Владимир Котов – Темные Земли (страница 53)
Такая система слежения принесла реальные результаты. Заговор культа который считал демонов божьими тварями. Порабощенные смогли создать амулеты которые позволяют нейтрализовать влияния ауры некромантов и проникать в темные земли. Благо такие амулеты порабощённые пока не могут производить в большом количестве, поэтому в темных землях прячутся только шпионы и эмиссары которые работают с культами.
Агенты Миши ставили всех культистов и порабощённых под карандаш, начиная прорабатывать окружения. К женам, мужьям, друзьям, товарищам, любимым пекарям. Ко всем случайно «прикасались». Решено пока не «чипировать» самих порабощённых, потому что непонятно как они на это отреагируют. Есть возможность что они вполне удачно этот интерфейс смогут поглотить и начать использовать. Не хотелось бы чтобы главное преимущество попаданцев попало в руки врага таким глупым образом.
Ресурсов вычищать эти гнойники пока нет. Нужно еще хотя бы полгода, и не 15 тысяч в подчинение, а полмиллиона, тогда и можно будет говорить. Сейчас от них можно только купировать угрозу во время начала боев, и все. Если начать вычищать и ловить, то они уйдут глубже в подполье. Даже если подключить Арису и совет. Города независимы и в каждом из них нет своей полиции и агентурной сети.
Аналитический центр пух от информации и быстро рос численно и ресурсами которые на него выделяли. Михаил же получил доступ к свежей и вкусной информации по многим важным вопросам.
К сожалению пока всю эту информацию приходилось обрабатывать в живую, ручками. Человек должен сидеть и следить за нужными людьми. Но ничего, в будущем будет создана интеллектуальная система которая сама будет отслеживать поведения. Тогда можно будет «чипировать» не только элиту но вообще всех. Тогда будут найдены все шпионы, заговоры, предатели, инакомыслящие и просто нехорошие люди. А свобода личности? Ну что-ж поделать. Времена сейчас сложные…
Глава 29: Деконструкция
Пятерка сидела в кабинете где они собирались чтобы обсудить рабочие вопросы, стратегию и отдохнуть от работы в компании друг друга. Кресла были мягкие, чай вкусный, круглый стол за котором обсуждали вопросы удобен.
Сидели, пили чай, наслаждались дружеской компанией и пытались выяснить, герои книги они или живые люди.
Кирилл говорит. — Если мы берём в теорию то что мы все персонажи книги, то очевидно что миров не множество, а всего один, одна земля. А так как мы все русские, то очевидно что и автор русский. Из этого следует, что чтобы узнать чья версия реальности настоящая и то откуда автор который нас пишет, нужно выяснить какая из версий реальности правдоподобней всего. Первым из реальности мы выписываем Егора и его мир. Серьезно, Россия в которой в 20 веке каждый исторический перелом делал все хуже и хуже. Очевидно что его история выдумка. Революция, маньяки у власти, застой культуры потому что власть взяли какие–то уголовники, кровавая баня второй мировой, развал СССР и социальная катастрофа 90-тых. Население всего 140 миллионов. Границы России откатились к размерам 17 века. Очевидно что это неправда. Если мы персонажи, то твой мир создан как злая карикатура на реальность.
— Хотя история моего мира для меня родная и понятная, но я не могу отказать в логике твоих размышлений. Мой мир и правда звучит как черная сказка.
Кирилл отхлебнул чая, поправил волосы и продолжил увлекательную беседу.
— Следующая в списки Марина. У нее наоборот в мире все хорошо, даже слишком. Метабароны? Луна? Супертехнологии? У нее одной мир вышел к звездам и начал колонизацию других планет. Выглядит все как дешевый научно фантастический рассказ. Слабо верится. Выписываем Маринку и ее мир из реальности.
Женщина в ответ только хмыкнула в знак согласия. — Справедливо
— На третьем месте по неправдоподобности, наш принц. — Кирилл перевел взгляд на Мишу, а Миша с интересом наблюдал за ремесленником. Он знал какие слова сейчас будут произнесены, потому что и сам уже давно о этом думал.
— Чудом спавшийся царская семья, восстановления контроля над армией. А потом вторая мировая и атомное уничтожения населения Британии. Звучит эпично, круто, пафосно. Прямо как будто со страниц книги. Ты и твой мир выписаны из реальности.
— Остались только двоя, ты и я. — Сказал Артем.
— Тут я должен признать что моя версия реальности на 4 месте. Государство родившееся в горниле гражданской войны и которое должно было пойти по пути мира Егора, но спасено заговором офицеров и революционеров внутри партии. Звучит как остросюжетный исторический политический роман. Только ещё попаданцев в ЦК партии не хватает.
Новый глоток чая.
