Владимир Кучеренко – Синергия (страница 37)
Первым подал голос Матвей.
– Уф, даже не знаю, что сказать, – шумно выдохнул он. Потом пожал плечами от какой-то одной ему ведомой мысли, провел широкой богатырской ладонью по лбу, обтирая выступившие капельки пота, и произнес: – С одной стороны, мы когда-то сами дали тебе разрешение распоряжаться нашими телами. А с другой – все-таки дюже рисковой была затея с переездом. Вот если бы ты у меня вчера сызнова спросил согласия, я бы, скорее всего, уже не одобрил. И не потому, что за свою шкуру опасаюсь, а потому что тебя жалко. Вдруг бы что не так пошло?
Олег и Ольга солидарно кивнули.
– Намекаете на то, что совесть замучила бы? – улыбнулся я.
– А разве нет?
– Наверное, да. Никогда бы не простил себе вашу гибель, – нехотя признался я.
– И я о том же! Ну да ладно, чего уж теперь об этом воздух сотрясать, – махнул рукой Громов. – Хорошо, что обошлось! И ты, Серый, правильно поступил, поставив нас перед фактом уже по окончании процесса.
– А вот зато я знаю, что говорить! – заявила уткнувшаяся носиком в букет Ольга.
Мы с Матвеем заинтригованно поглядели на девушку. Та не торопилась с продолжением. Сперва набрала полную грудь воздуха, на несколько секунд зажмурилась, наслаждаясь цветочным ароматом, и лишь потом выдала:
– Сергей, огромнейшее-преогромнейшее тебе спасибо! За этот уютный дом, за красивый садик во дворе, за вкусную еду, за удобную одежду, за мебель… За все! За то, что пытаешься превратить нашу жизнь из страшной сказки в добрую. За то, что заботишься о нас не только во сне, но и наяву. За то, что хранишь нашу тайну. В общем, за все, что уже сделал для нас, за все, что сейчас делаешь, за все, что еще будешь делать!
Теперь, целиком разделяя мнение боевого товарища, тряхнули головами Олег и Матвей.
Но «мисс ФСБ» не угомонилась. После громкой торжественной речи она еще одарила благодетеля и дружеским поцелуем.
Однако тут случился конфуз. Сбойнувший синтетический разум совершенно неверно истолковал сигналы, поступающие из моего мозга. Алебардист, вместо того чтобы смущенно зардеться, вдруг покрылся испариной и нервно заерзал под доспехами. Чтобы не усугублять далее ситуацию, я деликатно отстранился от плотно прильнувшей упругим тренированным телом красавицы и известил:
– Дык, я ж не за просто так!
– О? – удивилась та.
От помутнения рассудка и неловкой паузы спас вовремя появившийся образ невесты.
– Так что же ты хочешь взамен? – изогнула бровь вновь вызывающая у меня исключительно братские чувства собеседница.
– Для начала желаю, чтобы одна сногсшибательная (во многих смыслах) милочка специального назначения обучила меня коварным трюкам женской разновидности рукопашного боя! – припоминая наши самые первые с лейтенантом Куницыной «обнимашки», озвучил я причину своей корысти.
– Ах-ха-ха, ну это само собой разумеется! И рукопашным приемам, и ногопашным штучкам, и еще много каким хитрым премудростям научу! – хохотнула сногсшибательная милочка специального назначения.
Капитан Бездомный, доселе находящийся в некой прострации, внезапно оживился, жадно потер друг о дружку ладони и потянулся к выпивке. Изучив надпись на этикетке, с грустинкой уточнил:
– А покрепче ничего нет?
– Есть! – кивнул я, доставая из бездонных недр инвентаря флягу с пятидесятипятиградусным кальвадосом, приготовленным по особому рецепту из мороженых яблок – презент с далеких Северных Островов.
– Молоток! Другое дело! – понюхав и пригубив пойло, опять повеселел Олег. – Не спирт, но сойдет.
Он мастерски отчпокнул пробу «шампанского», налил даме, потом набулькал крепкого напитка себе, Матвею, мне и провозгласил:
– Ну, за наше второе, вернее, уже третье и, дай бог, не последнее рождение!
Видя, что тост вызывает у нас легкое недоумение, пояснил:
– Ну, на самом деле считаю, что второй раз мы возродились, когда стараниями Игорька, царствие ему небесное, проснулись в этом мире. Четвертое же рождение тоже, надеюсь, когда-нибудь случится. Пускай не в наших настоящих и полностью исцеленных телах, а хотя бы в такой виртуальности, где мы бы были законными игроками, а не ошибкой в программном коде. Не паразитами, от которых нужно избавиться!
После слов Олега я в очередной раз поклялся себе, что приложу максимум стараний, чтобы спасти этих ребят, и не успокоюсь, пока не выцарапаю их геройские души из лап Коллекционера!
