Владимир Лосев – Охотник за демонами (страница 80)

Боль от переломанных костей и разорванных внутренних органов предсмертной пеленой закрыла глаза. Перед тем как потерять сознание, он прижался к желтой жесткой коже и крепко вцепился в ее складки.

Беспамятство не было долгим, он почувствоват мощный приток энергии от драконихи, его тело стало быстро восстанавливаться, но тут последовал еще один удар хвостом.

Врон сам не понимал, как он сумел не разжать руки от новой жуткой вспышки боли.

Сила, распиравшая его изнутри, заставила его лезть вверх по жесткой чешуйчатой коже, цепляясь за шипы израненными пальцами. Последовал еще один удар, но он уже взобрался довольно высоко, и пострадали только ноги.

Куски слизи отлетали от ударов, но на их месте налипала новая слизь, и она смягчала боль. Он с трудом поднялся еще выше и оказался на спине драконихи. Здесь она уже не могла достать его хвостом, и он получил несколько мгновений для передышки.

Тело, используя энергию дракона, быстро восстанавливалось и наливалось силой, его мышцы росли, и кости становились крепче.

Едва он успел немного восстановить свое тело, как дракониха перевернулась на спину. Он перебежал ей на живот и оказался в опасной близости от ее морды. Дракониха дохнула на него огнем и обожгла те части его тела, на которых слизь еще не затвердела.

Врон бросился вперед и успел уцепиться за складки шеи, прежде чем на него попал новый поток огня.

Теперь он с каждым мгновением чувствовал себя все лучше и лучше, его тело восстановилось, а сила продолжала прибывать. Он крепко держался за складки кожи, а дракониха каталась по земле и вертела шеей. Ее хвост хлестал по бокам, не доставая его, а огонь, который она выдыхала, проносился мимо.

Прошло довольно много времени, прежде чем дракониха взревела бессильно и яростно.

— Ты где, человек? — проревела она. — Дерись честно, а не прячься на моем теле.

— Ты хотела сказать — умри честно? — крикнул Врон. — Так вот, вынужден тебя разочаровать — я не собираюсь умирать. Ты чувствуешь, как ты слабеешь? Это убывают твои силы, еще немного, и ты не сможешь двигаться, а потом ты умрешь. Стоит ли доводить до этого?

Дракониха еще несколько раз перевернулась, потом встала на ноги и попыталась взлететь, подпрыгивая и расправляя свои кожистые крылья под ветер, но у нее уже не хватало сил на высокий прыжок, и она с тяжелым стуком упала на землю.

— Что ты хочешь? — проревела она.

— Ты решила меня съесть, а не я, — откликнулся Врон. — А я только сказал, что могу убить тебя, но не хочу. Теперь ты знаешь, что я сказал правду.

Дракониха попыталась встать, но у нее уже не было сил и на это, тогда она распласталась по земле и жалобно проревела:

— Отпусти меня, человек.

— Пообещай, что больше не будешь пытаться съесть меня и мою самку с детенышем.

— Хорошо, — проревела Дракониха. — Можете уходить, я не трону вас.

Врон отпустил руки и спрыгнул на землю, он отошел подальше, туда, где его не достала бы струя огня, и сказал:

— Не пытайся больше никогда нападать на меня или на мою самку с детенышем, ищи демонов или зверей, для того чтобы отложить свои яйца.

— Я запомнила твой облик и не спутаю тебя ни с кем, — негромко проревела дракониха. — Но я чувствую слабость и скоро умру.

— Ты не умрешь, — сказал Врон. — Скоро силы вернутся к тебе, и ты сможешь взлететь. Лети туда, где есть вода, она поможет тебе снова стать сильной.

Дракониха опустила свою голову на лапы и что-то жалобно проревела, а Врон помчался к роще — в нем еще кипела сила дракона, а в таком состоянии он мог многое сделать.

Ласка вышла из-за деревьев ему навстречу, крепко прижимая к себе малыша, сверток с едой и его меч.

— Что с драконом? — спросила она.

— Он не тронет нас, — ответил Врон. — Я сумел договориться с ним.

— Я видела, как ты договаривался, — засмеялась Ласка. — Ни один человек, кроме тебя, не сумел бы остаться в живых после таких переговоров. И никто не поверит мне, если я скажу, что ты победил дракона.

Врон легко поднял ее и посадил себе на плечи.

— Что ты делаешь? — спросила она. — Ты не сможешь нас нести.

— Смогу, пока у меня есть сила дракона, — возразил он. — Только, прошу тебя, держись за меня крепче.

Он побежал по истоптанному снегу огромными прыжками. Сила бурлила в нем, и он совсем не ощущал тяжести Ласки. Врон обогнул распластавшуюся на подтаявшем снегу дракониху и вбежал в пещеру. Он пронесся сквозь нее, лавируя между камней, и прибавил скорость, когда выбежал на ровное поле.

Постепенно энергия в нем стала иссякать, и он начал понемногу ощущать усталость, но они уже добрались до ущелья.

