Владимир Кучеренко – Возвращение Легенды (страница 21)
— «Оранж» (апельсин и в Африке апельсин), «Пюльп» (кажется, что-то фруктовое), «Гисс де гренуй» (похоже на суп с гренками), «Шампиньон» (ура, угадал еще одно слово), «Писташ» (кажется, что-то знакомое, значит, не лягушка) и «Фиг» (фиг его знает, надеюсь, не улитки).
Удивление у парня вызвали только мои гастрономические пристрастия (неужели я облажался?), но он промолчал. Ибо желание клиента — закон!
Не успели мы отправить официанта, как нарисовался потный и лысый (зато пьяный и довольный) мужик с ядовито-зеленым галстуком через плечо и в расстегнутой в районе волосатого пупка рубашке. Пялясь на грудь Теоны, он проикал:
— Судары-ыня, разреши…ик…те при… ик… глсить вас на танец?
— Боюсь, придется вам отказать, — вежливо ответила дроу. — Во-первых, я голодна; во-вторых, у меня уже есть кавалер.
Мужик зачем-то стал по стойке «смирно», отдал честь и пошатывающейся походкой удалился к шумной толпе банковских служащих.
Свято место пусто не бывает — обладателя ядовито-зеленого галстука тут же заменил сомелье:
— Что пить будете?
— Бургундское, нормандское, шампань или бордо? — вопросом на вопрос ответил я, переделав знаменитую песню.
Специалист по алкоголю оценил шутку, улыбнулся и по секрету шепнул:
— Сам не понимаю, зачем людям пудрить мозги об урожаях винограда различных лет в тех или иных провинциях. Ведь большинство не оценят разницу не только между благородным или порошковым вином, но даже не отличат белое от красного, а красное от розового.
— Наверное, для красоты, — предположила Цветаниэль.
— Вы правы, процессу дегустации присущ некий тайный ритуал, — согласился сомелье.
— Дегустации присуще явное желание побухать на халяву, — выдвинул свою версию гном.
— Навязываться не стану, если созреете, подзовите.
— Погодите, чего тянуть, — остановил я человека в униформе «Марселя». — Дайте нам для начала, на ваш профессиональный вкус, пару бутылочек действительно хорошего вина.
— Такого, чтобы стоило не дорого. А если дорого — то чтобы не было жалко за него платить деньги, — добавил Базирог.
— Хорошо, уточню у официанта, какие блюда вы заказали, и подберу что-нибудь соответствующее.
— Да-да, еда и выпивка должны сочетаться, — согласился гном.
Сомелье удалился.
Теона оценивающе огляделась:
— А ничего так — уютное местечко.
— Надеюсь, здешняя кухня не хуже окружающей обстановки, — дуэтом со своим желудком проурчал Базирог.
Цветаниэль вздохнула, подперла ладошками подбородок и произнесла:
— Только скучно просто так сидеть и ждать, пока приготовят ужин.
— Можем о чем-нибудь поговорить, — предложил я.
— Котик, на какую тему в таких случаях у вас принято общаться? — уточнила темная эльфийка.
— Да на любую, тетя Теоларинэ. Обсуждают погоду, политику, книги, все что угодно, — ответил за меня гном.
— Поняла. Погода — дрянь, холодная, политика — портит аппетит, а вот книги обсудить не против!
— А что — интересная мысль! — согласился я. — Только давай не тот лямур, что ты читаешь в последнее время.
— А какой «мур-мур», котик?
— Ну я давно хотел услышать мнение представителей внеземных цивилизаций — по сути даже инопланетян, коими вы являетесь, о нашей фантастике.
— Да мне почти все земные книги кажутся фантастикой, — улыбнулась Цветаниэль.
— Ну давай сузим круг до жанра фэнтези, с ушастыми, огнедышащими, зелеными, эльфами, низкорослыми и прочей знакомой тебе публикой. Верно ли наши писатели представляют вашу жизнь? Что похоже? В чем заблуждаются?
