Владимир Кощеев – Романов #01-02 (страница 88)

— Всегда рад помочь, — ответил я и положил трубку.

Отсутствие нормальных связей у принцессы, конечно, первое время будет проблемой. Для Поднебесной она больше не будет дочерью императора, а для Русского царства превратится в темную лошадку. И полного понимания, как все это работает, она еще не успела достичь. Но со временем и с помощью Семена это изменится.

Бросив взгляд на дверь в ванную, я вздохнул и, откинув одеяло, встал на ноги. Набрав номер Ефремова, я прошелся по спальне, размышляя, насколько рад будет друг моему звонку. Но долг платежом красен — это его невеста разбудила меня в такую рань.

— Да, княжич, — отозвался Семен Константинович через пять гудков. — Что-то случилось?

— Здравствуй, княжич, — ответил я. — Ты со своей невестой вообще общаться перестал? Она мне звонит, чтобы прояснить тонкости нашего менталитета, вместо того, чтобы говорить со своим женихом.

— Виноват, исправлюсь, — совершенно неискренним голосом ответил тот. — Как там на базе все прошло? