Владимир Лещенко – Азиатка (страница 16)

 

Не понимаю, почему местные так восторженно празднуют цветение сакуры. На вид обычная вишня, еще и не съедобная. В России деревья цветут также красиво, хоть вишня, хоть абрикоса, но никто не спешит праздновать начало цветения целую неделю.

 

Оказывается, я попал сюда как раз перед началом праздника весны, но за привыканием к новой жизни я это упустил, как и многое другое. Проспав почти сутки проснувшись я на полном автомате проделала утренние процедуры, сделала разминку и отправилась в парк. Присев на скамейку под деревом, глядя на проходящих людей я постепенно успокаивалась. Сейчас сижу, рассматриваю цветущую сакуру и размышляю как я покатилась до такой жизни. Раньше я не верил что все девушки дуры, есть только умные и хитрые дуры, а есть глупые дуры. Теперь понимаю что это так. Иначе чем объяснить такое поглупение как не женским телом. Хорошо еще не блондинистым телом. А то бы вообще заблудился в городе. Чем я вообще я думал? Похоже тем местом которое у девушек находиться между ног. Пойти снимать девушек в проститутский квартал. Было бы вполне естественно, останься я парнем. Привык что я могу, а меня нет. А что можно подумать видя школьницу в таком месте? Да шлюхой она подрабатывает, благо тут это не редкость. Трахнуть ее не сходя с места, во все дыры. Но вины за три труппа я не ощущал. Только стыд за свое поведение. А трое придурков не достойны называться мужчинами. А как иначе? Не смог соблазнить девушку остаться на ужин, плавно переходящий в завтрак? Уговорить, убедить, купить в конце концов? Сам дурак. Да что там, можно надоесть девушки до такой степени что она даст тебе во всех позах. Не смог и стал действовать силой? Не смей тогда называть себя мужчиной. Казел ты. И даже в втроем, с оружием не смогли справиться со слабой школьницей!! Сами виноваты. Как говорят – собрался воевать, так будь готов умереть. И вообще во всех изнасилованиях виноваты представители сильного пола. Если девушка сказала нет, значит – нет.

— Быстро же ты изменил свою точку зрения – ехидно откоментировал мои мысли внутренний голос – а не так уж давно считал что все они не прочь потрахаться, лишь для вида ломаются.

В ответ воображение услужливо подкинуло картину в которой меня лишают невинности на грязном полу.

— Ага, снова прорезался ехидный голос – глядишь бы и оценили такой подарок. Может быть потом даже до дома бы проводили.

От представленного меня передернуло. Я вспоминала, как грубо мяли мою грудь. Ужас от бессилия и унижения. Представила раздирающую боль там где прежде были только ласковые прикосновения. Нет, убить кого угодно, но такого унижения не допустить. Все, закрыли вопрос. Мысленно послав внутренний голос и вчерашних придурков отчитывающихся о своих грехах на том свете, я натянула наушники выбирая мелодию для поднятия настроения. Прижав наушники к голове, я наслаждалась музыкой и окружающим миром. Не так уж местные обычаи и плохи. Сейчас сидя в красивом парке, полном цветущих деревьев и слушая музыку я постепенно приходила в себя забывая яркие моменты вчерашнего происшествия. Мысли плавно свернули с самобичевания и переживаний на более насущные проблемы. Беспокоило как я буду внедряться в это общество и каким способом это можно сделать… ведь только идиот может думать, что чужака никто не раскусит. Он мыслит другими категориями, у него иные интересы и запросы, он говорит иначе, действует, ведет себя в различных ситуациях, начиная от быта, и заканчивая взаимодействием с другими существами. Чужака сразу вычислят, нутром почуют, ведь он – другой. Не такой, как остальные. Это только в сказке Золушка, которая являлась привилегированной прислугой, по сути, веселилась на балу и ее не спалили. Глупость неимоверная, которая бывает только в сказках для самых маленьких, или в головах романтично настроенных дур, мечтающих о ПрЫнце на белом осле. Ее тормознули бы уже на подходе к бальной зале, а то и к дворцу! Что с того, что она приехала на карете и в платье? Желающих прорва, и не все из них имеют на это право. А навыки поведения откуда возьмутся? Или фея-крестная вместе с антуражем подарила своей крестнице, про которую забыла сразу после крестин, новую личность? Или произвела форматирование и прошивку мозгов? Можно держать рожу кирпичом, можно одеться в самое дорогое, но моторику тела не изменить! Золушка была прислугой! Что и демонстрировала своим поведением: почтительная поза, глаза опущены, голова наклонена, руки придерживают платье, голос покорный… и вот это блистало на балу? Пусть даже и в новом платье, которое тоже нужно уметь носить, особенно бальное, весящее, как хороший доспех, и все это на каблуках! Так что, вылетела бы самозванка непонятного роду-племени прямо из дворцовых ворот пинком под зад, с тыквой на голове и мышами в качестве компании, и хорошо, если не сразу в допросные подвалы. Фее ее подопечная явно на фиг не была нужна… или она имела на родителей девочки огромнейший зуб, раз решила избавиться от нее таким способом… зато интрига – зашибись! Все сделано чужими руками, а к фее не подкопаешься: на бал – отправила, антураж – обеспечила, ну а воспитание… тут уж извините, этого в заказе не было. Каждое общество имеет свои невербальные навыки общения, которые легко считываются окружающими.

