Владимир Лосев – Начало (Я есмь) (страница 21)
Я вышел, забрал за съемной панелью планшет и отправился к себе в комнату. Нашел обычный пассажирский лифт, поднялся на нем, прошел по пустынному коридору, и с чувством облегчения вошел в свою комнату. Дом, милый дом. Хоть какая защита и покой. Я осмотрелся, в комнате ничего не изменилось. А что в ней могло измениться? В ней же не было и нет никаких моих вещей, ничего, что могло бы обо мне рассказать. Нагими и одинокими приходим мы в этом мир, такими и уходим – у савана нет кармана. Меня привезли на эту станцию нагого и одинокого, и сейчас я такой же нагой и одинокий, и по-прежнему у меня нет ничего, кроме чужого планшета.
Я сходил в душ, меня снова обдало вонючим паром и высушило, бросил в утилизатор свою одежду, взамен взяв из ящика новые салфетки, которые тут же одел и лег на кровать. Плохая выдалась неделя, не было в ней ничего хорошего, одни проблемы? Или было? Я задумался и понял, что не прав. У меня больше не болело тело, я не ощущал ломоты в своих костях, они либо стали крепче, либо исчезли совсем, что, впрочем, вряд ли могло случиться
– без костей я бы превратился в желе. А если кости не болят, да и все тело ведет себя так, словно мне снова пятнадцать и выхожу на борцовский ковер с ярким желанием надрать кому-то задницу, и в полной уверенностью, что смогу это делать, тогда получается, что паучиха вылечила меня, и я снова здоров. А это очень хорошая новость, которая стоит всех других неприятностей. Это значит, что теперь я буду жить без боли и может быть долго. Это же прекрасно! А значит, надо отдохнуть, чтобы встретить новый день с новой силой.
Через пару минут я заснул. А проснулся через пару часов, если судить по времени на планшете, и при этом прекрасно выспался, но главное, я открыл глаза с улыбкой, чего не было очень дано. Не со стоном, не с оханьем, а улыбаясь – нет, ради этого уже стоит жить. Я встал, снова принял душ, бросил черный кубик в сосуд с водой, остальные числом больше трех десятков сунул в запасные штаны и куртку, которые я почему-то захотел взять с собой. Иногда у меня такое бывает, я веду себя непонятно даже для самого себя, правда, потом оказывается, что я все сделал правильно.
Я разговаривал об этом с одним экстрасенсом, он улыбнулся, пожал плечами и проговорил:
– Нет, в этом ничего странного, это ангел-хранитель заботится о тебе. Хранители есть у всех, но все их слышат, и не все, точно, исполняют их указания. Тебе, парень, повезло, ты воспринимаешь его советы на подсознательно уровне.
Хотел бы хоть раз его увидеть и искренне поблагодарить, сколько раз он меня спасал от неминуемой смерти, не сосчитать, а сколько раз стелил мне соломки на то место, куда я потом падал? Да, спасибо тебе, пусть тебе будет тепло и светло на небесах.
Я допил этот белковый коктейль, а потом пошел в бар. А куда мне еще идти? Больше на этой станции я не знаю ничего, да и все мои знакомые находятся там. Ну и была еще одна причина – та девчонка. Знаете, когда вокруг тебя крутятся лишь одни инопланетные морды, очень хочется увидеть что-то родное и привычное, человеческое. Я спокойно добрался до бара, кстати, не увидев никого, кто бы за мной следил, вошел в него, через открывшиеся двери, и остановился. Ампы внутри замерли и побледнели, словно увидели перед собой саму смерть. А потом откуда-то сбоку ко мне двинулась быстрая девчоночья фигурка и прежде, чем я что-то понял, я получил пощечину. Кстати, очень звонко прозвучала – на всю станцию.
– Убью гада, – прошипела девушка, на моих глазах из милой девчурки, превращаясь в разъярённую фурию. – Я за него переживаю, а он вот нарисовался живой и здоровый –не сотрешь. Мог бы и раньше сообщить, что с тобой все в порядке.
– Не мог, – я потер щеку. – Правда. Вот только сейчас освободился, а до этого меня допрашивали и избивали, а еще пугали смертью и грозили удушить.
Тут я испуганно замолк и посмотрел по сторонам. А не сказал ли я чего-то лишнего? И не целится ли на меня кто-то из бластера. Но я только увидел как в полумраке радостно взревели те ампы, что меня поили в прошлый раз. Ко мне подскочило сразу двое и поволокли к себе за стол. Девушка грустно посмотрела на них, вздохнула и вернулась обратно за свой столик.
– Ну рассказывай! –взревел крупный амп. –Где был? Почему до сих пор живой?
– Попал в одно неприятное место и никак не мог оттуда выбраться, – ответил я, внезапно понимая, что никто до этого момента даже не предполагал, что я жив – все же засекретили безопасники. Вот тут я задумался над тем, что говорить можно, а о чем лучше помолчать, иначе дырку в груди мне все-таки сделают. Откуда мне знать, кто из этих парней работает на службу безопасности? – Только сегодня смог вернуться.
