Владимир Кулаков – Там, где кончается арена (страница 2)

Никонов отпил очередной глоток. Огляделся, словно видел это место впервые. Здесь столько хожено-перехожено, прожито-пережито!..

На четыре года он тогда стал москвичом, пока учился в Государственном Училище Циркового и Эстрадного Искусства. Гордился этим несказанно!

Отсюда на восемьдесят втором автобусе до училища минут десять. Пешком, дворами, немногим больше… Студенчество, общага на Расковой, пацаны…

Ещё один его друг, Витька Ангарский, в цирковое училище поступил тоже без проблем. С первого тура на экзаменах стало ясно – быть ему студентом ГУЦЭИ. Подготовка профессиональная. С детства в цирке. Можно было и не поступать – родители цирковые. Но нужен был диплом и среднее образование. «Без бумажки ты – букашка, а с бумажкой – человек!» – так любил говаривать Витькин отец, первоклассный эквилибрист в групповом номере.

Не мудрствуя лукаво, в студенческих кругах его тут же стали звать – Ангара. И первым это сделал он, Володька Никонов – его друг и партнёр. Будучи студентами, они частенько «халтурили» на каких-нибудь концертах, работали силовую пару. Вовка нижним, Витька на руках вверху. К скудной стипендии приработок был…

«Ангарой» он стал в момент! Оно и понятно! Витька не сопротивлялся. А что – звучно! Не обидно! Корни фамилии наверняка шли от названия этой могучей реки. Он ерепенился только, если слышал в свой адрес – «Вангара». Это была фамилия одиозной и единственной в нашем цирке женщины – силового жонглёра! Тут уж Витька спуску обидчикам не давал!..

Потом к их троице присоединился «Шах». Владислав Шацкий…

В ГУЦЭИ тот появился неожиданно, по мнению большинства – случайно. Все ждали, когда пройдёт эта мимолётная блажь, и он заберёт свои манатки назад к папе с мамой. Шли месяц за месяцем, а он и не думал освобождать место на репетиционном манеже. Мало того, репетировал с какой-то остервенелой жадностью и целеустремлённостью. Так припадает к источнику уставший путник, не пивший много дней…

Единственный сын работника Торгпредства и учительницы музыки какое-то время был белой вороной среди своих сокурсников, пока к нему не привыкли.

Жили они в центре Москвы в старом доме на улице Марии Ермоловой в четырёхкомнатной квартире с высокими потолками. Там же проживала и его бабушка Роза Марковна. Все, кто потом приходили сюда в гости, отмечали достаток, чистоту, порядок, уют и какой-то церемониальный покой, соблюдавшийся бабушкой незаметно, но неукоснительно. Отец был в постоянных заграничных командировках. Мать, как верный Санчо Панса, была при нём. Воспитывала подрастающего Шацкого в основном бабушка, некогда преподаватель французского языка Московского университета. С раннего детства Влад играл на фортепьяно, свободно говорил на английском и французском, чем наповал сражал своих сверстников. Ему бы быть по всем приметам дипломатом или известным музыкантом! Ан, нет! Он связал свою судьбу с цирком хоть и случайно, но всерьёз и надолго. Дело обстояло так. Когда однажды на семейном совете встал вопрос о его будущем, энергичный и подвижный, как ртуть, Шацкий с порога отверг все навязчивые и предсказуемые предложения родителей! На вопрос чего же он хочет, юный отрок пожал плечами. Родителей и бабушку тревожила компания подросших пацанов, собиравшихся во дворах, куда с невероятной силой тянуло ещё сопливого Влада. То он придёт с подбитым глазом, то от него вдруг пахнёт табачным дымом. По мнению родных он катился по наклонной в пропасть! Семья пребывала в унынии и отчаянии!..

Цирк располагался рядом, внизу у рынка. Как-то сидя на представлении, бабушка обронила в сердцах: «Будешь продолжать так себя вести, отдадим в цирк!». Сказано было вскользь, но идея засела в мозгу Влада – словно кто-то шепнул ему: «Это твоё!..». Через месяц, после долгих уговоров и слёз, отец привёз-таки его на экзамены в цирковое училище. Влада неожиданно приняли в младшую группу. Стала бабушка ежедневно возить внука на пятую улицу Ямского поля в круглый дом под номером двадцать четыре, пока внук не стал это делать самостоятельно, быстро повзрослев.

Кто-то однажды назвал его Шахом. Так и стали его звать с училищных времён. Когда Шацкий окончил восьмой класс, все они и встретились на одном курсе… Выпускались тоже вместе. Каждый со своим номером. Влад Шацкий – эквилибрист на катушках. Сашка Сарелли – соло-жонглёр. Витька Ангарский – эквилибрист на пьедестале, блистательный стоечник, которого тут же взяли на программу в Старый цирк! Володька Никонов – руководитель группового номера акробатов-вольтижёров…

Дальнейшая судьба связала их на всю оставшуюся жизнь, хоть и работали они в разных городах необъятного тогда Союза. Друзья частенько упрашивали Главк соединить их в одной программе. И тогда!.. Как в том анекдоте: «На третий день в город N въехал поручик Ржевский и тут такое началось!..».