Мы просидели довольно долго. За эти часы мы с фуриями запросто смогли бы наколотить Алебардисту опыта на треть левела. Что на моем текущем уровне весьма солидно. Но я не считал время упущенным. За годы пребывания в изгоях мои друзья соскучились по обычному человеческому общению, и я обязан был им его дать.
Следом за первым литром цифровой водки уничтожился и второй. Затем третий. При этом угощение мое, вестимо, не ограничилось сладкой закуской. Помимо бисквитных коржей, украшенных масляным кремом, узорчатую скатерть грузно придавливали: вареная картошка с укропом, квашеные помидоры, малосольные огурчики, капустно-морковно-свекольные салатики, благородные сыры, копченые колбасы, вяленые лещи, прожаренные ребрышки мультимедийных барашков, неизменные тушеные грибы и прочие мясо-, фрукто-, овощесодержащие яства.
Полученные от ангела-хранителя гарантии о том, что «прослушки» не будет, позволили мне быстро и без лишних премудростей (с пантомимой и затиранием чатов) посвятить спецов в курс своих текущих дел. Запрещенные подробности, впрочем, тоже опускал.
Также обрисовал перспективы на будущее, касающиеся судеб Олега, Ольги и Матвея. Я намеревался ухлопать кучу реальных средств на команду наемных взломщиков, чтобы те нашли-таки изъян в защите «Миров Бессмертных» и помогли легализовать неучтенных персонажей. Лично занялся бы этой проблемой, как-никак тоже программер неслабый, если бы не сделка с Коллекционером. Причем спокойнее будет, если сделаем запланированное до истечения полугодовалого срока. Я не пессимист и собираюсь выполнить условия контракта впредь даже без нарушений правил (с этой целью, дабы не было соблазна, вернул ребятам штык-нож), но все же лучше уложиться в отведенные шесть месяцев.
Дальше болтали про всякую забавную чепуху, предавались грустным воспоминаниям, обсуждали любимые книги, фильмы, песни и даже цитировали классиков…
– Кстати, Матвей, а помнишь, когда я придумывал пароль и предлагал спросить у отшельницы: «У вас продается славянский шкаф?» – ты недовольно скривился и сказал: «Нет, только не из Штирлица реплику!»?
– Ну?
– Так вот, на самом деле эта фраза из другого кино! «Подвиг разведчика» называется!
– А-а, точно! С Павлом Кадочниковым в главной роли! – подтвердила Ольга.
– Возможно, – отозвался пристыженный майор. – Говорю же, мне фильмы с Леонидом Быковым больше нравятся. Особенно «В бой идут одни старики». Я его по малолетству раз пятьдесят смотрел! Какое-то время мечтал летчиком-истребителем стать…
Заметив, что, опрокинув первую рюмку, я переключился на сок, лысый капитан полюбопытствовал:
– Серый, а ты почему не употребляешь-то?
– Олежка, отстань от человека! – тут же вступилась за меня лейтенант Ольга. – У него наверняка еще куча важных дел после м-м-и… «чаепития». И лишние спирты в крови ни к чему!
– Да нет, я потом сразу на «Землю» улетаю! На тамошнего персонажа здешние магические воздействия, к счастью, никак не влияют. Хотя кое от каких баффов с «Кары» я бы на том сервере не отказался.
– Тогда чего трезвенника строишь? – не унимался Бездомный.
– Боюсь жениться! – поведал я и недвусмысленно указал взором на «мисс ФСБ».
Та застыла с куском курицы в зубах и растерянно заозиралась по сторонам, переводя взгляд с сослуживцев на меня и обратно, пытаясь сообразить, в чем соль только что произнесенной шутки.
– А были прецеденты? – хмыкнул товарищ Громов.
– О да! – ответил я и повеселил друзей еще одной поучительной историей о том, как по пьяни заимел в супруги сразу двух варяжских княжон…
Глава тринадцатая
– Дамы и господа, леди энд джентльмены, медам э месье, сеньоры э сеньориты, паны и панове… – традиционно начал вступительную речь пижонистый ведущий в галстуке-бабочке и с неизменно зализанными на затылок волосами.
Интересно, откуда пошла эта дурацкая традиция обращаться к русским зрителям на иностранном языке? Были б у нас хотя бы международные соревнования, тогда ладно.
Андрея определенно терзали схожие мысли.
– О, этот полиглот уже и польский выучил! – с ехидцей заметил он, массируя мои трапециевидные мышцы.
– Идиот он, а не полиглот, – буркнул я.
– Такими темпами, глядишь, к финалу услышим «тикнайк ев паронайк», «гверотай вэ-работай» и, может быть, даже «чхинэ-хаго чонгенг-ханын еробун»! – предположил парень.
– Ох, епт, Дюха! – не удержался я от восхищения. Аж обернулся и поглядел на согласившегося побыть моим секундантом друга. – Ну, последнее ты явно на корейском произнес. А первые два на каковском?