Владимир Кунин – Технарь (страница 13)

В своей каюте я начал изучать файлы, которые скинул мне Док в планшет. Просмотрев несколько роликов и демонстраций, понял, что ничего не понял. Вернее, немного разобрался, но появилась некоторая путаница в голове от рекламы. Есть империя Атаран, там рабство запрещено. Есть государство Агар, там рабство официально разрешено. Есть государства старших рас и мелкие государства, о них почти ничего не было. Во всём Содружестве обычный капитализм и что-то между демократией и империализмом. Нужно поискать в инфосети подробности.

Тут подошёл Винк и поинтересовался, готов ли я пострелять. Я сказал, что всегда готов, и мы пошли с ним к дальним палубам. По дороге он рассказывал, какое бывает ручное стрелковое оружие, его примерные цены, плюсы и минусы. Большие пушки я сразу отмёл, в крутых разборках я местным не конкурент. А вот мелкие и скрытного ношения очень даже сгодятся, например, я предварительно выбрал станнер (усыплятель, как я понял) и игольник (пистолет-пулемёт типа Узи).

Тир представлял собой ящик с кучей оружия и кусок корабельной брони вдали с нарисованной мишенью. Я спросил, что из оружия является игольником, и Винк подал мне непривычного вида пистолет. Я покрутил его в руках, нашёл переключатели темпа стрельбы и предохранитель, настроил пистолет на одиночные выстрелы и, сняв с предохранителя, начал целиться в мишень.

– Ты чем меня слушал? – поинтересовался Винк. – Прицельная дальность игольника – двадцать метров, а тут все пятьдесят до мишени. Или не умеешь на глаз расстояние определять?

– Смотря как стрелять, – заметил я, попадая в цель три раза подряд, даже не пытаясь целиться.

– Это как? – удивился тот.

– Да, как всегда, повезло, – пожал я плечами, а попробовав пострелять прицельно и промахнувшись десять раз подряд, сказал: – Всё, везуха закончилась.

– Ты так больше не шути, а то я уже усомнился в своих знаниях о стрелковом деле, – нахмурился Винк. – Подойди поближе и постреляй для закрепления начальных навыков.

Я подошёл на пятнадцатиметровое расстояние до мишени и, выстрелив целую сотню патронов, почувствовал усталость в руке. Затем попробовал пострелять левой рукой, из двадцати выстрелов попал один раз и то, похоже, случайно. Пожаловался Винку, что устал, и отдал ему игольник. Тот отчитал меня за слабую физическую форму, поняв, почему я отказался от тренировки абордажников. На что я возразил, что сначала нужно поправить здоровье, а это мне пока не грозит, так как медицинская аппаратура на мне глючит. И попросил его показать мне станнер и научить пользоваться. Он достал из ящика необычный пистолет с коротким широким дулом, в котором я не увидел отверстия, и стал объяснять, как им пользоваться. Это оказалось волновое оружие, которое стреляет высокочастотной энергетической волной сектором от 40 до 120 градусов в зависимости от настроек, максимальная эффективная дальность выстрела – шесть метров при секторе в 120 градусов и десять метров при 40 градусах. Тренироваться в стрельбе из него смысла нет, так как волна невидимая, а широкий сектор позволяет вести быструю неприцельную стрельбу, но на модифицированных бойцов это оружие не действует. Я спросил о цене на эти два вида оружия и узнал, что игольник стоит двадцать тысяч кредитов, а станнер – всего две тысячи, причём это самые дешёвые модели. Хорошенько подумав, я решил взять оба оружия. Винк разрешил мне их взять в долг, приплюсовав сумму к основному долгу, и даже подобрал к каждому кобуру, которая приклеивалась к костюму в любом удобном месте, а также дал пару запасных обойм к игольнику. Поблагодарив его и договорившись тренироваться в стрельбе по часу в день, я пошёл к себе.

В каюте я до конца дня, с перерывом на осмотр энерговода, занимался с орихалком. Узнал, что он может расти при наличии большого количества энергии или при усвоении некоторых металлов. Оставил назавтра попробовать поискать в завалах у техников эти металлы, я мысленно стал придумывать формы для живого металла.

От ножей, различных инструментов, шнуров до бронежилета и паукообразных зверюшек. Орихалку такая игра понравилась. Утомившись, я сходил поужинать и лёг баиньки.

На следующий день часик поковырялся с планшетом, сходил позавтракал и, дождавшись Винка, пошёл на стрельбы. Пока стрелял, он мне рассказал, что станнер работает от встроенного аккумулятора и заряда хватает на двадцать выстрелов. Затем продемонстрировал несколько разных обойм для игольника: керамические – стандартные (белые), стальные – бронебойные (чёрные), отравленные – полые с ядом (зелёные), усыпляющие – полые со снотворным (синие), разрывные – полые со взрывчаткой (красные). Сказал, что бывают ещё особые боеприпасы для игольников засекреченные, такие как: РЭБ (уничтожает электронику и глушит связь), поисковые и шпионские (типа жучки и трекеры), нановорм (заражают наноботами, разрушающими оборудование и убивающими всё живое), силовые (прожигающие силовые щиты), антиматерия (усиленный в сто раз аналог разрывных), самонаведение (при использовании тактического режима военных нейросетей позволяет немного корректировать полёт снаряда). Их разрешено использовать только спецслужбам, частникам же при использовании и хранении грозит срок. Я взял у него по паре каждой обоймы, за три кита в долг, и сказал, что не вижу смысла больше тренироваться, пока не смогу полностью вылечиться. Потом обрадовал Винка, что согласен на его охрану на станции, и попросил скинуть мне на планшет стандартный договор.

