Владимир Кожедеев – Загадка Зимнего дворца (страница 8)

– Ты Гришка-половой?

– Он самый.

– Мне сказали, ты знаешь одного англичанина, который с немцем встречается. Здесь, в «Утюге».

Гришка замер, улыбка сползла с лица.

– А вы, простите, кто будете? Из полиции, что ли?

– Из полиции. Не бойся, ты не в деле. Мне нужен тот немец. Расскажешь – получишь еще.

Он положил на стол еще полтинник. Гришка сглотнул, оглянулся, зашептал:

– Есть такой. Англичанин, мистер Томпсон, с Балтийского завода. А немец… немец страшный, барин. Я таких не видал. Высокий, худой, в очках, и глаза… пустые, как у покойника. Он сюда два раза приходил, всегда поздно. С англичанином сидели вон в том углу, под лестницей, чтобы никто не видал. О чем говорили – не слышал, они по-своему лопотали.

– По-немецки?

– По-английски, кажись. И по-немецки тоже. Мешали.

– А имя? Имя немца знаешь?

Гришка замялся:

– Один раз назвал его англичанин. Я краем уха услышал. Шмидт, кажись. Или Шмит. Точно не скажу.

Шмидт. Опять Шмидт.

– Когда они встречаются?

– Да кто ж их знает. Томпсон приходит, когда с завода освободится. А немец… немец не приходит, он является. Как тень. Я его боюсь, барин. Вы уж меня не впутывайте.

– Не впутаю, – пообещал Загорский. – Но, если увидишь его снова, дай знать. Вот адрес.

Он написал на клочке бумаги свой адрес и придвинул Гришке. Тот спрятал записку за пазуху, схватил полтинник и исчез, как будто его и не было.

Загорский посидел еще немного, допил чай – жидкий, с привкусом мыла – и вышел на улицу. Вечер опускался на Сенную сырой, вонючий, темный. Где-то дрались пьяные, где-то пели песни, где-то плакал ребенок.

Он шел к пролетке и думал о том, что ниточка тянется все дальше. Томпсон врет, что не знает Шмидта. Они встречаются в трактире для воров и жуликов. Значит, дело нечистое. Но что связывает инженера-англичанина с таинственным немцем? И где здесь чертежи?

Он уже садился в пролетку, когда из темноты вынырнула фигура – маленькая, юркая, в рваном армяке.

– Барин! – зашептал чей-то голос. – Барин, вы того… осторожней. Вас тут спрашивали.

– Кто спрашивал?

– Давеча, час назад. Человек приходил, на вид приличный, в пальто. Спрашивал, не видали ли мы полицейского, который про немца выспрашивает. Мы сказали – не видали. А он не поверил, видать. Вон там, под аркой, стоит. Глядите.

Загорский резко обернулся. В темноте подворотни, у мясных рядов, действительно мелькнула тень – высокая, худая. И исчезла.

Сердце забилось чаще. За ним следят? Уже?

Он рванул в ту сторону, но под аркой было пусто. Только ветер гонял мусор да где-то далеко стучали шаги, быстро удаляясь.

– Ушел, – выдохнул Загорский. – Черт.

Он вернулся к пролетке, сел, приказал ехать на Лиговку. Всю дорогу оглядывался – не следят ли. Но улицы были пусты, только дождь начинал накрапывать снова.

Дома он запер дверь на все замки, достал револьвер – старый, еще крымский, – положил на стол. И долго сидел в темноте, глядя на огонек лампы.

– Кто ты, Шмидт? – спросил он вслух. – И чего ты боишься?

Ответа не было. Только дождь стучал по стеклу, как вчера, как всегда, как всю эту бесконечную петербургскую осень.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.