Владимир Козяев – Нгуен Кхай. Приключения знаменитого сыщика Макса Пипсена (страница 3)
Пипсен был польщен: его слава, похоже, пересекла границы Европы и проникла в Азию.
Однако, в ответ он лишь скромно наклонил голову:
– Да, это я. Самый известный частный сыщик, который разоблачил происки «черных трансплантологов» и дал против них разоблачительные показания в Гааге. Я считаю это самым выдающимся успехом в своей карьере.
Насладившись эффектом, произведенным на собеседника, детектив отдался чревоугодию, так как его ланч уже порядком остыл.
После того, как использованная посуда была упакована в контейнер и передана бортпроводницам, собеседники возобновили прерванный разговор.
Сидевший рядом с доктором старичок не обращал на своих соседей ни малейшего внимания, очевидно, не понимая по- английски. Он продолжал с тем же интересом рассматривать сидящих вокруг пассажиров.
**********
– Откуда у вас такой хороший английский? – поинтересовался Макс у собеседника.
– Я учился в медицинском университете Королевы Марии в Лондоне. В нашей стране, чтобы сделать карьеру, нужно владеть хотя бы одним иностранным языком, вот меня и отправила моя семья, собрав средства для обучения. Как я мог их подвести? Учился изо всех сил, старался, недосыпал- но, в конечном счете, все получилось. Диплом престижного ВУЗа открывал все двери….
– Я понял, но у меня другой вопрос: зачем вы сопровождали этого дедушку через полмира? У него какое- то неизлечимое заболевание, которое не лечат во Вьетнаме? Извините, если вторгаюсь в запретную тему, я знаю о медицинской тайне.
Ван Дык помолчал, снял с носа очки и протер их тряпочкой, после чего вновь водрузил их себе на переносицу и посмотрел на собеседника.
– Никакой врачебной тайны нет, я сопровождал мистера Нгуен Кхая как врач и переводчик, поскольку сам он не владеет языками. В Амстердаме было проведено комплексное обследование на самой современной аппаратуре и самыми известными специалистами, нужно было определить причину…
– Причину чего…?
– Дело в том, что этот человек перестал спать 35 лет назад.
Глава 5
– В каком смысле…? – переспросил детектив, подумав, что неверно понял своего собеседника.
– Просто не спит- и все. И при этом сохраняет прекрасную для своих лет трудоспособность, вовсю курит и даже выпивает.
Сыщик, заинтригованный таким сообщением, решил побольше узнать про своего необычного соседа, который по- прежнему не проявлял к их беседе ни малейшего интереса.
– Хорошо, мистер Пипсен, я могу рассказать про Нгуен Кхая все, что мне известно, если вас заинтересовала эта тема. Что, впрочем, неудивительно: большинство людей просто не верит, что такое вообще возможно.
Вы сами не собираетесь спать? ОК.
Так вот, начну сначала. Кхай родился в бедной крестьянской семье Нгуен в 1942 году, во времена оккупации Вьетнама Японией. То есть, ему сейчас 66 лет. Обыкновенное нищее детство в многодетной семье, работа в поле со своими братьями и родителями от рассвета до заката. Ничего необычного для подростка в то время. Минимальное образование, достаточное, чтобы читать и знать основы арифметики.
После японцев на нашу земли пришли французские оккупанты-и ничего для вьетнамцев не изменилось. Однако, будущий лидер нации, товарищ Хо Ши Мин, в честь которого и назван город, в который мы летим, в конце Второй мировой войны основал так называемую
Было пролито много крови, и со временем северная часть страны стала независимым государством, тогда как в южной все еще находились французские, а после их ухода в конце шестидесятых годов американские оккупационные войска, поддерживающие сепаратистов в войне с коммунистическим севером.
Ну это я рассказываю для того, чтобы вы представляли ситуацию того времени, я имею в виду начало семидесятых годов, когда все это и случилось с Нгуен Кхаем.
В 1973 году ему было около тридцати лет, и он находился в рядах
И вот, Нгок Кхай…
– Извините, хочу уточнить, – перебил рассказчика Пипсен, – чтобы уяснить для себя один вопрос. Вы называете этого человека по имени и фамилии- так?
– Не совсем. У вьетнамцев сначала называют фамилию, потом имя. Нгуен это фамилия.
