Владимир Кучеренко – Пророчество (страница 32)
— Нет, напомни лучше, где сейчас лагерь повстанцев?
— В захваченном замке графа Элишера.
— Координаты помнишь?
— Да.
— Отлично! Полетели!
— А как?
— А вот так! — Брат извлек свернутое в рулон заклинание: — Свиток мгновенного переноса в любую точку планеты.
— Уф, он же целое состояние стоит! Где взял?
— У моей курносенькой прелести в шкафчике лежал.
— А она знает?
— Пока нет.
— Ладно, полетели. Только возвратимся потом как?
— Так у меня два штуки!
— Теона тебя прибьет!
— Пощадит. Объясню, что на нужное дело потратил!
— А вдруг у Найденовой просто похожий жук? — пошла я на попятную.
— Уверен, что тот, который нам нужен!
— Тогда, если что, ко мне никаких претензий!
— Без проблем!
Братец сунул гримуар под мышку и принялся суетливо рассовывать по карманам остальные артефакты. Уронил четки, я подобрала.
— Эх, еще бы разгадать шифр бурятского шамана. Вот вроде крутится в голове верная мысль, но ухватиться за нее не получается, — мечтательно проговорил Вотар. — Ведь наверняка орк не просто так назвал Цветанку цветком!
— Как он ее назвал? — отвесила я нижнюю челюсть. — Повтори!
— Цветком.
— А разве не Цэцег?
— Ну? А я что говорю? Света, не тупи.
Один из нанизанных на нить плодов потеплел.
— Напиши на бумаге! — настойчиво попросила я.
Брат странно на меня посмотрел, но вывел по-русски: «Цэцег».
— Прочти!
— Цветок.
— А теперь еще раз, но без них, — бросила я на стол четки.
— Цэцег.
— Обалдеть!
— Что?
— Орк, оказывается, назвал нашу сестру цветком!
— Это шиповник так перевел? — догадался Серый.
— Да. — Я снова взяла артефакт в руки.
— Эх, кузнец-кузнец, узнать бы еще, почему ты так сказал, — задумчиво проговорил Вотар.
— Вот это да! — оторопела я. — Ну-ка последнюю реплику на бис, пожалуйста!
— «Почему ты так сказал»? — повторил брат.
— Нет, с самого начала.
— Мм. Кузнец-кузнец, узнать бы еще…
— Достаточно! Теперь напиши.
Сергей молча повиновался. Едва он накарябал первые два слова, я возликовала:
— Слово Дархан означает «кузнец»!
— А на каком языке?
— Понятия не имею. Но точно ни на одном из местных.
— Тогда, предполагаю, что на каком-то из земных.
— Возможно. Как уснешь, полюбопытствуй в Яндексе.
— Обязательно. Но сперва — за Золотым Голиафом!
— Можно и я с вами? — Дверь отворилась, и вошел Нострадамус.
«Светка, он что, все слышал? А как же твой куб безмолвия?» — мысленно поинтересовался у меня брат.
«Не волнуйся, всего пять секунд назад отключила».
— Было видение, — не получив ответа, продолжил старик. — Мне крайне необходимо сейчас находиться рядом с Фатуном и Оликой. Иначе без советов опытного человека их делу грозит неудача.
— В принципе можем взять вас с собой, — согласился Серый. — Только как же Улисс и Ло? Парню сегодня обязательно нужно дать свидетельские показания.
— Дети временно останутся здесь. Пока им идти со мной опасно.
— Крайтису придется сообщить.
— Мы уже здесь, — зевнула Цветанка. За ее спиной, скрестив руки на груди, стоял архимаг.
— О, а вы тут как? Отговорка, что просто мимо проходили, не принимается, — подбоченился Серый.
— Просто кто-то тут так увлекательно и громко общался, — улыбнулся Крайтис.
Брат осуждающе посмотрел в мою сторону.
— Не пойму, в чем дело. Куб безмолвия у меня получился качественный как никогда, — пожала я плечами.
— Только размеры его немножечко выходили за пределы данной комнаты. Поэтому мы с Цветаниэль тоже все прекрасно слышали, — объяснил его милость и добавил: — Но сделаем небольшую перестановку. Цветаниэль и Светаниэль останутся в этом доме, а мы втроем отправимся в бывшее имение графа Элишера.
Снова сижу в задумчивости в кабинете Крайтиса, опять на столе передо мной артефакты демиурга (только теперь их уже пять) и по-прежнему не могу понять, как объединить предметы в единое целое.