Владимир Кучеренко – Трудно быть мобом (страница 3)
Впрочем, по умолчанию, Крумлины Обыкновенные - пассивные создания. Если их сейчас не тревожить, то и они спокойно выполнят роль санитаров леса и уберутся восвояси. Ещё эти ребята очень дружные. Как мушкетёры. В том контексте, что ежели обидишь одного, то будешь извиняться перед всей гвардией.
Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, какой именно следующий шаг ожидается от меня по сценарию. Однако прежде чем его сделать, я по какой-то непонятной даже мне причине, с минуту стоял в нерешительности, словно перебирая варианты, кому и чем здесь можно помочь: девице отбиться от мыщериц, Крумлинам Обыкновенным захомячить тролля или же зелёным мухам отложить личинки в мёртвую бурёнку.
- Э-э-эй, герой, я тут! - с оттенком облегчения и радости завопила Марта, заметив стоящего истуканом меня и, тем самым, как бы дала намёк касательно того, в каком же направлении я должен двигаться дальше.
Но я опять, вместо того чтобы немедленно ринуться на выручку, как дурак помахал ладонью и, не сдвинувшись с места, крикнул в ответ:
- Ага, вижу! Привет!
Девушку такая нестандартная для героев реакция явно обескуражила, но лишь слегка, ибо наседающие монстры не позволяли долго изумляться. Отвлёкшись для того, чтобы сковырнуть вниз сразу пару мобов вилами, а одного отфутболить ногой, Марта пропыхтела:
- Так может, спасёшь меня? А, храбрец?
И, клянусь, на сей раз в её обращение прозвучало такие нотки, какие могли бы быть у слова "тупица".
Хм, действительно, чего это я торможу?
- Да-да, конечно, сейчас! - спохватился я, и решительно вынув из ножен меч, побежал, наконец, сражаться с варанами в мышиных шкурах.
Судя по валяющимся трупикам, на момент начала потасовки мыщериц было около двадцати, благодаря стараниям фермерши, теперь их осталось не более дюжины, но я намеревался сократить это число до нуля.
Однако твари оказались на удивление проворными! Просто поразительно, как только Марте удаётся так ловко по ним попадать? За несколько минут боя мой персонаж взмок, как суслик, которого выливали из норы, но с трудом управился с одной (да и та, по-моему, случайно подвернулась под удар), тогда как девушка наколола аж троих! Вот уж поистине:
Даже чуточку стыдно стало. Что мне всему такому шустрому и опасному бойцу, без нескольких часов выпускнику прославленной не весь Ала-Арн Школы Королевских Мечников, светлому эльфу утирает нос какая-то человечка! Которая даже не воительница, а обычная деревенская девка! Позор!
Вбитая в голову эйром Клигардом наука дали плоды, едва я отрёкся от гордыни и понаблюдал за Мартой уже не как за соперником, а как за примером для подражания. Хитрость представительницы расы, обладающей более медленной скорости реакции, нежели у детей леса, оказалась настолько прозрачной, что мне снова пришлось почувствовать себя осрамлённым. Девушка просто била на опережение! Точнее начинала удар по обычной траектории, метясь непосредственно туда, где мыше-ящерица сидела в данный момент, а потом резко выворачивала кисти и направляла вилы во вроде бы пустое место, но как раз туда, где спустя полмгновения оказывался вспугнутый моб.
Переняв её тактику, я без труда проткнул пятерых мохнатых варанов (молодая же фермерша за это время только двоих!). Аж не верится, что пару минут назад считал этих скудоумных тварей с просчитываемым на ход вперёд поведением, чуть ли не эталоном ловкости.
С последней зверюгой, всё-таки пришлось повозиться. Не знаю, то ли оттого что Филадил мой подустал, то ли она тоже училась на ошибках других. Прикончившая своих мыщериц и присоединившаяся ко мне "непись" из рода людей тоже вымоталась и мало повлияла на ситуацию. Враг ни в какую не горел желанием умирать и потому проявлял чудеса акробатики.
Оп-ля! Но вот, наконец, везение моба оставило, и он попал под клинок сплетающихся лоз, точнее под воздействие встроенного в оружие волшебства! Но не успели мы с Мартой обменяться обрадованными взглядами, как подлая скотина отбросила обвитый магическими побегами хвост и была такова.
