Владимир Лисуков – Сказка для взрослых (страница 4)

– Провидица. Она у нас по организационным вопросам.

– Предсказала? Так чего они так долго собираются?

– Нет, – улыбнулся Иван, – Не предсказала, а оповестила. Она у нас привратником работает. По совместительству. Прогнозы и прозрения – дело ненадёжное. А понять, чего я хочу, для неё пара пустяков.

Когда на скамьях не осталось свободных мест, к трибуне вышла невысокая женщина средних лет в тёмно-синем платье до земли. Шею её украшало ожерелье из рубинов. Мочки ушей оттягивали массивные рубиновые серьги. А копна рыжих волос на голове была стянута простым кожаным ремешком

Женщина слегка кашлянула и по помещению разнёсся громкий ясный звук. Люди в зале перестали переговариваться и обратили взгляды на трибуну.

– Она в институте собрания и заседания ведёт. Прозрения – дело ненадёжное. Да и председательствовать у неё получается лучше всех. – Прошептал Иван на ухо Савве.

– У нас сегодня важное сообщение директора, – объявила Провидица и села за стол.

Иван встал за трибуну, ненадолго задумался, словно решаясь на что-то, а потом начал говорить:

– По, не зависящим от меня, причинам я вынужден оставить пост директора института. Новым директором назначаю своего брата – царевича Савватия. У него нет достаточного опыта научной работы, зато он администратор со стажем. Надеюсь, что вы поможете новому директору на этом посту. Со своей стороны, обещаю не оставлять институт без внимания и оказывать посильную помощь в научных разработках.

Иван вернулся на своё место, а в аудитории наступила мёртвая тишина. Только Провидица, определённо, ничему не удивилась.

– Какие будут вопросы и предложения? – произнесла она бесстрастно. – Советую поторопиться. У царевича мало времени и много непривычных дел, не терпящих отлагательства.

По рядам пронеслись шепотки и началось какое-то шевеление. Наконец на трибуну выбрался мужчина в годах с гривой седых волос вместо прически и пронзительным взглядом поверх крючковатого носа.

– Мы вас не понимаем, царевич. Именно сейчас, когда нам удалось подобраться к проблеме нулевой энергии, вы трусливо сбегаете от ответственности. Неужели не понятно – без вас тут половину тем придётся закрыть.

– Больше! – крикнул кто-то из верхних рядов. Крик был поддержан одобрительным ропотом собрания ученых.

– Лично я не знаю, как мы закончим работы по проекту 63. И пространственный контур всё время барахлит. Того и гляди схлопнет нас тут всех в лепёшку.

– А я здесь при чем, – взвился Иван, – Вас, Рахман, сколько раз просили подготовить техзадание для создания отсекателя помех? И что? Опять без меня сидим и ждём чего-то. Это, между прочим, и вас касается, Исидора Карловна.

– Что, я против? – запальчиво вскочила с места обширная матрона, очень похожая на купчиху. – У моих лаборанток и так голова кругом. Со всех сторон заявки и претензии, что ничего не делаем. Продохнуть некогда. Без четкого техзадания работать не будем.

Савва совершенно не понимал, о чем спор. Зато другое ему было очевидно. Какой же бардак тут развёл братец! Игрушка – она игрушка и есть. Почему-то нахлынула злость и непреодолимое желание высказать этим уродам всё, что он о них думает.

– Слово предоставляется директору института пограничных наук, царевичу Савватию, – невозмутимо произнесла Провидица.

От неожиданности Савва не сразу отреагировал на сказанное. Говорить, почему-то, расхотелось. С большим трудом царевич заставил себя встать за трибуну.

Сотни внимательных и совсем не глупых глаз нацелились на выступающего, заставив последнего слегка вспотеть и поперхнутся первой фразой. Прокашлявшись царевич молча уставился на слушателей.

Пауза затягивалась и аудитория начала волноваться, что проявилось россыпью смешков и шепотков, прокатившейся по рядам ученой братии. Когда дошло до разговоров вслух и смеха, Савва продемонстрировал, что не только царь-батюшка способен повергнуть слушателей в трепет.

– Что? Все сразу хотите мне что-то сказать? – проревело над головами слушателей, – У каждого будет такая возможность. Тебя как звать-величать, уважаемая? – обернулся он к Провидице.

– Можно просто Провидица, – почему-то слегка зарделась та.

– Назначаю тебя главным приказчиком института.

– Может лучше ученым секретарем? Мне как-то привиделось …

– Всё равно. Коль больше нравится, можешь так называться. Завтра к утру мне список работников с указанием кто чем занят. И список руководителей лабораторий, так вроде это здесь называется, на приём в порядке важности задач. Согласуешь с царевичем Иваном. У меня всё, – громыхнул напоследок Савва и братья чинно удалились из аудитории.

Глава 3

Стойбище народа тартар.