— Вообще впечатления разные. Одни миры поразительно смахивают на Пангею, другие — в корне отличаются. Большинство же болтается где-то посередине, — ответила светлая.
— Неудивительно, что приближенных к правде настолько мало, — усмехнулся «почти родоначальник земного фэнтези». — Уж если Толкин так сильно изменил первоисточник, что говорить об остальных? Правда, Джон намеренно подогнал мои рассказы под английского читателя того времени. Даже выдумал несуществующую расу — хоббитов.
— Так они все-таки выдумка?
— Не совсем, просто автор побрил, подстриг, увеличил конечности и уменьшил дома гномов Хоббайтеры, — пояснил Базирог.
— Что за Хоббайтера? Чем тамошние жители отличаются от тебя? Почему ты раньше о них не рассказывал? Какова особенность их построек? И зачем писатель так поступил? — засыпал я коротышку вопросами.
Базирог попытался «откопаться»:
— Джон переделал моих сородичей исключительно ради юных читателей. Ведь дети проще воспринимают босоногих героев-ровесников, нежели лохматых бородатых дедов. Хоббайтера — название вытянутой холмистой возвышенности. Обитают там обыкновенные гномы, которые славятся необычными архитектурными придумками. Именно жители этого кряжа первыми построили внутри выработанных взгорков дома-норы с круглыми окнами и…
— Со Средиземьем понятно. А что скажете о современных авторах? — поинтересовался я.
— Если в целом, то меня забавляет, когда несведущие в магии люди пытаются ее описать, — теребя салфетку, ответила сестренка. — Иногда такие нелепости придумывают — на голову не наденешь.
— Например?
— Приписывают светлым эльфам владение магией Хаоса. Это же чушь! Не способны мы высасывать из жертв ни магическую, ни жизненную энергию. Вот дроу — другое дело. Их «вампирский поцелуй» может совпасть с последним вздохом.
«Солнце, а ты так умеешь?» — посмотрел я на Теону.
«Частично».
«В смысле — не насмерть?»
«Нет, в смысле — не из жертв и не совсем энергию. Да ты же и сам не раз в этом убеждался», — загадочно намекнула моя пассия.
«Гм», — заерзал я на стуле и покосился на Цветаниэль — кажется, не подслушивает.
«Теоларинэ, почему ты ведешь себя, как нимфоманка?» — недоумевала я.
«Опять подслушала, негодница?»
«Вы же с Серым, как всегда, забыли поставить ментальную защиту. И все же ответь».
«Понимаешь, девочка, никак не пойму, что со мной творится. Твоего брата я не привораживала. Он втюхался в меня по собственной инициативе. Более того, чары обольщения на него действуют как-то иначе. Я не могу использовать дар дроу для вызова его любовных порывов. В то же время уговорить Сергея выполнить какое-нибудь действие, не связанное с чувствами, легко. К примеру, получение согласия на сегодняшний культурный поход заняло несколько секунд».
«Но я же видела, как ты улыбалась».
«Открою секрет: это он меня заставил так себя вести. Почувствовала, что хочет посмотреть на мои растянутые губки, — демонстрирую; заметила, как пялится на грудь, — немедленно расстегиваю верхнюю пуговицу; если наклоняюсь — обязательно выгибаю спинку и оттопыриваю попку; когда хожу в его присутствии — непременно начинаю чересчур соблазнительно вилять бедрами. Мне приятно угождать Вотару. С каждым днем его власть надо мной усиливается. Что это и как это объяснить? Неужели Серый подобен тем самым эльфам-инкубам?»
«Думаю, есть более простое объяснение».
«Правда? Скажи, Цветаночка!»
«Любовь!»
«Этого я и боялась!»
«Но почему, Теона? Ведь это же так прекрасно!»
«Потом поймешь».
— А еще какие нестыковки вам встречались в книгах? — продолжил я литературную тему.