– Ну хорошо. Тогда почему вы представились тройным именем? Кстати, и ваш покойный лидер всегда именуется подобным образом, а этот пожилой человек имеет только два. Разница в социальном статусе?
Фам Ван Дык издал короткий вежливый смешок.
– Вовсе нет. В нашей стране отсутствуют всяческие сословия, потому что идеологией в государстве руководит коммунистическая партия, которая ставит целью построение социализма, равноправного и бесклассового общества. Никаких разделений людей по положению во Вьетнаме нет.
Здесь дело в том, что у нас, кроме имени и фамилии, существует также наследственное
В моем случае это имя Ван, означающее «облако», у товарища Хо Ши Мина наследственное имя Ши. Причем у нас принято обращаться друг к другу по имени, а не по фамилии, даже в официальных ситуациях.
У моего пациента (в каком то смысле это так и есть, я его наблюдаю как врач) отсутствие среднего имени говорит лишь о том, что оно совпадает с его личным именем.
Согласитесь, странно называть человека Нгуен Кхай Кхай…
Услышав свое полное имя, дедушка повернул лицо к говорящим и наградил их своей словно приклеенной к лицу улыбкой.
Сосед Макса сказал ему несколько слов, очевидно, объяснив смысл беседы, и тот опять отвернулся и стал разглядывать окружающее пространство, смешно вытягивая при этом свою тонкую шею.
В это время свет в салоне уже был приглушен, и многие пассажиры начали готовиться ко сну. Некоторые уже посапывали или похрапывали в самых затейливых позах.
Однако, с Пипсена сон давно слетел, так его увлекла беседа.
– Очень интересно, мистер Дык, – произнес Макс, – У нас, американцев, иногда тоже можно услышать имя отца, стоящее между личным именем и фамилией.
Доктор покивал головой, соглашаясь.
– Могу добавить, что у вьетнамцев есть и четвертое, тайное имя. Известное только родителям и его носителю. Это наша специфика, знаете… Старинные верования, переплетенные с канонами буддизма…
– Так что произошло в 1973 году, – вернул его к прерванному рассказу сыщик.
– Ах да, прошу прощения, увлекся… В том году, уже в самом конце войны, Кхай был в рядах
………………..
………………..
Партизаны с помощью местных жителей (пещеры начинались в деревне Кучи, отсюда и название) прорыли подземные тоннели протяженностью более 200 километров, где организовали целую многоуровневую инфраструктуру, необходимую для размещения и проживания нескольких тысяч человек. Там было много отрядов
Некоторые лабиринты доходили до самой границы с Камбоджей.
По ночам оттуда партизаны совершали рейды в тыл врага, наносили ему урон в живой силе и технике- и опять, словно призраки, уходили под землю.
Кхай был одним из них и испытал тяжести такой жизни в полной мере, был тяжело ранен в руку и чудом избежал ампутации.
Вот там, в этих лабиринтах под землей, он подхватил тяжелую форму малярийной лихорадки и долго находился между жизнь и смертью, однако, выжил, но с того времени перестал спать.
**********
Доктор Дык обернулся к своему соседу, убедился, что тот все так же живо разглядывает спящих в полутьме соседей, не проявляя ни малейших признаков усталости, и продолжил рассказ вполголоса:
– После окончания войны мистер Кхай вернулся в свою деревню, через какое- то время обзавелся семьей и стал жить ничем не примечательной жизнью обычного крестьянина- фермера. Сейчас в его владениях имеется поле, где семья выращивает рис, а также два небольших пруда, которые он сам выкопал и развел там рыбу.
У него есть жена и четверо взрослых детей, не считая восьмерых внуков. Все они живут вместе и работают сообща. Во Вьетнаме у людей большие семьи, так всегда было легче прокормиться.
Вы знаете, что население страны приближается к ста миллионам…?
Пипсен не знал и изрядно удивился: на такой маленькой площади- столько народу? Просто удивительно…
– Про феномен Нгуен Кхая долгое время никто не знал (кроме членов его семьи, естественно). Он вел совершенно обычную в этих местах жизнь, работал в поте лица, изрядно курил и был любитель выпить, как я уже говорил.
О том, что он не только не спит, но даже не ложится по ночам, никому из окружающих даже не приходило в голову. Он не рассказывал, семья тоже молчала- откуда люди могли бы узнать?
– И как это вышло наружу? – спросил детектив, но увидев, что собеседник не понял этого оборота речи, перефразировал, – Как люди об этом узнали?