Тут подошёл в силовой броне Геннадий, при виде которого Винк напрягся. Я же, не чувствуя угрозы, решил просто подождать развития ситуации.

– Здорово, Вовчик! – начал Гена со мной разговор по-русски. – Как пристроился?

– По профессии, – ответил я на лингве (языке Содружества). – Кстати, невежливо при собеседниках разговаривать на незнакомом им языке.

– Ты смотри какие мы культурные, – поморщившись, сказал уже на лингве Гена. – Ты же в курсе, кто они.

– На себя посмотри, – поспешил ответить я, увидев что Винк собирается с ним поспорить. – Насколько я понял, ты теперь один из них.

– А сам-то кто? – ухмыльнулся он. – Тоже ведь на них работаешь.

– Я вольнонаёмный техник, – объяснил я. – Мне нельзя официально работать, так как из-за повреждения мозга, которое обеспечил один нехороший земляк, мне невозможно установить нейросеть.

– Э-э-э… кто старое помянет… Ну что ты в самом-то деле, – заюлил Гена. – Мы в космосе! У нас теперь такие возможности! Зачем вспоминать прошлую жизнь?

– Это у тебя возможности, а я инвалид, – решил я бить ему на совесть. – И долгов у меня больше шестисот китов.

– И чего теперь, мстить мне будешь? – с усмешкой спросил он. – Я теперь абордажник и скоро по уровню бойцовских навыков буду не слабее земного спецназа.

– Действительно, не с моим здоровьем мечтать о мести, – вздохнул я и, заметив нахмурившегося Винка и ухмыльнувшегося Гену, решил припугнуть: – Хотя а кто мне мешает нанять специалиста по устранению неугодных?

– А я ведь пришёл помириться, – уже серьёзно сказал Гена. – Ты ведь единственный мой земляк из свободных. Да и нанять специалиста ты можешь не успеть.

– Успокойся, это шутки у меня такие дурацкие, – почувствовав угрозу со стороны Гены и Винка, срочно стал я разряжать обстановку. – Здесь капитализм, а месть – штука невыгодная. Поэтому я вполне могу принять твои извинения в виде половины моего долга.

– Да ты охренел! – возмутился Гена. – На меня тоже навесили долги за обучение и экипировку. Давай хотя бы десять китов.

– Сто китов, – стал я торговаться. – У тебя больше возможностей отдать долги в отличие от меня, ты не инвалид.

– Пятьдесят китов, – начал успокаиваться он. – Больше не смогу.

– Хорошо, – согласился я остановиться на этой сумме. – Винк, перепиши на него пятьдесят китов с моего долга. И останемся если не друзьями, то хотя бы хорошими знакомыми.

– Всё, готово, оставшийся долг – 575 китов, – сообщил мне Винк и спросил Гену: – Ты всё тут или ещё чего хотел?

– Да вроде всё, – ответил он и кивнул мне: – Ну, до встречи. Как-нибудь поболтаем, как будет свободное время. Я пойду, скоро тренировки.

– Пока, – бросил я в спину удаляющемуся Гене и вдруг почувствовал от него небольшую угрозу. Интересно почему, вроде всё разрулили. Ладно, буду настороже и попробую разобраться, что не так.

– С ним всё ясно, а как насчёт нас? – спросил у меня Винк.

– Ты о чём? – не понял я.

– Я о мести, – напомнил он. – Мне тоже хотелось бы прояснить ситуацию.

– А-а-а… Ты думаешь, я буду вам мстить за похищение и рабство? – усмехнулся я и, дождавшись утвердительного кивка, ответил: – Как я уже говорил Гене, месть не выгодна. Отношение к вам, конечно, невысокое, но и зла на вас я не держу. Ты, наверное, хочешь повысить моё отношение к тебе?

– Хотелось бы, но пятьдесят китов – очень дорого, – сознался тот. – И как ты относишься к остальным? Мне нужно знать, где ждать проблемы.

– От тебя я хочу бесплатную охрану на станции, пока не смогу отдать долги, – попробовал я поторговаться и с Винком.

– Идёт, – как-то быстро согласился тот. – Как насчёт Гурона?

– От него я хочу узнать координаты моей планеты, – наглел я дальше.

– Даже и не знаю, – удивлённо развёл руками Винк. – Я, конечно, передам ему твою просьбу, но не факт, что он согласится. А Док?