— И в конце у нас остаётся Артёмка, с его нормальным, абсолютно не примечательным миром. Не геноцидов, не фантастики, не драмы. Обычное нормальное развитие. То что и должно быть. После гражданки власть взяли республиканцы, построили нормальное государство и жили спокойно.
Артем говорит. — Значит будем считать мой мир настоящим, если берём за правду что мы персонажи книги?
Марина закинув в рот печеньку и говорит.
— Это вполне резонно, плюс возможно ты прототип автора. Каждый писатель старается заложить себя в персонажах. Мы вчетвером имеем слишком вычурные профессии по сравнению с тобой. Лунный спецназовец, принц разведчик, культуролог и скульптор. Что это вообще за работы такие? Скульптор вообще настоящая работа? А вот физик ядерщик хоть редкая профессия, но вполне нормальная. Плюс после попадания, ты получил специализацию маг. Все главные герои становятся магами в таких книгах.
Кирилл улыбнулся. — А ты войн, а все войны тупы как пробки!
Женщина кивнула. — В этом и проблема, я не вписываюсь в классический стереотип. Войн с высшим образованием, дающей фору в интеллекте всем остальным.
— Для начало нужно понять что среди нас вообще нет тупых. Мы все тут умники. — Заметил Миша.
Егор берет слово. — Господа, очевидно же что мы просто деконструкция жанра. Если мы персонажи книги, то автор взял самые избитые характеры и поставил их с ног на голову. Войн интеллектуал, по моему забавно. Маг с депрессией. Единственная девушка в команде каннибал–масон. Принц шпионов. Ремесленник который не чёрта не понимает в механики и постоянно использующий подсказки местных. Культуролог–биолог. Господи, да мы уморительная команда. Я бы сам так написал, будь писателем.
Кирилл спрашивает.
— Значит сейчас мы кувалдой ломаем 4 стену?
— Ну если автор описывает эту беседу, то да, ломаем. — Ответил Егор.
Кирилл разворачивается к стене и резко делает ей «БУ!».
— Что, страшно читатели? — Спросил он в пустоту.
— Ты же знаешь что повествование может вести не из–за стены за твоей спиной, а от лица одного из нас? Или вообще не вестись в данный момент.
— Это на тот случай если мы не в книги, а манге, аниме или фильме. Эх, представьте, мы гг в огромной серии книг. Миллионные тиражи, фанаты, косплей, фанарты, теории.
— А так же порно фанфики, и фанфики где всех нас шиппирят в разных комбинациях. — съязвила Марина.
— Много томов и огромная франшиза подразумевает большое количество разных сюжетных поворотов и развития персонажей. А также боль, превозмогания, отчаяние, предательство и полный набор слезовыжимательных инструментов. Если мы в начале огромной книжной серии, то впереди у нас очень много веселия. — Сказал Михаил, на что Кирилл парировал.
— Это только если мы в суровом дип дарк фэнтези, а не лёгкой приключенческой истории с юмором.
— Мы заперты в землях некромантов, в живых остались 1 из 50 местных. Все население прозябает под гнетом ауры этих земель. Над нами висит угроза смерти со стороны порабощенные и перспектива воевать с ними несколько десятилетий, отбивая планету метр за метром. И ты считаешь что мы в лёгком приключенческом рассказе? — Задал резонный вопрос Артем.
— Ой, да у тебя просто хроническая депрессия, попей антидепрессантов.
— Тут они не продаются. — С грустью в голосе сказал колдун. — Но увлечение любимым делом компенсирует низкую выработку серотонина. Думаю на пару лет хватит. А там мы с Егором уже что–нибудь нахимичим.
Миша решил вернуться к теме беседы.
— Но если мы все–таки персонажи книги, как нам это можно использовать в свою выгоду?
— Основать свою религию солипсического типа, для лучшего контроля местных? — Предложил Егор.
— Кейсы есть?
— Думаю были небольшие секты мистического толка, но массовых религий на эту тему я не знаю.
Миша хмыкнул. — Создать идеологию на эту тему? Мы все вымысел и только усердная служба позволит нам появиться перед лицом создателя нашей истории.
— Не, солипсизм это идеологии одиночек нонконформистов. Не лучший базис для создания идеологии которая должна заставить работать миллионы совершенно чужаков вместе. — Парировала Марина.
— Лучше сделать простую религию или культ личности нас самих. Каждый возьмёт на себя один из архетипов массового сознания и будет его нести.
— А не сожрёт ли нас чувство собственной важности и гордыня из–за становления диктаторами и богами? — Резона поинтересовался Миша.
— Ну Миха, мы же не идиоты с комплексами бога. Если мы можем рассуждать терминами конструирования массовой идеологии, значит мы всё понимаем механизмы работы идеологий и религий. Мы знаем что это только инструмент. Поэтому не позволим себе затуманить мозги этим.