Владимир Лещенко – Дочь самурая (страница 146)

Если фанатики пришли не одни а взяли с собой местных пуштунов – то они легко могут просочиться в тыл и отрезать его бригаду…

А против Савенко так вообще чуть не тысяча рыл…

И помощи не попросишь – Петербург с Константинополем еще когда раскачаются а все резервы не раз сокращаемого туркестанского военного округа брошены к перевалу Саланг.

Он мысленно ругнул начальство… Ну да – сугубо тыловой и не шибко нужный округ – а последние десять лет его даже на фоне армейских сокращений урезают особо… Мол – с кем тут воевать – фанатики надежно заперты в своих горах и медленно гниют, Иран, Самария и империя Цзинь – союзники или вассалы…

А людей после перехода на добровольную комплектацию не хватает(их и при призывной армии не хватало).

К тому же деньги нужны ученым и космическим войскам – как говорили озабоченным сухопутчикам. В итоге на весь округ – одна ташкентская дивизия, да их Особый корпус – три десятка тысяч штыков… Ну и отряды Корпуса пограничной стражи – подчиненный министру финансов и не имеющий даже бронемашин. Есть конечно милиция и войска Хивы и Бухары – по двадцать тысяч сарбозов с легким вооружением – но если махдисты прорвутся…

– Что туземная милиция? – хмуро осведомился он. Не разбежались еще?

– Никак нет, – сообщил представитель штаба. Стоят в местах сбора и ждут команды – только вот… у них один карабин на троих. Кто-то свои мултуки из дома взял. Кто то вообще с топорами и ножами пришел…

– Как так???

– Наше типичное армейское разгильдяйство. – вздохнул тот. Как раз накануне со складов Управления милиции массово забрали штатные СВТ – мол устарели и капризные. Должны были заменить на «петровы» – да вот… те увезли а эти – не привезли.

– Хорошо… – сжал зубы генерал («Какого хера хорошо то??!») Те у кого есть оружие пусть занимают резервные позиции – остальных вторыми номерами на пулеметы и к орудиям – снаряды таскать уж точно сгодятся.

И вернулся к карте где были обозначены его силы и силы врага.

Поначалу казалось, что боевики решили сосредоточить свою атаку на западном краю плато, лишь изредка постреливая с других направлений, но как только на тот фланг стянулись значительные силы дивизии дабы отразить удар, наступление пошло с противоположной стороны.

Несколько минут ожесточённого боя, и вот уже в изрядном поредевшем строе русский войск образовалась брешь. Пока что она была небольшая… Заработала артиллерия – полковник Штейгель как всегда не подкачал. Мощным огнём шестидюймовые гаубицы накрыли почти всю площадь прорыва, удачно не зацепив при этом своих бойцов. Брешь кое-как затянулась, но тут же пошёл прорыв с северного направления. Проверяют на зуб оборону. Растягивают и без того не шибко большие русские силы. Твари дьявола – как любят ругаться иранцы…

– Адъютант, что у нас с мехотрядом?

– Увязли под огнём противника – не могут пробиться. Слишком много пулеметов в районе западного каньона. Запрашивают поддержку с воздуха – персы должны помочь.

– Орлова уже поддержали! Ну ладно – свяжись с Кушкой – пусть пришлют сколько смогут… И чтоб отутюжили этих уродов как следует.

– Так точно!

Гымов зло выматерился – на этот раз про себя и неодобрительно посмотрел на представителя штаба… Чертов инспектор от которого так и воняет ОСВАГом!

Как же – обеспечили информацией – у «Талиб аль Махди» мол основое оружие – древние английские «буры» с кустарно переснаряженными патронами на черном порохе и даже вообще – кремневые мушкеты из деревенских кузниц. Ага – сюда бы этих аналитиков от слова «анал»! Да не в штаб а на передовую – да не с «петровыми» и лицензионными «СТГ-76» а с топорами которые захватили поднятые по тревоги обитатели приграничных кишлаков и селений.

Но как же черт возьми долго талибы готовились! У них под носом! Ага – помнится как распинался тот китайский цзянцьзюань – мол никакой контрабанды, ни болта ни железки на ту сторону не утечет! Как слащаво прижимал руки к груди индийский генерал – как его – Радж Сахул что ли? Все под контролем, мышь не пробежит!!

Сколько же отнятых у семей мальчиков и девочек продали ублюдки работорговцам чтоб купить все это стреляющее железо что сейчас убивает его солдат? Сколько невольников умерло на золотых копях и в дымных мастерских где из мака делали опий?

– Господин генерал, на связь вышла мангруппа Волкова. Запрашивают поддержку с воздуха.

– Скажи, чтоб отошли к Трем скалам и закрепились там. Поддержки не будет.

Что с остальными группами?

– Роты Семенова и Штайнберга увязли в бою по разные стороны ущелья. Пока держатся.

– Так – что там по самарцам? (Кое кто из штабных ухмыльнулся несмотря на неподходящую обстановку, хотя большинство не среагировало – насмешливое прозвище союзников уже стало привычным)

– Ээ – не могу знать!