Он осторожно спустил со своих плеч Ласку с малышом и с разбега прыгнул в ручей, пробив тонкий лед. Его тело стало остывать, а корка слизи быстро растворяться.

Когда он вылез на снежный берег, Ласка сказала:

— Если бы я не видела все это своими глазами, я бы не поверила, что ты можешь быть таким сильным.

— Ты и в драконов не верила, — улыбнулся он. — Говорила, что это сказки.

— Да, не верила, — кивнула Ласка. — Я и сейчас не очень-то верю: это какая-то гора, а не дракон. А уж поверить в то, что кто-то способен победить живую гору, это уж совсем невозможно.

— Это все уже в прошлом, — сказал он, доставая из свертка сосуды и еду. — Теперь я снова стал обычным человеком и не сумею победить даже тебя.

Он выпил темную жидкость и съел несколько кусков вяленого мяса.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь нам нужно подниматься вверх, — сказал Врон, разглядывая расщелину в скале. — Жаль, что моя сила уже кончилась, а то бы мы сейчас были наверху. Это будет трудный подъем, мы же не демоны, это им легко взбираться по скале с их острыми когтями.

— Это ты не демон, — улыбнулась Ласка. — А я полукровка и поднимусь здесь легко.

— Хоть ты и полукровка, я все еще сильнее тебя, — сказал он, забирая из ее рук малыша и привязывая его к себе на грудь. — Поэтому я пойду первым, а тебе придется нести мой меч.

— Если ты уронишь ребенка или сильно прижмешь к скале, то этот меч воткнется тебе между ног, — предупредила Ласка. — Хоть ты и справился с драконом, но с ребенком будь лучше осторожен, если не хочешь больших неприятностей.

— Это и мой сын тоже, — улыбнулся Врон. — Так что побереги свои угрозы для кого-нибудь другого.

Он уперся спиной в скалу, ногами в противоположный край расщелины и стал медленно подниматься вверх. Подъем был трудным: в некоторых местах камень покрылся ледяной коркой, и спина и ноги скользили. Ласка, не отставая, вплотную следовала за ним, покрикивая на него, когда он замедлял ход в трудных местах. Он понимал, что она боится за ребенка, который спокойно лежал в своем свертке и что-то иногда гугукал.

Когда они вылезли на уступ, Ласка была мокрой от пота, как и он. Вверху господствовал сильный холодный ветер, поэтому, чтобы не замерзнуть, он сразу полез дальше на уступ. Здесь он положил ребенка на камень, и протянул руку Ласке.

Напрягая свои последние силы, Врон вытащил ее наверх и положил рядом с ребенком, которого она сразу прижала к своей груди.

— Не беспокойся обо мне, — прошептала она. — Открывай проход, пока я еще окончательно не замерзла. Надеюсь, что в нашем мире будет теплее.

Врон прожевал последний кусок вяленого мяса, выпил последнюю оставшуюся у них жидкость повелителей и подошел к скале. Он зажмурился и сразу увидел в камне желтые, чуть гудящие столбы.

Он протянул руку к скале, и из его ладони заструилась тонкая ниточка энергии — желтые столбы стали сближаться.

Когда они соприкоснулись друг с другом, проход открылся. Врон рывком поднял Ласку и толкнул ее в проход, потом зашел в него сам. Энергетические линии чуть гудели, когда его тело соприкасалось с ними, и медленно расступались, создавая ощущение плотной вязкой трясины. Почему-то теперь ему не было страшно проходить через этот проход, и он показался ему намного короче…

В родном мире было тепло, а ветер нес в себе запахи трав и цветущих деревьев.

— Мы все-таки вернулись, — пробормотала Ласка. — Я уже и забыла, как здесь хорошо.

— Через три дня пути мы будем в монастыре, — сказал Врон. — Если только впереди нас не ждет новая опасность.

— Я пока ее не чувствую, — заметила Ласка и, сладко потянувшись, легко вскочила на ноги. — Что же мы сидим? Нам нужно идти.

— Можно уже не спешить, — возразил Врон. — Все уже закончилось.

— Не думаю, — вздохнула Ласка. — Я успокоюсь только тогда, когда окажусь в монастыре.

Они прошли по узкой горной тропе и спустились в долину.

Тут ничего не изменилось: так же бежал ручей с холодной водой, а зеленая трава приятно радовала глаз. Ласка залезла в ручей, выстирала и надела на себя набедренную повязку и серый балахон.

— Нужно одеваться, мы идем к людям, — сказала она. — В том мире никого не интересовало, как я одета и одета ли. Демонов больше интересовало то, какая я на вкус. А здесь все иначе. Тебе тоже следует одеться.

— Я оденусь позже, — проронил он. — Когда будем подходить к монастырю.

— Сейчас я бы хотела поспать и поесть, — мечтательно проговорила Ласка. — Мы уже почти дома, но если я не отдохну, то не смогу быстро идти.

— Как насчет того, чтобы отдохнуть еще раз в доме древних людей? — спросил Врон.