Владимир Лазарис – Белая ворона (страница 44)

Кляйншток изложил свои рассуждения в очередном донесении и получил инструкции из Берлина.

Когда Чечкис позвонил, Кляйншток договорился с ним встретиться в Бахайских садах. Там стоял запах лимонных деревьев в цвету, а далеко внизу раскинулся Хайфский залив. Кляйншток подумал, что так, должно быть, выглядят райские кущи.

— Рай, не правда ли? — сказал Чечкис, будто читая его мысли.

— Так оно и должно быть: наверху — рай, внизу — ад, — ответил Кляйншток.

— Но в наших силах сделать этот ад более пригодным для жизни, а то и превратить в рай.

— Да уж не марксист ли вы? — деланно испугался Кляйншток.

— Боже упаси! У меня с Марксом коренное расхождение: он говорит «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», а я говорю «Евреи всех стран, соединяйтесь!».

— Чем же вам может помочь в этом Германия?

— Тем, что отправит в Палестину немецких евреев.

— Отправит? Но ведь люди сами решают, куда им ехать. Разве можно решать за них?

— Еще как! Не хочу сейчас вдаваться в подробности, но евреи обязательно поедут в то место, куда будет разрешено вывезти капиталы.

— Пожалуй, в этом есть резон. А Германии от этого какая выгода?

— Большая. И обоюдная: немцы хотят, чтобы евреи уехали из Германии; мы хотим, чтобы они приехали в Палестину. За это мы готовы поделиться с немцами информацией об англичанах.

— А я чем могу помочь?

— Тем, что передадите мое предложение.

— Кому?

— Тем, кто в этом заинтересован. Герр Кляйншток, мы с вами, можно сказать, коллеги. — Чечкис сделал паузу. — Мы оба торгуем. Вы — велосипедами, я — апельсинами. Какая разница, чем торговать! Была бы прибыль.

14

На межведомственном совещании руководителей Абвера, СД и гестапо было решено, что делом Чечкиса займется СД, поскольку речь идет не о шпионаже, а о решении еврейского вопроса в Германии. В четвертом управлении СД дело передали в еврейскую секцию гауптшарфюреру Адольфу Эйхману, молодому флегматику с несколько перекошенным ртом. Раньше он работал в отделе борьбы с масонами и перевод в еврейскую секцию воспринял как повышение. Его начальник, инженер по профессии, путешественник по натуре и литератор по призванию, потомок обнищавших австрийских князей решил ввести нового сотрудника в курс дела и дал Эйхману прочитать «Еврейское государство» Теодора Герцля. Эйхман пришел в полный восторг, составил конспект и написал в отчете, что «в книге заключено настоящее решение еврейского вопроса». Затем он прочитал «Историю сионизма» Адольфа Бёма, начал изучать сионистское движение и купил учебник древнееврейского языка. Еще через несколько месяцев Эйхман уже читал коллегам лекции по сионизму.

Гауптшарфюреру Эйхману и было поручено принять приехавшего из Палестины Бенци Чечкиса.

Эйхман встретился с Чечкисом в гостинице «Цум Траубе» около зоопарка и пригласил его пообедать.

Наполнив бокалы, Эйхман предложил тост за встречу.

— Расскажите, герр Чечкис, что слышно в Палестине: что в киббуцах, как обстоят дела с еврейской иммиграцией, с арабским бунтом?

Чечкис подробно рассказывал. Эйхман внимательно слушал, а когда Чечкис закончил, задумчиво сказал:

— Будь я евреем, непременно стал бы таким же сионистом, как Герцль.

— Вы читали Герцля? — удивился Чечкис.

— Я прочел его «Еврейское государство». Решение еврейского вопроса, которое он предлагает, представляется мне идеальным: евреев всего мира надо отправить в Палестину и… — Эйхман чуть не сказал «никуда оттуда не выпускать». — С еврейскими мозгами она станет самым процветающим государством на Ближнем Востоке.

— Значит, вы нас поддерживаете? — спросил Чечкис.

— У нас с вами общий враг — Британия, и мы всецело на вашей стороне. Лучше иметь дело с европейцами, чем с аборигенами.

— Отрадно слышать, герр Эйхман. Мы были бы чрезвычайно рады вашему визиту в Палестину.

— Это что, приглашение? — спросил Эйхман, не показывая своей радости.

— Самое что ни на есть официальное. От имени организации, которую я представляю, — ответил Чечкис.

— Благодарю вас, герр Чечкис. Я непременно сообщу о нем начальству. А теперь, если не возражаете, перейдем к делу. Насколько мне известно, вы представляете ХАГАНУ.

Эйхман постарался произнести это название по-древнееврейски, и у него получилось что-то похожее.

— Совершенно верно, — подтвердил Чечкис.

Ближе к десерту в голове Эйхмана созрел отчет о встрече, который он представит вместе с полученным приглашением.

Отчет он представил начальнику отдела, штандартенфюреру Зиксу, бывшему декану экономического факультета Берлинского университета.

«Совершенно секретно.

Довожу до Вашего сведения, что еврей Чечкис Бенци занимает руководящую должность в разведотделе подпольной еврейской организации ХАГАНА (на древнееврейском — „оборона“), куда входят вооруженные формирования палестинских евреев. После того как агент Абвера вышел на вышепоименованного Чечкиса, было принято решение пригласить его в Берлин с целью завербовать в качестве агента гестапо. Чечкис свободно говорит по-немецки. Убежденный сионист, считает врагами еврейского народа всех, кто против создания в Палестине еврейского государства, а конкретно — против англичан, оккупировавших Палестину. Поэтому он готов сотрудничать с Германией при условии, что она снимет финансовые ограничения для еврейских эмигрантов в Палестину.

Расходы по оплате визита (билеты, проживание в гостинице, питание и пр.) вышеупомянутого еврея Чечкиса в Берлин взяло на себя Четвертое управление СД. По сообщению нашей агентуры, из Берлина Чечкис отправился в Париж, куда ХАГАНА послала его для сбора информации и откуда спешно отозвала в Палестину.

Ознакомившись с отчетом Эйхмана, Зикc составил следующие рекомендации для главы СД и гестапо, обер-группенфюрера Гейдриха:

«1) Установить контакты с евреем Чечкисом для его вербовки в платные информаторы. 2) Возложить налаживание контактов с Чечкисом на гауптшарфюрера Эйхмана, получившего от него приглашение посетить Палестину. 3) Направить гауптшарфюрера Эйхмана в Палестину, а также дать ему сопровождающего. 4) Снабдить обоих журналистскими удостоверениями. 5) Арестовать в качестве заложников представителей ХАГАНЫ, находящихся в Германии, в целях обеспечения безопасности гауптшарфюрера Эйхмана и его сопровождающего на время их поездки в Палестину. 6) Получить от Чечкиса следующие планы: всех американских организаций, бойкотирующих Германию; Всемирной лиги борьбы с антисемитизмом; французской ассоциации „Все евреи — братья“. 7) Ознакомиться с планами по созданию еврейского государства в Палестине с целью помешать их осуществлению. 8) Дать Чечкису в обмен на полученную от него информацию следующие гарантии: а) еврейские организации Германии и гестапо заставят евреев, покидающих Германию, ехать только в Палестину; б) освободить всех евреев, арестованных в Германии по подозрению в причастности к деятельности ХАГАНЫ; в) оплачивать услуги Чечкиса из агентурного фонда.

Прочитав отчет Эйхмана с приложенными к нему рекомендациями Зикса, Гейдрих санкционировал поездку гауптшарфюрера Адольфа Эйхмана и обершарфюрера Герберта Хагена в Палестину сроком на один месяц.

Эйхману и Хагену выдали документы, в которых они числились под своими фамилиями. Хаген — как студент факультета международных отношений Берлинского университета, а Эйхман — как журналист берлинской газеты. На расходы они получили в бухгалтерии по 1680 рейхсмарок и отправились в Палестину.

15

В арабской печати все чаще появлялась фамилия Азиза Домета, и на него начали обращать внимание мандатные власти. Наместник ознакомился с докладной запиской начальника арабского отдела «О провокационных материалах в газете „Аль-Кармель“» и дал указание начальнику отдела контрразведки проверить связи Домета с экстремистскими элементами среди арабов.

Майор Маккензи вынул из сейфа дело Домета, прочитал его и попросил секретаршу вызвать лейтенанта Брэдшоу. Тот явился.

— Послушайте, Брэдшоу. Тут наклевывается интересное дельце. Шекспира помните?

— Никак нет, сэр, давно не перечитывал.

— Я имею в виду агента под кличкой «Шекспир», — Маккензи едва удержался от смеха. — Ну, этого вашего араба. Как его…

— Азиза Домета, сэр. Хорошо помню. А что с ним случилось?

Майор вкратце рассказал Брэдшоу о журналистской деятельности Домета.

— Так вот, в его деле написано, что он хотел издавать газету, которая была бы под нашим контролем. Помните, что вы ему ответили?

— Никак нет, сэр.

— Вы ему ответили, что у нас на газету денег нет.

— А разве это не так, сэр?

— Конечно, так, но ответить нужно было, что этот вопрос следует урегулировать с Лондоном или еще что-нибудь в таком духе, и продолжать подкармливать его.

— Так точно, сэр. Он писал очень дельные обзоры о настроениях арабов.

— Вот видите. А теперь он пишет «очень дельные» статьи о настроениях арабов, и, как сказал наместник, второй такой антибританской газеты в Палестине нет. Где этот Домет раздобыл деньги на газету?

— Не могу знать, сэр. Когда я виделся с ним в последний раз, его уволили с работы, и он был беден как церковная мышь.

— Проверьте его связи с иерусалимским муфтием и с другими арабскими фанатиками. Пусть Барнс сделает для вас перевод самых примечательных редакторских колонок этого Домета и статей за его подписью. Дайте задание отделу наружного наблюдения сесть Домету на хвост и прощупать его связи.