Царевич Иван, Айдар (князь народа тартар), Расим (друг Айдара), Дамира (сестра Айдара).

Иван ехал по степи, с дрожью вспоминая неделю «подготовки». Всё тело ныло или болело. Седло бередило воспоминания о бешеной скачке, выдававшейся Святом за уроки верховой езды.

Братья с детства использовали его в качестве боксерской груши и манекена для борьбы. Поэтому царевич был уверен, что не такой уж безнадёжный хиляк и неженка. Свят в два счета убедил его в обратном.

В первый день долго куда-то бежали, нагрузившись доспехом и оружием. Потом ехали на лошадях по чащобе и немного по болоту. И в завершение испытаний Ивана лупцевали деревянными саблями сразу несколько стрельцов.

После занятий Свят сказал, что для начала не плохо, но завтра будут настоящие нагрузки. С мыслями о том, что завтра его ожидает кошмар в квадрате, Иван думать забыл и о неудавшемся эксперименте, и об офигевшем от знакомства с институтом Сове. Стоило прикоснуться головой к подушке, как сердобольное сознание покинуло своего обладателя.

Неделя не промелькнула, а испарилась в круговерти испытаний и мучений. Легче не стало, но хотя бы уже удавалось сохранять ясное сознание до вечернего забытья. Известие о поездке в степь воспринялось почти без интереса. В степь, так в степь.

Наконец показалось стойбище Айдара – внешне беспорядочное и бескрайнее море шатров, костров и повозок кочевого народа.

Высланные на встречу гостям воины, давно ехали рядом, весело болтая с охраной царевича. А вот в самом селении, похоже, никто их встречать не собирался. В центре стойбища, рядом с шатром князя, собралась толпа. Оттуда доносился смех и громкие крики.

Подъехав поближе, Иван обнаружил, что интерес людей относится не к хоромам Айдара, изображающим многоэтажный шатер, а к совсем небольшому сооружению, представлявшему собой что-то среднее между сараем на колесах и кораблём, выброшенным на берег. Вдруг из трюма «корабля», под смех и улюлюканье толпы, вылетел разодетый юноша, смачно шлёпнувшись на вытоптанную тысячами ног землю. Толпа восторженно взревела, после чего красавчик очумело взвился на ноги и рванул наутёк.

– Дамира жениха выбирает – оскалился ехавший справа всадник, кажется Расим. – Скоро женихи закончатся. Так и останется старой девой.

Увидев не понимающе округлившиеся глаза Ивана, спутник пояснил.

– У нас такой обычай. Невеста должна устроить жениху проверку на искренность чувств и пригодность для брачных уз. Обычно, это простая формальность. Молодые давно знакомы и родители согласны. Жених должен продемонстрировать силу, ловкость и умение поладить с будущей супругой. Что-то вроде игры на публику. А Дамира уперлась и ни в какую. Пусть мне будущий муж докажет, что мужчина.

– Это как?

– Я толком и не знаю. Неудачники молчат да краснеют. Дамира тоже не признаётся. Предполагается, что жених обязан войти в шатер и вынести невесту на руках к свидетелям. Но пока все соискатели вылетали через окна. Что тутскажешь – сестра князя. Единственная и любимая. Может себе позволить и не такое. Говорят, у Святослава были шансы. Злые языки шептались, что она по нему сохнет. Но царевич не из тех, кто женится по своей воле. Они с Айдаром предпочитали пьянки в обществе друзей и наложниц. А с сестрой князя нянькались, как с ребёнком, потакая всем её прихотям. Та росла среди мужчин и прихоти у неё получились мужские – охота, война да мордобой. Рука у Дамиры тяжелая. Самому как-то прилетело. Невероятная женщина.

Иван представил себе девушку, способную свалить ударом здоровенного мужика и поёжился. Вот уж кому-то повезёт.

– А почему тогда столько претендентов?

– Если бы ты всё знал, удивился ещё больше. Айдар объявил, что лично прирежет мужа сестры, если заметит, что он чем-то её не устраивает. При этом было сказано, что никакого калыма не будет.

– И всё равно сватаются?

– Погоди. Сейчас сам всё увидишь.

Борт «корабля» раскрылся метрах в полутора над землёй и к зрителям выпрыгнули несколько высоких девушек в серых костюмах. Княжна отличалась только короткой прической и обручем на голове. У остальных девушек волосы были стянуты пучком на затылке.

Дамира Ивану не понравилась сразу. Наглые глазищи в пол лица, презрительно поджатые губы и тело опытного бойца, лишенное женской утонченности и грации. Точнее грация была – пантеры перед прыжком. Упаси нас боже от таких женщин!

Когда княжна подошла к спешившимся гостям, оказалось, что она ещё и чуть выше Ивана.

«Нежное создание» оценивающе оглядело почему-то зардевшегося царевича и, под сдержанное хихиканье окружающих, томно проворковало:

– Ты чья будешь, красна – девица?