- Ах, ты, сволочь! - воскликнул я в сердцах и зло пнул потерянный мобом орган.
И только после того, как поддетый носком сапога и ещё судорожно трепыхающийся хвост взмыл вверх, я сообразил, что летит он... прямиком в центр аппетитно чавкающих падальщиков!
"
Но когда, спустя секунду серый "снаряд" угодил по хребту уплетающего говядинку вожака (хотя, может не вожака, просто этот самый крупный и самый гривастый) и Чебуратор, подняв недобрый взгляд, разинул окровавленную пасть и угрожающе зашипел, мне стало ясно, что лёгким испугом уже не отделаться.
Марта испугано пискнула и уцепилась за мой рукав, когда полсотни падальщиков, повинуясь кличу главаря, оставили пиршество и ринулись на нас.
- Беги! - отрывисто приказал я девушке.
- А как же ты? - насупилась та, она явно не желала оставлять меня в беде.
- А я их задержу! - храбро заявил я, стараясь не думать о том, что хоть ТТХ ушастиков и уступают нашим недавним противникам, но на стороне Крумлинов численное преимущество. К тому же у этих менее габаритных по сравнению с мыщерицами мобов более мощные челюсти и острые, как у пираний зубы, позволяющие не только пережёвывать кости, но грызть сталь. А ещё они вступают в бой со свежими силами, а мой персонаж заметно выдохся.
- Но...
- Не волнуйся, мне тоже нравится жить. Обещаю, как только найдёшь подходящее дерево и влезешь на него, я присоединюсь к тебе. Всё, скорее!
Фермерша не заставила себя больше ждать. Звук её стремительно удаляющихся шагов стих прежде, чем прицел поймал первого "Чебурашку".
Не ведаю, по какой причине, но прежде чем выстрелить, глаза мои скосились в боевой чат. Отсутствие в нём записи: "
Очевидно, главарь падальщиков расценил прилетевший хвост, не за акт агрессии, а напротив, воспринял его за лакомый кусочек, брошенный щедрым хозяином своей любимой собаке. О чём Крумлин не преминул сообщить стае. Ну а то, что на языке этих существ фраза
Да, судя по тому, с какой жадностью ушастики набросились на трупы мыщериц, те для них являются редким деликатесом. Не то, что какая-то обыденная говядина.
Подождав ещё с минуту, и убедившись, что свора падальщиков занята трапезой, и на меня никто из них не реагирует, за исключением малыша, пристроившегося слизывать кровь с моих сапог, я обернулся.
Марта сидела в ветвях молодого, но раскидистого дуба. Почти на самой макушке! С вилами наперевес! Если бы подол её не задрался выше допустимых рамками приличия границ, и не обнажил довольно стройные ноги, то несведущий поэт мог бы принять её за русалку. Девушка напряжённо следила за происходящим и не замечала срама, пока я не прокричал:
- Всё в порядке! Они нас не тронут!
Лишь после этого фермерша расслабилась и обнаружила свои непристойно выставленные на обозрения загорелые коленки. Она стыдливо поправила юбку, сбросила своё грозное оружие (сельскохозяйственный инвентарь со звоном встретила утоптанная почва в трёх метрах от ствола, но так как соприкосновение с твердью случилось под неудобным углом, то инструмент и не вонзился толком, и не упал, застряв в некоем промежуточном состоянии), а потом, закусив губу, и сама осторожно поползла к земле.
Однако для женщин правила лазанья по деревьям таковы, что либо карабкайся, либо прикрывай прелести. Не удивительно, что на середине спуска она оступилась, и ухнула вниз. Всё старания несчастной пошли прахом, когда длинная юбка сначала раздулась парашютом, а потом и вовсе вывернулась наизнанку, предательски демонстрируя мне, уже стоящему и подножия дуба, не только упругий животик хозяйки, но и то, что у неё да как, вплоть до подмышек.
Натужно крякнув, я принял на руки визжащую лётчицу. Затем, накрыв мою голову, опустился её пышный цветастый подол. А в самом конце нас ещё и припорошило шелестящей листвой.
Повисла неловкая пауза.
Потом система оповестила: