Владимир Ларионов – Исток русского племени (страница 11)

В 1927 году, как мы уже говорили выше, лабиринты России исследовал Николай Виноградов. С выводами Виноградова, однако, никак нельзя согласиться в свете накопившихся материалов. Например, признавая, что лабиринты являются естественным звеном мегалитов Европейского Севера и родственны кромлехам Британии, он неожиданно утверждал, что кромлехи не связаны с кельтами, а принадлежат к древним германцам, вытесненным кельтами на Север. Далее он считал, что скандинавы передали культуру лабиринтов финнам и лопарям. Лабиринты нашего Севера он считал в свете своей гипотезы самыми молодыми.

Виноградов правильно рассудил, что религиозное отношение финнов к каменным лабиринтам связано с культом предков, и именно в этом направлении следует искать настоящую отгадку лабиринтов. Однако ведь в свете германской мифологии, в которой он предполагал отыскать эту отгадку, вопрос не решается. Кельты в действительности предшествовали германцам на севере Европы и именно им принадлежат кромлехи. Впрочем, есть мнение, что развитая культура мегалитов предшествовала появлению индоевропейцев и связана с палеоевропейскими племенами, чьим живым осколком являются современные баски. Самое же главное для нас то, что совершенно очевидно, — древнейшие лабиринты и культура, неразрывно связанная с ними, расположены на Русском Севере.

Наш современник, историк, археолог и публицист А. Л. Никитин ближе всех подошел к решению не только загадки лабиринтов, но и сложному вопросу об этнической принадлежности строителей этих уникальных каменных сооружений. Он сказал почти все о лабиринтах, от «А» до… Что-то помешало ему сказать самое главное. Алфавит познания остался недописан.

Трудно сказать, что помешало ученому сделать очевидно напрашивающийся вывод из логической цепочки его же собственных рассуждений. Вполне вероятно, главная причина — это отсутствие четкого представления об арийской прародине и невнимательное отношение к древним русским преданиям, где Север всегда рассматривался исконной русской территорией со времен легендарных прародителей Словена и Руса, в чью могучую державу, согласно легендарным преданиям новгородского севера, на заре славянской праистории входили земли Беломорья до Урала.

Никитин задавался вопросом, кто мог оставить эту столь распространенную по Северу культуру, с лабиринтами как своеобразными визитными карточками. Ведь определенный тип памятника связан со столь же определенным народом, который его оставил, с той или иной археологической культурой, представленной совокупностью устойчивых и характерных признаков. Огромные расстояния и отсутствие у лабиринтов каких-либо находок долгое время не позволяли принять единственно возможный вывод, что каменные сооружения в виде лабиринтов сложены одним народом древности.

Никитин к такому выводу подошел, но вместо очевидного факта, что перед нами путь древних арийцев из полярной прародины в Северную Европу удивительно точно «маркерованный» лабиринтами, ученый выстроил сложную конструкцию с взрощенными искусственным путем протосаамами, которые раньше говорили на каком-то другом языке, но, тем не менее, и тогда состояли в странном родстве с просто саамами. Затем эти таинственные строители лабиринтов, которые в отличие от саамов оленей не гоняли, а предпочитали мореходство, перешли на международный саамский язык первобытной дипломатии и внезапно исчезли на удивление просто саамов. Если отбросить поголовную политическую эмиграцию на Марс, то вопрос кажется неразрешимым. Куда ушли хозяева Европейского Севера? Или сознательно забыли свои увлечения морскими путешествиями и стали пасти оленей?

Учтем, что чистые саамы представляют собой классический образец уральской расы. Они очень низкорослы, — имеют черные жесткие волосы и значительную монголоидную примесь. Древнейший антропологический материал Русского Севера с озера Лача, например, показывает нам первых насельников этого сурового края как людей высокого роста с ярко выраженными чертами древних нордических протоевропейцев с показательной для этого расового типа долихоцефалией — длинноголовостью. Непонятно, зачем надо было огород городить с протосаамами, если означенные непротосаамы никогда не были исторически или археологически зафиксированы ни в Польше, ни в Германии, ни в Англии, ни в Ирландии. А вот лабиринты там есть, и не просто как археологическая диковинка, а как элемент живой народной традиции! Даже людям, далеким от проблем истории, религии и традиционной культуры, известен знаменитый в Англии Хэмптон-Кортский лабиринт, описанный Джеромом К. Джеромом в его замечательной книге «Трое в лодке, не считая собаки».

Вернемся к фактам. Опираясь на расчеты геологов, изучавших колебания береговой линии в прошлом, археологи полагают, что лабиринты появились в 3-м тыс. до н. э. и их перестали строить уже в начале 1-м тыс. до н. э.

По-видимому, именно в этот временной отрезок и совершались крупные миграции индоевропейских племен Севера в Европу и Азию. И именно в Европе бытование лабиринтов в народной культуре дожило до нашего времени. Однако средневековые европейцы, похоже, не сохранили целостного понимания сакрального значения лабиринтов, хотя и обрывки традиции, донесенной до нас консервативным фольклором, очень существенно продвигают нас по пути решения проблемы назначения этих сооружений для наших предков.

В Англии и Ирландии народная молва считала лабиринты входами в подземные чертоги — сиды. На них при лунном свете танцуют эльфы и прекрасные феи. Рядом с лабиринтами там можно видеть своеобразные конструкции из трех небольших плит, собранных в виде арок-входов в подземелье. Точно такую конструкцию автор этих строк наблюдал на Большом Заяцком острове. Эти факты в совокупности позволяют связать лабиринты с царством мертвых, с царством первопредков, с инобытием в загробном или зачарованном мире.

В Британии, на полуострове Корнуолл, в Тинтагеле есть знаменитый лабиринт, который местные предания связывают с легендарным королем Артуром. Возможно, и загадка знаменитого Стоунхенджа в Британии лежит в плоскости проблемы происхождения и сакрального назначения лабиринтов. Это так же справедливо и для таинственного Тиуновского святилища в Вологодской области. Оба этих сакральных объекта имеют между собой какую-то еле уловимую связь. Есть в Британии и еще одно примечательное место, которое позволяет нам по-новому взглянуть на памятники отечественной истории. Речь идет о горе Гластонбери-Тор. Башня разрушенной церкви Святого Архистратига Михаила стоит на вершине. С этим холмом связана одна замечательная история, которая стала известна автору уже после того, когда работа над загадкой лабиринтов была закончена. Однако кратко эту историю необходимо сообщить читателю, так как она удивительным образом подтверждает главные концептуальные установки, сделанные в процессе поиска ответа на загадки священных лабиринтов.

В 1944 году ирландский бизнесмен Джеффери Расселл увидел таинственный сон. Проснувшись, он перенес на бумагу образ, навеянный сновидением. Это была странной формы, крученая в семь витков, спираль. Расселл сохранил рисунок, но вскоре забыл о нем. Восемнадцать лет спустя, перелистывая журнал «Кантри лайф», он внезапно увидел фотографию резного рисунка на камне. Камень был обнаружен в окрестностях Тинтагеля, знаменитого замка времен короля Артура в кельтском Корнуолле. Расселл был как громом поражен. В рисунке на камне он узнал ту самую загадочную спираль из своего сна восемнадцатилетней давности. То, что он нарисовал по памяти, было не чем иным, как сверхсознательным коллективным архетипом древнего представления о лабиринте. Вскоре он снова увидел этот символ. На этот раз это была античная монета, отчеканенная в Кноссе, о которой мы упомянули в тексте.

В 1966 году Расселл побывал в священном месте Британских островов — Гластонбери. Король Ина, один из первых правителей англо-саксонского королевства в Уэссексе, построил здесь, в аббатстве Гластонбери, церковь в начале VIII века. Но еще до этого там стояла маленькая деревянная старая церковь, сохранявшаяся до пожара 1184 года. В древнем предании говорится, что эта церковь имела чудесное происхождение. Согласно Житию св. Дунстана, святого мужа X века, который восстановил аббатство после долгих лет забвения, «в этом месте по Божьему соизволению первые неофиты католического закона обнаружили деревянную церковь, построенную не человеческой рукой… освященную в честь Христа и Святой Девы Марии». Хронист Вильгельм из Мальмсбери, писавший в начале XII века и своими глазами видевший старую церковь, добавил, что она была создана апостолами Спасителя. Согласно местным преданиям, именно в Гластонбери в 63 году н. э. прибыл Иосиф Аримафейский с учениками, привезя с собой священные реликвии, в том числе и загадочный Святой Грааль. Во дворе аббатства до сих пор растет «Святой терновник», привезенный Иосифом со Святой земли. Он всегда зацветает на Рождество Христово. При аббате Ричарде Уайтинге в 1539 году разразилась катастрофа. Гластонбери попал в список упраздненных монастырей при первом протестантском короле Генрихе Восьмом. Началось разграбление монастырских реликвий. Аббат Уайтинг скрыл в стенах монастыря священные сокровища. Даже под пытками он не раскрыл секрета. Его повесили на вершине холма Гластонбери-Тор, откуда открывался вид на аббатство. Королевские уполномоченные нашли в стенах и погребах аббатства до пятисот драгоценных предметов. Чаша Святого Грааля найдена не была. Эта земля продолжает хранить свою священную тайну.