– В астероид что ли влетел? – хихикнул худой амп. –Решил, наверное, каверну исследовать, а потом застрял и не смог выбраться? Да не тушуйся ты, нормально все, каждый из нас через такое проходил. Я слышал, что некоторые ампы даже корабль разбирали и по частям вытаскивали в более просторное место, чтобы потом снова собрать и улететь.
– Вот и у меня что-то подобное произошло, – ответил я, хлебнув краса, появившегося передо мной. – Зря я туда полез…
– Главное, что живой вернулся, – проревел огромный амп. – Мы же все тут сидящие на тебя поставили, неделя проходит, а тебя нет, ну и администрация объявила естественно, что ты погиб. Мы все на тебе большие деньги потеряли, а вон те. –Он показал на соседний стол, за которым сидело пятеро ампов, сверлившими меня злыми глазами. –Те выиграли. И что теперь? – Он хохотнул. –Знаешь?
-Нет, -я отрицательно помотал головой. – Откуда мне знать?
– Сейчас Ири отправил видео с тобой живым и пьющим крас в центр, и теперь комиссия из уважаемых ампов будет решать, что делать с результатами пари, – ответил Корн, который неизвестно откуда появился и сел рядом со мной. – Они проверят, действительно ли прилетел твой кораблик на станцию, находился ли в нем живой пилот, и жив ли ты в этот момент.
– А когда это выяснят, -хихикнул худой амп. –Нам вернут наши денежки с большими процентами, а у тех парней их снимут со счета, как незаконно полученные. Ты бы видел, как они радовались, когда прошла неделя, а ты не появился, чего они нам тут только не наговорили. Ну и кто теперь умный, а кто дурак?!
Передо мной поставили новый бокал с красом.
– Давай напьемся, чел, -сказал здоровый амп. – Ты нас снова удивил и порадовал.
– Давайте как-нибудь, парни, без меня, – сказал я, поднимаясь. – Извините, ребята, я вас очень уважаю, но вон та девица сидит одна и смотрит на меня злющим взором. Мне как минимум надо подойди к ней и попросить прощение. А то как бы еще раз не получить по морде.
– Ладно, чел, – фыркнул здоровяк. –Мы тебя понимаем, самка каждому периодически нужна. Иди, но пить будешь вместе с нами, крас тебе станут подавать на тот столик, так что считай, что ты с нами.
– Спасибо, ребята, – сказал я и пошел к ее столику, сел напротив, вздохнул и сказал. – Меня зовут Максим Глотов, друзья называют Максом.
– Так себе имечко, -буркнула девушка. поднимая свои голубые глаза, которых я сразу утонул. – Да и фамилия тоже дурацкая. А я Виктория
Смирнова, можно Вика. А ты самая настоящая скотина, знаешь об этом?
– Нет, – хмыкнул я. –Но ты же, наверное, расскажешь?
-Расскажу и покажу, но не то, что ты думаешь, – фыркнула девушка.
-Я вообще редко думаю, – фыркнул я. –А еще реже смотрю разные показы.
– Да… – протянула Вика, задумчиво рассматривая меня. –Так вот сразу и не подумаешь, что у тебя ай кью один из самый высоких на станции у людей. Кстати, ты знаешь, что кроме меня, на этом этаже нет пилотов?
– Да, – покивал я. –Мне об этом сказали, так что я знаю, что ты умнее меня.
-Не умнее, я видела результат тестов, -сказала девушка. – но я сейчас не об этом. То, что мы здесь одни, знаешь, о чем это говорит, Максик. Я, кстати, так своего кота звала на Земле, вы с ним очень похож характером, так и хочется прибить.
– Кот, наверное, это не так плохо, – улыбнулся я. –Хуже было бы, если бы ты так назвала своего крокодила.
– Где бы я держала крокодила в однокомнатной квартире? –спросила удивленно девушка. –Сам то понимаешь, что говоришь?
– Не очень, – я смотрел в ее глаза, и мне было абсолютно все равно, что за слова вылетают из ее милого ротика. – И прости, но мне кажется, что это неважно сейчас. Ты что-то начала рассказывать о том, что нас лишь двое из людей на этом этаже, и хотела объяснить, что это значит.
– Это значит, что мы предназначены небесами и ампами друг для друга,
-буркнула Вика. – Понял? Это – словно помолвлены. Ясно? Просто потому, что никого другого здесь нет и не будет, а умереть так просто… -Она всхлипнула, но тут же взяла себя в руки. – Ты меня понял, бесчувственный болван?
– Понял, – я взял ее руку, поцеловал тонкие пальчики и продекламировал. – Забыв, что друзей полон дом
– Ты это чего? –она посмотрела на меня удивленным взором. – Поэт что ли?
– Нет, – я улыбнулся. – Эту песню Ирина Аллегрова исполняла на Земле, а я запомнил.