел большую шляпку гриба земельного цвета. Он был едва заметен, словно мимикрировал.

– Хрен тебе, зараза! Я не персонаж из последней части «Чужого»!

Проверил датчик герметичности, потряс ногой, сбивая грязь, и пошёл дальше. Понятия не имею, какие эффекты появляются после попадания на кожу или, не дай бог, в дыхательные пути. Но вскоре мне представился шанс узнать – через метров сорок на земле лежал труп какого-то животного. Похоже, травоядного, судя по копытам и морде. Никаких ран от когтей или клыков, но живот твари вздулся, и через шкуру пробивались то ли корни, то ли стебли. Возможно, такой у грибов способ размножения, и хищники с падальщиками не собирались рисковать, питаясь мертвечиной.

Пока парящий на небольшой высоте разведчик замер вместе со мной, я внимательно осмотрел жертву гриба. Животное, скорее всего, было млекопитающим и напоминало огромного оленя. Только без рогов и с шестью ногами. Наверное, на эволюции сказывалась сила тяготения. Цвет шерсти серый, хотя в полумраке не разберёшь. Пасть раскрыта, язык наружу. Сразу представил, как растительный паразит заставляет бедного ещё живого зверя страдать.

– Покойся с миром, олень, – пробормотал я, дождавшись, когда дрон подтвердит бесполезность этой тушки для отдела переработки корабля. – А мы пойдём дальше.

Смешно, но наши с инопланетянином различия в устройстве ротового аппарата были мне на руку – выпуклость в шлеме, видимо, предусмотренная для хобота предыдущего капитана (или ещё для чего), увеличивала мой обзор, позволяя смотреть под ноги, не сильно наклоняя голову. Так что теперь я следил в оба, подмечая шляпы распластавшихся по земле грибов-паразитов до того, как на них наступлю.

Стоило бы повернуть назад. Зачем я, спрашивается, забираюсь всё дальше в лесную глушь?

Да хотелось всё-таки посмотреть на кого-нибудь живого, а не мёртвого.

Но раз звери так сильно боятся шума, то ждать их появления, сидя в грузовике, бесполезно.

Как там говорят? Не сделаешь омлет, не разбив пары яиц?

Пока я рассуждал на тему того, самоубийственно оставаться в инопланетном лесу или нет, среди стволов забрезжил свет с оранжевым оттенком. Там была поляна, а оранжевость ей придавало закатное небо.

Надо бы разжечь костёр и посидеть тут в тишине. Да, надо.

Я смотался обратно к автодомам, заметив, как низко опустилось солнце над долиной. Тут было тоже красиво, просто фантастично. Так, где в шлеме фотокамера? Покопался в интерфейсе и нашёл что-то подобное, после чего сразу сфоткал вид. Потом повертел головой, создавая панораму. Так вот, красиво-то красиво, но мне хотелось провести ночь именно на той поляне.

Поискал в машинах что-нибудь похожее на зажигалку и нашёл. Будто создатели знали, что может понадобиться сумасшедшим кемперам в экспедиции на другую планету.

Взял ещё металлический открытый ящик, чтобы в него накидать чего-нибудь для костра. Пока шёл к поляне, подбирал подходящие сухие веточки и закидывал в ящик небольшие камни. Ещё попались огромные пласты коры, видимо, свалившейся с деревьев. Их тоже туда же.

Хм, трупа оленя не видно, хотя он лежал по пути. Неужто какой-то падальщик не выдержал и решил поужинать заражённой тушкой? Что ж, если так, то не завидую ему. Дрон, всё это время летающий над головой, не подал тревожного сигнала – хорошо же прячутся лесные обитатели.

Вот и поляна. Крохотный островок практически чистой земли среди бескрайнего моря деревьев.

Расчистил место в центре поляны, пострелял из гравитационного обреза, образовав круглую вмятину. Высыпал содержимое ящика, соорудив подобие шалаша. Обложил его камнями по краям.

Начал разжигать, пока огонь не занялся. Перевернул ящик и уселся на нём как на стуле. Он чуть скрипнул, принимая на себя мой вес вместе со скафандром. Робота спустил на землю и поставил рядом – пусть тоже отдохнёт.

Взглянул наверх и увидел постепенно зажигающиеся звёзды. Красиво, блин. Сразу вспомнилось, как на закате шёл домой по той самой дороге, где с одной стороны лес, сквозь который пробивались красные лучи солнца.

– Милая моя, солнышко лесное, где, в каких краях встретишься со мною…

Эх, гитару бы. Музыкант из меня был так себе, но уж эту песню я исполнял хорошо. Пришлось вместо гитары сидеть с обрезом в руках.

Так я и сидел, смотря то на огонь, то на постепенно темнеющее небо. Вот солнце и зашло.

Костёр освещал поляну и деревья, до которых было всего шагов десять.

Обычно путники что-нибудь готовят на костре, но есть мне не хотелось. Кольцо постепенно вытравливало из меня обычные человеческие потребности. Однако вкус пищи для меня был как наркотик, и долгое воздержание вгоняло в лёгкую депрессию. Так что задачу вернуться домой ради затаривания вкуснятиной я считал первостепенной. Но сначала надо подготовить дредноут. Эх…

Недалеко от меня хрустнула ветка.

Я замер, приказал дрону не двигаться и весь обратился в слух.

Хрусть-хрусть.

Похоже, мой поздний визитёр не особо скрывался, но когда он показался за стволами и вышел на другой стороне поляны, я оторопел.

Тот самый олень! То есть труп оленя!

Неловко переставляя три пары ног, дохлый зверь приблизился к костру, словно его привлекал свет или тепло… Тепло! Гриб-паразит пришёл погреться! Видать, воздух вокруг достаточно сырой, раз эта тварь не побоялась подойти к огню. Либо растение, развивающееся в теле жертвы, любило тепло.

Олень застыл как вкопанный в паре метров от костра, будто прирос к земле. Отсюда было видно, что из его боков торчали какие-то извивающиеся жгуты. Шерсть отслоилась вместе с кожей и свисала комками с нескольких мест, оголяя гниющие мышцы. Морда тоже была хороша – белые слепые зрачки, казалось, смотрели во все стороны сразу. Нос ввалился, показались кости. Челюсти плотно сомкнуты, обнажённые зубы казались длиннее из-за отсутствующих губ. Чёртов зомби…

Я обхватил оружие покрепче и направил ствол на нежданного гостя.

– Слышь.

Мёртвый олень шевельнул ухом.

– Чего стоишь? – ничего умнее не придумалось.

Пасть чудовища медленно раскрылась, и оттуда вместо языка вылезли тёмно-зелёные отростки, которые заколыхались туда-сюда. На землю начала капать мерзкая чёрная слюна. Вдруг мёртвое тело животного снова пришло в движение. Не издавая ни звука, олень начал обходить костёр, приближаясь и вытягивая голову с раззявленной пастью в мою сторону.

«Ну на хер», – подумал я и выстрелил.

Голова оленя взорвалась как перезрелая дыня, во все стороны полетели кровавые ошмётки. Но этого оказалось мало.

Я с замиранием сердца смотрел, как из шеи обезглавленного зверя вылезает нечто длинное и блестящее, похожее на чёрную змею. Раскрыв рот как у пиявки, оно зашипело.

Палец сам нажал на спусковой крючок, и второй гравитационный импульс разнёс верхушку монстра, чёрная слизь брызнула наружу ручьём, заливая костёр. Заражённое паразитом тело рухнуло как подкошенное, но я выстрелил ещё раз, чтобы наверняка.