Владимир Левшин – Путешествие по Карликании и Аль-Джебре (страница 5)
— Странно, — заговорил наконец Сева, — улетело столько, что не сосчитать, а толпа на площади не убывает. Может быть, это мне только кажется?
— О, напротив, вы очень наблюдательны! — заметила Четвёрка. — Толпа в самом деле не убывает.
— Как же так? — недоумевал Сева. — Если даже из огромной коробки всё время брать по конфете, то конфеты когда-нибудь кончатся.
— Конфеты, конечно, кончатся, — улыбнулась Четвёрка, — а карликане — никогда.
— Чепуха! — отрезал Сева.
— Довольно слабое доказательство, — сухо заметила Четвёрка. — Я в таких случаях прекращаю спор. Но на этот раз сделаю исключение. Мне вас жаль, потому что вы не знаете, что такое
— Почему это я не знаю? — обиделся Сева. — Бесконечность — это когда чего-нибудь очень много. Ужасно много!
— Нет, нет, нет! — возразила Четвёрка. — Это совершенно неверно. У нас так не рассуждают даже нулики. Бесконечность — это то, у чего нет конца. Совсем нет конца.
— Ну, где-нибудь конец всё-таки есть? — не сдавался Сева.
— В том-то и дело, что нигде! Вот вам кажется, что вы уже дошли до самого конца, заглянули дальше, а там… А там снова бесконечность. И так бесконечно. Вы её догоняете, а она убегает всё дальше. Идёшь сквозь огромную толпу карликан, идёшь-идёшь, уже и ноги не держат, а впереди всё столько же народу, сколько было раньше. И сколько бы вы ни шли, вы всегда находитесь в самой середине толпы. Идите хоть сто, хоть тысячу, хоть миллион лет! Вот что такое бесконечность!.. И не возражайте, пожалуйста! — строго остановила она Севу, уже открывшего было рот. — Если вам непонятно, то к этому вопросу я ещё вернусь, потому что о бесконечности можно говорить бесконечно.
— Скажите, что это за махина такая? — спросил Олег, чтобы загладить Севину бестактность. Он указал на странное сооружение, которое ещё вначале привлекло наше внимание.
— Не махина, а машина, — поправила Четвёрка, — электронно-счётная машина. Это наш большой друг. В Карликании таких машин много, и каждая занята своим делом.
— А чем занята эта? — спросил Сева. Он удивительно быстро оправился от смущения.
— Эта машина производит самые точные вычисления. Она может сосчитать, сколько карликан отправилось в путешествие, с какой скоростью им надо лететь, чтобы прибыть вовремя. Машина сама выберет кратчайший маршрут; она управляет полётом и помогает обойти все препятствия, которые встречаются на пути ракеты. Это очень умная машина!
— Должно быть, её обслуживают много карликан.
— Всего только две цифры, две самые маленькие цифры: нулик и единичка. Но они прекрасно справляются со своей работой. Представьте себе, у них превосходная память. Стоит только им узнать что-нибудь, и можете быть уверены: они этого никогда не забудут.
— Счастливые! — вздохнул Сева.
— А почему в этой машине работают только нулик у единичка? — спросила Таня.
— А больше никто и не нужен. Вы ведь знаете, что нуль — это ничто. Вот он и обозначает слово «нет», тогда как единицей обозначается слово «да». Оказывается, этих двух слов совершенно достаточно, чтобы решить любую задачу.
— Как это так? — недоверчиво спросил Сева.
— Давайте сыграем в такую игру, — предложила Четвёрка. — Угадайте, что у меня в кармане? Задавайте мне какие хотите вопросы, но так, чтобы я должна была отвечать только «да» или «нет». Начали?
Ребята не заставили себя упрашивать. Вопросы посыпались один за другим:
— У вас в кармане что-нибудь съедобное?
— Нет.
— Школьный предмет?
— Да.
— Жидкий?
— Нет.
— Твёрдый?
— Нет.
— Мягкий?
— Да.
— Длинный?
— Нет.
— Круглый?
— Нет.
— Прямоугольный?
— Да.
— На нём пишут?
— Нет.
— Им промокают?
— Нет.
— Им стирают?
— Да.
— Резинка! — сказал Олег.
— Правильно! — ответила Четвёрка. — Видите, вы решили задачу только по моим ответам, с помощью всего двух слов: «да», «нет». Так и машина работает. Только работает она очень-очень быстро. Её так и называют: «быстродействующая». У нас имеется прекрасный Дворец, где быстродействуют эти умные машины. Это Дворец Кибернетики. Обязательно побывайте там. А теперь я приглашаю вас на стадион — повеселиться. Там скоро начнётся представление — балет на льду. Маленькие карликане на коньках! Советую посмотреть.
Надо ли говорить, с какой радостью мы отправились на стадион!
Балет на льду
Это был школьный утренник, очень похожий на те, к которым мы привыкли у себя дома. Добрую половину зрителей составляли взволнованные мамы, тёти и бабушки маленьких артистов. Они оживлённо переговаривались и с нетерпением поглядывали на большое ледяное поле, где только что установили декорации, изображающие дремучий лес.
Режиссёр — тоненькая, гибкая Семёрка — грациозно пересекла ледяную сцену и подкатила к нам, приветливо улыбаясь.
— Спасибо, что пришли. Это ведь я просила моего друга Четвёрку привести вас сюда.
Нас усадили в первом ряду, как почётных гостей.
И сразу над ледяным полем вспыхнул ослепительно яркий свет.
Дирижёр взмахнул палочкой, и под звуки весёлой музыки на сцену выбежали два малыша. Они развернули длинное полотнище, и все прочитали название балета:
ВОЛШЕБНЫЕ ПРЕВРАЩЕНИЯ И ВЕСЁЛЫЕ ПЕРЕСТАНОВКИ!
Малыши убежали, а вместо них появились другие — в разноцветных хитончиках во главе с добрым Вычислителем-Строителем.
Он красноречиво (хотя и без слов) рассказал, какие великие дела предстоит им совершить на благо людей. Цифры не менее красноречиво (тоже без слов) выразили полную готовность следовать за добрым Вычислителем-Строителем.
Вдруг в оркестре загремели барабаны, и на сцене появился злой Вычислитель-Разрушитель.
Завидев его, цифры бросились кто куда. Они боялись, что он возьмёт их в плен и заставит работать на себя. А этот злодей занимался очень плохими делами. Он ненавидел людей и хотел их уничтожить.
Добрый Вычислитель-Строитель стал на защиту испуганных малышей.
Тогда Вычислитель-Разрушитель, увидев, что одному ему не справиться, кликнул на помощь своё войско. И вот появились воины в белых мундирах с чёрными крестами на груди. Они схватили доброго Вычислителя-Строителя, крепко-накрепко связали и стали с силой вклиниваться между насмерть перепуганными цифрами, а те всё время увёртывались от них. Так продолжалось довольно долго.
По правде говоря, мои ребята ничего не понимали.
— Скажите, пожалуйста, — шёпотом обратился Сева к Четвёрке, — почему эти цифры так боятся воинов с плюсами на груди?
— Да потому, что сейчас они ещё свободные цифры. А когда плюсы начнут их складывать, они превратятся в
— А я думал, — возразил Сева, — что цифры и числа — это одно и то же!