Владимир Кучеренко – Трудно быть мобом (страница 88)
- Примерно двое суток. Плюс-минус час-полтора.
- Ничего ж себе! А ускорить процесс никак нельзя? - умоляюще сложила ладошки светлая эльфийка.
- Наверное, как-то можно, - пожала плечами Ти. - Но узор заклинания слишком сложный, я такого ещё не встречала. Разбираться точно дольше двух дней придётся.
- Плохо, - резюмировал монарх. - А, может быть, как-то по-другому узнать, где наш парень сейчас и прийти ему на выручку?
Две пары миндалевидных глаз с надеждой ждали её ответа.
- Увы, - наконец произнесла Тая. - Если как-то и возможно это сделать, то сие мне неведомо.
Виталиэль совсем потухла.
- Что ж, придётся вернуться сюда через двое суток плюс-минус час, - изрёк король. Подойдя к светлой эльфийке сзади, он участливо обнял её за плечи и ободряюще шепнул: - Не волнуйся, всё образуется. Мы непременно спасём его.
Вита еле заметно кивнула, затем громко хлюпнула носом.
- Ладно, а теперь давайте выбираться наверх, - предложила Тая.
- Меня не забудьте, пожалуйста! - вдруг напомнила о себе человечка. Несмотря на слоновью дозу целительной магии, вбуханной в неё Витой, девушка была ещё весьма слаба и едва удержалась на тонких истощённых ногах, когда спрыгнула с кушетки. А когда попыталась идти, вовсе потеряла сознание. И непременно упала бы, не подоспей вовремя Тамираэр и не подхвати бедняжку на полпути к полу.
- Что? - нахмурилась Таисия. - Совсем плохо?
- В принципе, ничего страшного. Просто ей сейчас необходимо хорошенько поесть да вдоволь поспать, - объяснила Виталиэль.
- Увы, с едой-то тут как-то не очень, - вздохнула Тинувиэль, но на всякий случай обшарила подземелье взглядом. Однако даже завалящего сухарика не обнаружила.
- Угу. Поэтому не будем лишний раз страдалицу тревожить, пускай пока спит, я понесу её на руках. Ну а там, - нос правителя дроу указал на потолок, - надеюсь, что-нибудь придумаем.
- Кстати, да, - спохватилась Виталиэль. - Какие дальнейшие планы? Где будем пережидать эти двое с лишним суток?
- Наверное, для начала посетим дворец, передадим родным тело покойного императора, в смысле расскажем, где оно находится, а достают пускай сами, и заодно сообщим, что дракон городу и окрестностям больше не угрожает, - немного поразмыслив, ответила Тая.
- Верно! - одобрил идею монарх и грозно присовокупил от себя: - А также зададим кое-кому пару вопросов, относительно личности их подлеца-мага и того, что вообще за бардак в стране творится!
Глава 58
Если бы его спросили, почему он потупил так, а не иначе, Лёха вряд ли смог ответить что-то вразумительное. С другой стороны, у парня имелось по крайней мере четыре веские причины, оправдывающие неадекватность поведения: удивление, шок, паника и выброс в кровь огромной дозы адреналина. Да, именно в таком порядке.
Сперва его изумили нетипичные для виртуала декорации. Чуть позже, одновременно с приходом осознания, что это уже никакая не игра, нахлынуло состояние крайней растерянности и подавленности. Потом, когда неизвестная певунья умолкла, выключила воду и щёлкнула задвижкой, намереваясь, по всей видимости, вытираться и одеваться за пределами ванной комнаты, паралич отпустил молодого человека и тот заметался по квартире. Хаотично и дискретно (подобно молекулам газа в запечатанной колбе или подобно перемещению наших футболистов по стадиону), потому как, никак не мог решить: то ли спрятаться за шторой, то ли под диваном, то ли в шкафу, то ли выпрыгнуть в окно (вариант объясниться с голой "Шакирой" Алексей вообще не рассматривал). Похожий "шухер" помнится, он испытал лет в девять у бабки в деревне. Мелкий и тогда ещё глупый Лёшка как-то остался один и тайком пытался подымить дедовой папиросой. Но неожиданно на пороге нарисовалась соседка (в селе принято ходить друг другу без стука), которая пришла коромысло одолжить - её давеча сломалось о спину мужа-алкаша. Тётка Марфа тогда пойма-таки сорванца и в воспитательных целях отходила пустым вёдром по горбу. Причём нашкодившему отроку ещё повезло, что наученная горьким опытом женщина, не рискнула применить коромысло. Впрочем, итак досталось крепко. Зато с курением было покончено раз и навсегда.
Нынче же огромная скорость плюс теория вероятности всё-таки сослужили добрую службу, и на пути парня встала входная дверь. Особо не раздумывая, он рванул ручку на себя и покинул чужое жилище аккурат за долю секунды, до появления в поле зрения помытой девицы.
Оказавшись в коридоре Лёха, не сбавляя скорости, ринулся к лифту, хлопнул по кнопке вызова. Тот, слава богу, оказался свободен, так как кнопка вдавилась и загорелась, а за переборками сразу же загудело. Однако пришедшая мгновением позже запоздала мысль шепнула, что хозяйка покинутой квартиры, всё-таки мельком могла заметить непрошенного гостя (читай вора, а то и хуже - несостоявшегося насильника!). А если даже и не успела, то поднятый им шум уж наверняка, не пропустила мимо ушей. Короче Алексей не стал дожидаться кабинки и пулей дунул вниз по ступенькам.
Четырнадцать пролётов (ага, получается седьмой этаж?) он преодолел менее чем за сорок секунд. Но пока скакал и ставил рекорды, ему всё мерещилось, что тётка Марфа - призрак далёкого детства - бежит за ним, гремя пустыми жестяными вёдрами. Да не просто бежит, а нагоняет. И, наверное, поэтому, как только Лёха выпорхнул из подъезда, он, на манер зайца, улепётывающего от лисицы, совершил такой финт - обманное движение влево, затем резкий длинный прыжок в противоположном направлении.
Вот только маленько неподрасчитал (а если честно, то совсем забыл про него) и налетел на того самого старичка с газеткой, коего минутой ранее наблюдал из окна.
-Ёк... - только и успел прокричать парень.
Сила столкновения оказалась настолько велика, что не выдержала лавка. Частично погасив энергию двух невольно обнявшихся тел, она лишилась спинки, поэтому дальше те покувыркались уже вместе с поломанными досками.
Бум! Хрясь! Гугух!
Приземлившись и выплюнув фрагменты кустарника, Алексей всё же договорил ругательство до конца. Затем, ощупав себя, прислушавшись к внутренним ощущениям и убедившись, что рёбра целы, облегчённо вздохнул. Потом, ему в голову пришла ужасная мысль, что, возможно, то хрустели кости лежащего под ним и совсем-совсем не стенающего от боли старца (читай трупа). Парень облился холодным потом, и, несмотря на то, что рядом находятся несовершеннолетние, употребил словцо позаковыристее. Последние, кстати, что-то подозрительно спокойно себя ведут, абсолютно никак не реагируя на происшествие. У них тут что, каждые полчаса из подъездов вылетают ополоумевшие вьюноши, ломают мирными пожилыми людьми лавки и матерятся на всю улицу?
Девчушка, не обращая на аварию, скрипит качелями. Карапуз всё так же копается в песочнице. Даже мамаша с младенцем беспечно болтает по телефону, покатывая туда-сюда коляску. Но то ещё цветочки! Когда Лёха осторожно сполз с дедка и, боясь увидеть страшное, осмелился взглянуть на содеянное, выяснилось, что слегка помятый, но живой-таки хрыч, как ни в чём не бывало... читает! Точнее газета-то при падении порвалась, но чокнутый старик, зачем-то делает вид, что она цела и водит глазами по строчкам. Даже руки согнул так, будто держит невидимую газету. И ноги скрючил в коленях, словно продолжает сидеть на скамье!
Глава 59
Жена императора высокая худощавая дама неплохо сохранившаяся после своих тридцати пяти лет и рождения четырёх отпрысков, довольно сдержано отреагировала на информацию о гибели супруга. То ли оттого, что уже давно ожидала плохих вестей и успела морально к ним подготовиться, то ли потому, что прилюдно страдать и лить слёзы по статусу не положено, а может просто не очень сильно любила покойного мужа.
Подданные же, коих в тронном зале насчитывалось порядка двадцати человек, и вовсе не потрудились натянуть на свои напудренные лица скорбные выражения или хотя бы проявить уважение к Тинувиэль и её спутникам и молча дослушать их рассказ до конца. Вместо этого вельможи, как только гибель правителя подтвердилась, продпочли незамедлительно перейти к делёжке должностей, и загалдели друг с дружкой, соверщенно не стесняясь императрицы, которая по идее офицально должна была принять власть до совершеннолетия старшего сына. Шум стоял такой, будто тут не двадцать, а все сто двадцать глоток, и обсуждают они не государственные проблемы, а ведут рыночные торги. Впрочем, отчасти так оно и было.