Владимир Ленин – Полное собрание сочинений. Том 32. Май – июль 1917 (страница 6)

«…Война не нужна была трудовому народу. Не он ее начал. Затеяли ее цари и капиталисты всех стран…»

Правильно. Вот это так. И когда воззвание «зовет к восстанию, к революции рабочих и крестьян Германии и Австро-Венгрии», мы это тоже от всей души приветствуем, ибо это правильный лозунг.

Но как же можно, рядом с этой несомненной правдой, говорить следующую вопиющую неправду:

«…Вы (русские солдаты) защищаете грудью не царя, не Протопоповых и Распутиных, не богачей помещиков и капиталистов…».

Подчеркнутые нами слова – явная, вопиющая неправда.

Ибо если война «не нужна» трудовому народу, если войну эту затеяли не только цари, но и «капиталисты всех стран» (как признано в воззвании Совета с полнейшей определенностью), то очевидно, что, пока любой из народов в этой войне терпит у себя правительство капиталистов, он «защищает» именно капиталистов.

Одно из двух: или в этой войне «виноваты» только австро-германские капиталисты. Если народнические и меньшевистские вожди Петроградского Совета думают так, то они вполне скатываются к Плеханову, к русскому Шейдеману. Тогда надо вычеркнуть, как неправду, слова, что войну «затеяли» «капиталисты всех стран». Тогда надо выкинуть, как неправду, лозунг «мир без аннексий», ибо тогда правильным лозунгом для такой политики будет: у немцев отнять их, немецкие, аннексии, а англичанам и русским сохранить (и приумножить) их, англо-русские, аннексии.

Или эту войну затеяли действительно «капиталисты всех стран». Если народнические и меньшевистские вожди Совета не отрекаются от этой несомненной правды, тогда нельзя терпеть такой возмутительной неправды, будто русские солдаты, пока они терпят правительство капиталистов, «не» защищают капиталистов.

Тогда надо сказать правду и русским (а не только австро-германским) солдатам: товарищи солдаты, пока мы с вами терпим у себя правительство капиталистов, пока тайные договоры царя считаются святыней, мы ведем именно империалистскую, захватную войну, мы «защищаем» грабительские договоры, заключенные бывшим царем Николаем с англо-французскими капиталистами.

Это – горькая правда. Но это правда. Народу надо говорить правду. Только тогда у него раскроются глаза, и он научится бороться против неправды.

Посмотрите на вопрос с другой стороны – и вы еще раз убедитесь в полной неправдивости воззвания Совета. Оно зовет «к восстанию» рабочих и крестьян Германии. Прекрасно. К восстанию против кого? Только ли против Вильгельма?

Но если бы Вильгельма заменили немецкие Гучковы и Милюковы, т. е. представители класса немецких капиталистов, то разве от этого мог бы измениться захватный характер войны со стороны Германии? Ясно, что нет. Ибо все знают, – и воззвание Совета признает, – что войну «затеяли цари и капиталисты всех стран». Следовательно, свержение царей, если власть переходит к капиталистам, ровно ничего в характере войны не меняет. Аннексия Бельгии, Сербии и пр. не перестанет быть аннексией от смены Вильгельма немецкими кадетами, совершенно так же, как аннексии Хивы, Бухары, Армении, Финляндии, Украины и пр. не перестали быть аннексиями от смены Николая русскими кадетами, русскими капиталистами.

Допустим другое и последнее возможное предположение, именно, что воззвание Совета зовет германских рабочих и крестьян к восстанию не только против Вильгельма, но и против германских капиталистов. Тогда мы отвечаем: правильный, верный призыв. Сочувствуем вполне. Но только – любезные граждане Чернов, Чхеидзе, Церетели – справедливо ли это, разумно ли это, достойно ли это: звать немцев к восстанию против капиталистов, а самим поддерживать правительство капиталистов у себя дома?

Неужели вы не боитесь, любезные сограждане, что немецкие рабочие обвинят вас в неправдивости и даже (чего боже упаси) в лицемерии?

Неужели вы не боитесь, что немецкие рабочие скажут: у нас еще не вспыхнула революция, мы еще не дошли до того, чтобы наши Советы рабочих и солдатских депутатов открыто договаривались о власти с капиталистами. Если вы, русские братья, уже дошли до этого, отчего вы нам проповедуете «восстание» (вещь тяжелая, кровавая, трудная), а сами мирно не берете власти от Львова и К^о, заявляющих о готовности уйти? Вы ссылаетесь на революцию в России, но ведь вы, граждане Чернов, Чхеидзе, Церетели, учились социализму и знаете хорошо, что революция ваша пока поставила у власти капиталистов. Не получается ли тройной неправды, когда вы во имя русской революции, давшей власть русским капиталистам-империалистам, требуете от нас, немцев, революции против капиталистов-империалистов? Не выходит ли у вас «интернационализм на вывоз», «революционность на вывоз»? – для немца революция против капиталистов, а для русских (несмотря на кипящую тоже революцию в России) соглашение с капиталистами?

