Владимир Лисуков – Сказка для взрослых (страница 7)
Ничего не понимающий царевич оглянулся и обнаружил у себя за спиной всё ещё мокрую лаборантку с поросёнком на руках.
– Овечки закончились. Остались только свиньи. И мы сейчас взорвёмся. – протараторило она.
Схватив, крепко вцепившееся в свинью Чудо, в охапку, Савва с не меньшей, чем у дракона прытью достиг дальнего угла пещеры, рухнув позади чудовища.
– Слезь с хвоста, сволочь! – попыталась было возмущаться какая-то из голов, но тут так жахнуло, что вздрогнули стены и с потолка посыпались камни и штукатурка, а в пещере стало темно и душно от пыли.
Кашляя и отплёвываясь, царевич выбрался из-под кучи обломков и, почему-то шепотом, поинтересовался:
– Есть кто живой?
– Не дождёшься, – тоже шепотом отозвалась одна из голов дракона.
В этот момент центральная часть потолка пещеры обрушилась и стало значительно светлее. И страшнее. Не было никакой гарантии, что не рухнет весь остальной свод. Пришлось поторопиться с откапыванием сотрудницы. Как ни странно, активное участие в этом принял и дракон. Извлечённое из-под обломков Чудо было без сознания, в отличие от жизнерадостно похрюкивающего поросёнка.
Отпихнув свинью ногой, Савва поднял на руки практически невесомое тело и … дальше не понятно было, что делать.
На месте входа в помещение образовалась гигантская куча обломков. Другого выхода не было. С лаборанткой на руках Савва вышел в центр пещеры и посмотрел вверх.
Там был Ванин дом в разрезе. И небо. Дракон, с хрустом ступая по обломкам, стал рядом.
– Если бы ты был настоящим драконом, сейчас бы взлетели и порядок, – вздохнул царевич.
– Если бы ты не был настоящим придурком, мы бы тут не стояли, – огрызнулся дракон.
Только сейчас Савва обратил внимание, что у того одна голова вместо трёх.
– Головы куда девал, умник?
– На кудыкину гору. Не было их у меня. Осязаемый морок называется. Я же не какая-нибудь волшебная скотина, а мыслящее существо.
– А Иван почему не знал?
– Про побочный эффект эксперимента? Почему же? Знал. Только считал, что это моя врождённая особенность, которую ему удалось пробудить.
– Очень на Ивана похоже. Если что и получается, то не в связи с планами, а вопреки оным.
– Я никакие не планы. Просто заблудился и попал в их пространственную ловушку. Как жаба. Для экспериментов. Пока меня мучили летать вот это и вылезло.
– А лестницу, осязаемую, к себе пристроить можешь?
– Не могу. Только головы и крылья. Правда полностью управлять больше, чем одной не получается. И то так себе. А крылья и вовсе бесполезны. Я мужчина солидный, а тут что-то эфемерное. От стрекозы небось приспособили.
– Будем ждать пока рухнет?
– Можешь по мне забраться. Позовешь на помощь. Клади эту кровопийцу на пол и полезли.
Царевич разгрёб мусор и положил Чудо на бок. Та тихонько замычала и свернулась калачиком. Почему-то стало неспокойно и как-то странно. Заглушив в себе эти чувства, Савва, вслед за драконом, вскарабкался на вершину обвала.
Голова дракона как раз доставала до перекрытия. Вцепившись зубами в какую-то железяку, тот прошипел:
– Тафай! Лесь!
На спину чудища забраться было не сложно, а вот шея оказалась гладкой и скользкой, что заставило царевича, во время подъёма, сильно сжимать её руками и ногами. Дракон хрипел, сопел, но зубов не разжимал.
Оказавшись наверху, Савва обернулся к осоловевшему приятелю и зачем-то стряхнул пыль с его макушки.
– Не психуй. Я скоро. Эту затащи на верх. Если обвалится потолок, будет шанс уцелеть.
– Ты только побыстрее. Очень жрать хочется.
– Там же поросёнок, – крикнул Савва на бегу.
– Я сырое не ем, – послышалось в ответ.
Глава 5
Стойбище народа тартар.
Царевич Иван, Дамира (сестра Айдара), Айдар (князь народа тартар).
«Корабль на колёсах» изнутри напоминал оружейную комнату, только очень большую. На стенах висело обычное и учебное оружие, а пол устилал довольно тонкий ковер синего цвета. Дамира сидела на ковре в расслабленной позе с закрытыми глазами. Примочка явно пошла ей на пользу. Отек спал, а от синяка осталась небольшая тень под глазом. В помещении больше никого не было.
– Садись, царевич. Отдохни пока. Без испытания нам никак не обойтись. А то ещё решат, что мы нарушаем обычай.
Перспектива быть изувеченным вдохновляла не очень. Но Айдар обещал, что всё пройдёт нормально, поэтому Иван решил не переживать попусту и предоставить возможность событиям идти своим чередом. Поскольку мебель отсутствовала, пришлось тоже сесть на ковёр.
Через некоторое время явились две высоченные девицы в уже знакомой серой одежде. Поклонившись Дамире, они замерли в той же позе, что и их предводительница.
– Тебе, Иван, надо будет продемонстрировать этим слабым женщинам, что ты мужчина, – указала княжна на девиц, каждое движение которых явно демонстрировало прекрасно развитую мышечную систему и ухватки опытного бойца. – Или предпочитаешь сразиться со мной одной?
– Зачем обижать тебя, такую беззащитную? Настоящему мужчине и два таких слабых создания – непозволительная поблажка, – автоматически ляпнул Иван, сразу даже не сообразив, что несёт.
Две пары сузившихся зрачков заставили царевича внутренне содрогнуться. Но слово не воробей …
– Девочки, на этот раз без увечий. И никаких синяков на лице. Тебе, царевич, нужно продержаться против них пять минут. Пропустишь удар или нет – не важно. Главное, чтобы не запросил пощады.
Иван, почему-то, вдруг перестал бояться. Накатила злость и мгновенно расплавилась в холодную ярость. Одно дело, когда бьют братья – воины, каких мало, а другое дело бабы, пусть и здоровые, как мужики.
Соперницы были опытными воинами и явно почувствовали что-то такое. Видно поэтому не бросились сразу, а начали обходить Ивана с двух сторон, слегка помахивая деревянными саблями. Он почти прозевал их бросок, но почти не считается. Обнаружив себя в объятиях друг друга, девицы зарычали и, забыв о тактических изысках, бросились на Ивана плечом к плечу.
Слава богу по голове прилетело всего раз. Не смотря на ярость, противники помнили о приказе Дамиры. Иван тоже попадал, из-за чего одна из воительниц вынуждена была переложить саблю в правую руку. Но и одной фурии вполне хватало, чтобы гонять царевича чуть ли не по потолку.
– Хватит, – скомандовала княжна.
Обе девушки остановились так неожиданно, что Царевич не удержал равновесие и упал на колени.
– Ты что, Иван, передумал на мне жениться? Просишь руки у Зарины?
Почему-то шутка не возымела на царевича никакого воздействия. Ему было всё равно, что говорит эта смазливая дылда. Лишь бы скорее всё закончилось.
– Всё ещё в восторге от твоих прелестей, княжна, и не мыслю себе никого другого в качестве спутницы жизни, – старательно выговорил Иван, вставая на ноги.
– Ну, что ж. Тогда второе испытание. Его мало кто прошел. Попробую понять сколь умен ты, воин.
Почему-то, про «воина», прозвучало безо всякой издевки.
– Скажи мне, Ваня, сколько звёзд на небе.
– Как в сказках бают или с научной точки зрения?
– По-всякому.
– Ну, если верить исследованиям Михайло Гусляра, в сказочной традиции образ количества звёзд используется, как аллегория богатства, в зависимости от того, что считается более ценным. Как-то, много, как звёзд на небе, коней, овец, монет, драгоценных камней. В переносном же смысле этот образ используется вообще в значении много. Если же обратимся к исследованиям Гюнтера Шваба, то в западном народном творчестве …
– Хватит про сказки, а то мои девы уже остекленели. А на самом деле сколько?
– Несколько миллиардов. Я точно не помню.
– Что-то многовато у тебя получается. Даже если вокруг всей земли посчитать, пожалуй, столько не наберётся.
– То, что ты принимаешь за звёзды – целые бездны звезд, только очень далеко. Потому и выглядят, как одна звезда.
– Понятно. Вообще-то правильный ответ – две. «Очи твои, как две негасимые звезды в бездне небес».
– Ты мне не дала до поэзии дойти. Разумеется, этот образ широко используется, как в поэзии трубадуров, так и …
– Достаточно! - почему-то взвилась Дамира, – Третье задание самое простое. Сделай мне предложение выйти за тебя замуж, но так, чтобы я поверила, что это на всю жизнь. Девочки, покиньте нас, но наружу не высовывайтесь.