Почему мы сразу видим военного, или девицу очень легкого поведения, или большого босса, или подчиненного-подхалима?. Мне конечно, полегче будет после получения части чужой памяти. Вызывающе нарушать все нормы не буду. Но знать и уметь разные вещи. Жить и мыслить категориями японца – увольте. Пока я не закончу школу на меня особого внимания обращать не будут, а вот потом что будет? Еще я ни разу не встретился с опекунами что вообще странно. Не могут в Японии быть дети совсем уж без надзора. Или я его просто не видела?

А по возвращению домой меня ждал сюрприз из серии «к нам едет ревизор». В зале на моем любимом диванчике нагло развалился на редкость мерзкий тип. Лет пятидесяти, лысоват, но полнотой не страдает. И без того неприятное впечатление сильно усугубляли брезгливые складки возле губ и взгляд, полный уверенности в собственной исключительности.

— Ты где была?

Глава 8. Ищут пожарные, ищет полиция…

 

При первых звуках его голоса пришло узнавание. Сознание наполнили смешанные причудливым образом личная неприязнь и чужое почитание старшего. Но конфронтация при первой встрече явно лишняя. И он может удивиться резкому изменению характера девушки. Отпускаю на волю чужие инстинты и прогибаю спину в почтительном поклоне.

— Дядя…

— Где ты была? — меня перебивают, не дав закончить традиционного приветствия.

— Простите мне моё поведение – язык сам собой плетет цветистые обороты извинений – очень сожалею, но я ходила в парк посмотреть на цветущую сакуру.

Ага, честность – лучшая политика, выборочная честность – идеальная политика. Главное кланяться чаще и глубже, что бы не увидел в глазах злость.

— Почему не взяла с собой телефон? — Меня вновь перебили. Проследив за взглядом «родственника», я обнаружила свой айфон сиротливо лежащим на краю стола и вяло попискивающим последними крохами заряда.

От осознания факта, что в местных «мобильниках» есть куча программ для отслеживания чужого местоположения меня пробил холодный пот. Кроме вчерашнего приключения мои передвижения не несли криминала, но вот вчера… К моей огромной радости импульсивно выскочив за дверь навстречу неприятностям, как котенок Гав, я попросту оставила его на столе.

— Простите, дядя, забыла. Обещаю, что это больше не повторится

Может уже хватит извиняться? Слишком тут любят ползать перед старшими на коленях.

— Хорошо, — сменил гнев на милость дядя, видно засчитав прогиб.

— Завтра я отвезу тебя в новую школу, будешь регулярно посещать школьного психолога. Чтение завещания твоего отца состоится через месяц. Ты обязана присутствовать при этом.

— Да дядя, я благодарна за вашу заботу и приложу все усилия чтобы не опозорить фамилию семьи – умеренно кошу под дурочку.

Недовольно дернув бровью, мой опекун уходит. Как и положено прилежной японочке провожаю гостя до выхода с поклоном. Вот почему все мужчины здесь пользуются обычным разговорным сленгом, а женщины ОБЯЗАНЫ пользоваться почтительной речью? Налицо дискриминация. Феминистки, ау? Где вы?

Закрыв за гостем дверь, я озадачиваюсь очевидным вопросом: А что это вообще было? Где слова соболезнования? Или поинтересоваться как ты, племяша? Нужно что? На худой конец: Держись, время лечит, будь сильной, не? НИ-ЧЕ-го. Не говоря уже о том, что оставлять несовершеннолетнюю девочку в одиночку после гибели родителей…

И почему-то мне казалось, что у только что ушедшего дяди в глазах мелькал вопрос: За каким западным демоном ты еще жива?

Надо узнать что произошло с девушкой. И проконсультироваться с юристом. Незнание закона от ответственности не освобождает. А вот знание еще как освобождает. И быстрей сменить замки, а то ходят тут как у себя дома… Или это действительно его дом? Один фиг меняем…

Мои размышления прервал дикий визг айфона, из последних сил выполняющий свой долг. Недоумевая, кому там так неймется, я ответила на вызов. *

— Федеральное сообщение, всему населению префектуры включить телевизоры для прослушивание срочного сообщения – сообщил мне приятный, но явно синтезированный женский голос.