Чернов, Чхеидзе, Церетели окончательно скатились к защите русского империализма.

Это – печальный факт, но факт.

«Правда» № 47, 16 (3) мая 1917 г.

Печатается по тексту газеты «Правда»

Запугивание народа буржуазными страхами

Газеты капиталистов, с «Речью»{16} во главе, лезут из кожи вон, чтобы запугать народ призраком «анархии». Не проходит дня, чтобы «Речь» не кричала об анархии, не раздувала известий и слухов об отдельных, совершенно ничтожных случаях нарушения порядка, не запугивала народ призраком запуганного буржуа.

За «Речью», за всеми газетами капиталистов тянутся давшие себя запугать газеты народников (социалистов-революционеров{17} в том числе) и меньшевиков. «Известия Петроградского Совета Рабочих и Солдатских Депутатов» {18}, вожди которых в данный момент принадлежат к этим партиям, в сегодняшней передовице окончательно переходят на сторону распространителей «буржуазных страхов», договариваясь до такого… как бы это помягче выразиться?., явно преувеличенного заявления:

«Идет разложение в армии. Местами идут беспорядочные захваты земли, истребление и расхищение скота и инвентаря. Растет самоуправство…».

Под самоуправством народники и меньшевики, т. е. партии мелкой буржуазии, разумеют, между прочим, взятие всей земли крестьянами на местах, не дожидаясь Учредительного собрания. Именно этот жупел («самоуправство») выдвинул, как известно, министр Шингарев в своей знаменитой телеграмме, в свое время обошедшей газеты (см. «Правду» № 33)[1].

Самоуправство, анархия… какие страшные слова! Но пусть народник или меньшевик, желающий думать, поразмыслит немного над следующим вопросом.

До революции земли были у помещиков. Это не называлось анархией. А к чему это привело? К краху по всей линии, к «анархии» в самом доподлинном смысле слова, т. е. к полному разорению страны, к разорению и гибели большинства населения.

Мыслим ли отсюда иной выход, кроме величайшей энергии, инициативности, решительности большинства населения? Ясно, что нет.

Что же получается в итоге?

1) Сторонники царя за всевластие помещиков в деревне и за сохранение ими всей земли. Они не боятся действительно получавшейся также от этого «анархии».

2) Кадет Шингарев, как представитель всех капиталистов и помещиков (кроме кучки царистов), стоит за «примирительные землевладельческие камеры для добровольного соглашения между земледельцами и землевладельцами при волостных продовольственных комитетах» (см. его телеграмму). Мелкобуржуазные политики – народники и меньшевики – идут на деле за Шингаревым, советуя крестьянам «ждать» до Учредительного собрания и называя немедленную конфискацию земель самими крестьянами на местах «анархией».

3) Партия пролетариата (большевики) стоит за немедленный захват земель крестьянами на местах, рекомендуя величайшую организованность. Мы не видим тут «анархии», ибо именно такое решение, и только такое решение, есть решение по большинству местного населения.

С которых пор решение по большинству называется «анархией»?? Не правильнее ли называть анархией решение по меньшинству, предлагаемое в разных формах и царистами и Шингаревым?

Ибо если Шингарев хочет заставить крестьян «добровольно» «примириться» с помещиками, то это есть решение по меньшинству, ибо крестьянских семей приходится в России, на круг, 300 против 1 семьи крупного помещика. Если я предлагаю тремстам семей «добровольно» «соглашаться» с одной семьей крупного эксплуататора, то я предлагаю решение в угоду меньшинства, решение анархическое.

Вы, господа капиталисты, криками об «анархии» прикрываете защиту интересов одного против трехсот. Вот в чем гвоздь.

Возразят: но ведь вы хотите решения дела одними местными людьми, не дожидаясь Учредительного собрания! ведь вот в чем анархия!

Отвечаем: а Шингарев чего хочет? Тоже решения дела местными людьми («добровольным соглашением» крестьян с помещиками), тоже не дожидаясь Учредительного собрания!

По этому пункту между нами и Шингаревым разницы нет: мы оба за окончательное решение Учредительным собранием и за предварительное решение – и проведение в жизнь – местными людьми. Разница между Шингаревым и нами только та, что мы говорим: 300 решат, 1 подчинись; а Шингарев говорит: если 300 решат, это будет «самоуправство», а пусть 300 «согласятся» с 1.

Как низко должны были пасть народники и меньшевики, чтобы помогать Шингаревым и К^о распространять буржуазные страхи.

Боязнь народа – вот что руководит этими руководителями страхов и ужасов.