Лидером и заводилой всегда был Влад Шацкий. Черноволосый красавец с холёными усиками и загадочной полуулыбкой голливудского киногероя. С выразительными, чуть навыкате, глазами-маслинами, полыхающими каким-то завораживающим огнём. На этот огонь бабы летели, как мотыльки на пламень свечи. В этом пожаре погибла не одна крылатая красавица-однодневка!.. Хорошо сложён, обходителен, эрудирован – идеальный образчик классического сердцееда. Однажды какая-та пассия с восторгом и придыханием обронила: «Он такой сладкий! Мм-м!.. Как мармелад!..». Шурка Сарелли тут же переделал: «Мармевлад». Так и осталось…

Сладкий Влад через какое-то время встретил свою Аллу. Девочка семитских кровей. Черноволосая, улыбчивая красавица, лёгкая, как баттерфляй! Заботливая, хозяйственная, компанейская! Она охомутала Влада в несколько месяцев. Он вдруг остепенился и оказался первым из них по-настоящему женатым человеком. Она стала ассистенткой в его номере… Теперь у них двое дочерей. У одной из них уже маленькая дочурка. Шацкий – дед! Хм… Вот жизнь! Пролетела, как метеорит в августовском небе ночью…

Сколько его помнили, Шацкий постоянно учился. И это невзирая на то, что он был отцом двух очаровательных близняшек, которые катались на нём, как на цирковом пони. То он ломал извилины в Высшей Партийной Школе – было такое в прошлой жизни. То окончил курсы инспекторов манежа и стал носить фрак. То ходил на какие-то бухгалтерские курсы на стороне, чтобы разбираться в финансовых хитросплетениях цирковой системы. Когда он успевал готовиться к сессиям и экзаменам в этом цирковом круговороте ежедневных выступлений, репетиций, молодых загулов и всевозможных конкурсов, никто понять не мог! Не успели моргнуть глазом, как тот окончил ГИТИС с «красным дипломом» и стал иметь ещё и профессию режиссёра. Ставил тематические цирковые спектакли к разным датам, детские новогодние представления-сказки. Делал он это талантливо, легко и с удовольствием. Шацкий был прирождённым лидером! Люди к нему тянулись, полностью доверяли. Много позже, уже в зрелом возрасте, он понял, что его век эквилибриста на катушках подходит к концу, а профессия режиссёра цирка весьма эфемерна – нужно иметь ещё что-то, чтобы выживать. Он снова оказался в родных стенах альма-матер, но уже на продюсерском факультете. Самое смешное, что в это же время на параллельных факультетах учились и его подросшие дочери. При случайной встрече с ними где-нибудь на лестничных маршах этого старинного учебного заведения, великовозрастный студент-отец неизменно прикладывал палец к губам и нарочито строго грозил им пальцем. Дочери прыскали от пикантной ситуации и жестом клялись: «Папочка! Мы – могила!..».

Пришло время, и Шацкий получил свой очередной «красный диплом». Но это радостное обстоятельство, по-прежнему, хорошо оплачиваемой работы не прибавляло. Он тоже мыкался…

Никонов сделал очередной глоток. Вода до дрожи освежала, бодрила в нетопленном салоне автомобиля. В боковое окно постучали. Гаишник деревянным жезлом махнул: «На выход!..».

…Володька ехал, задыхаясь от возмущения и унижения! Этот флибустьер московских дорог, махнув своей волшебной палочкой, очистил его карманы в мгновение ока! Никакие аргументы Никонова его не удовлетворили, наоборот: «А-а! Так у тебя ещё и стеклоочистители не работают!..». Взял последнее, взамен отдав сомнительную честь…

– Всё! Надо ехать к Шаху! Может он чем поможет!..

Глава вторая

«Что такое – ЦИРК?..

Это, конечно, манежный Круг. По нему лошади несутся, наклонясь к центру. Словно там лежит ответ…

Цирк – Полусфера. К ней с арены взлетают под купол. Там до Бога рукой подать…

Это – Плоскость, когда лежат не в силах подняться от усталости. И жёсткая Плоскость – когда однажды не поднимаются вовсе…

Цирк – это Квадрат детской колыбели. С первыми круглыми игрушками – мячами и кольцами жонглёра…

Для некоторых начинающих – Ярмарка Тщеславия, заканчивающаяся Тщетой. Улыбка и седина старого артиста, вкусившего горечь цирковых опилок. Познавшего простоту «Vanitas vanitatum…».

Это – Мир в миниатюре. Вселенная! Начало Мироздания и конец Бытия.

Бесконечная Прямая, замкнутая на самою себя. Спираль в спирали. Параллельные прямые, которые пересекаются. Это Парадокс в Логике и логика в парадоксах.

Цирк это – Ты, растворённый в вертикалях надежд и огорчений…

Это – восходящая горизонталь Удачи, летящей к тебе на крыльях аплодисментов.