– Дай мне Зайца!

– Вольф Львович – бросил он командиру добровольцев из армии республики Самарии. Прикажи своим отступать к кишлаку Артвиз. Пусть набросают мин какие есть – это задержит «бородатых» на какое-то время. Вопросы?

– Никак нет! – произнесла трубка почти без акцента.

– Выполнять!

А вы, господин штабс-капитан – ткнул генерал пальцем в адьютанта, – через десять минут с полным отчётом по всем наличным силам. Поняли меня?

– Так точно! – выпалил побледневший адъютант. – Разрешите выполнять?

– Действуйте!

Он оглянулся на связиста. Подпрапорщик Бахадур Рза-оглы (или просто Бахадур Бахадурович) Раджабов – уроженец Баку – зороастриец во втором поколении…

Он что то шептал сжимая в ладони знак своей веры – висевшего на аляповатой серебряной цепочке небольшого орла-сэнмурва из золота.

Даже не слыша слов генерал знал – тот читает молитву… «Поклон Ахура-Мазде» – малый канон.

Ты основа моей жизни. Ты господин моего тела, разума и души. Я вручаю себя в твои руки. Я отдаю все, что у меня есть, в твоё распоряжение, я посвящаю тебе свой ум, я буду изливать свое сердце перед тобой, я передаю свою душу тебе. Ты мой создатель и питатель, мой опекун и защитник, мой проводник и друг. Когда ты со мной, я мудр и добродетелен, силён и смел, богат и спокоен, счастлив и полон надежды. Хвала тебе и прославление, ныне и присно, Ахура Мазда.

Я стремлюсь жить пред тобою и ходить пред лицом Твоим, чтобы ничто его не заслоняло. Я ищу общения с тобою и дружбы с тобою. Я люблю тебя страстной преданностью, мой любящий отец.

Позволь мне искренне и твердо стать на твоей стороне. Позволь мне быть твёрдым в исполнении того, что ты назначил мне творить. Помоги мне не уклониться ни на волосок от своего долга. Позволь мне истощить свою душу в служении тебе, как свеча сгорает, испуская свет.

Моя жизнь окутана тобой и твоей защищающей любовью. Держи меня за руку и веди меня, и я пойду за Тобою, куда ты поведёшь меня. Я буду служить тебе до конца моей жизни, пока ты не призовёшь меня из моего земного пристанища в моё последнее отдохновение и покой в тебе. Да буду я всегда находить благоволение в твоих глазах. Да будут твои мысли пронизывать мой ум и сердце. Ты цель моих мыслей и желаний. Моё стремление к тебе. Пусть мое сердце успокоится в тебе. Я вознесу тебе песни хвалы и взывания. Я буду молиться Тебе, восхвалять тебя и славить тебя, призывать тебя и почитать тебя всем своим умом, всем сердцем и всей своей душой, о ты, который есть моё всё, Ахура Мазда.

Истинно сказано, что огонь – есть Твой сын, и через сына моя душа воспарит к Тебе, Отец.

«Страшно – Бахадур Бахадурыч?» – мысленно спросил генерал. Да – и есть от чего. Если мусульманину или христианину отрубят голову – ну посадят на кол – то зороастрийца исламисты будут пытать и мучить с особым удовольствием. Содранная с живого кожа – это самое меньшее…

Перед глазами генерала возникли сами собой черно – белые кадры хроники Великого Джихада – той что не крутят по телевизионным каналам, щадя (может и напрасно?) чувства подданных. Нет – учебные фильмы, виденные им будучи еще юнкером Омского училища.

Горы отрубленных голов в несколько ростов человека высотой – мужских, женских и детских – над которыми кружатся стервятники. Башни сложенные из тел связанных пленников вперемешку с глиной, камнями и известью – иногда несчастные были еще живы и умоляли проходивших мимо солдат даровать им быструю смерть… Руины Лахора по которым войска шли, утопая сапогами в жирном пепле сгоревших трупов…

И слова начальника училища – генерала Келлера командовавшего в том походе батальоном – «Мечта наших врагов – чтоб весь мир стал как Лахор – во имя их лживой веры!»

Генерал сжал зубы.

Ничего, мы удержим фронт! А потом махдисты и горные дикари пожалеют что вылезли из своего вонючего логова! О да – пожалеют – в 1954 Кабул бомбили старые «добрыни» и Су-4. А сейчас пойдут в ход С-22 и «кондоры» Кайзерфлюгфлотте!

…Первое что испытал капрал Буров – это радость от того что он жив… Осторожно прислушался к своим ощущениям и поднялся… Кажется легкая контузия… Он оглядел мир сквозь треснувшее бронестекло, подобрал валяющийся рядом «петров»… Так – крови нет, ноги вполне ходят, все благополучно – насколько это может быть на войне… В их челябинской рабочей слободке уличных в драках случалось ему получать удары и посильнее, а когда в цеху взорвался горн, то голова гудела полдня… Поудобнее перехватив автомат он двинулся назад.

Предчувствия его не обманули… Среди окровавленных камней и мертвых тел он нашел сидевшего на земле незнакомого офицера…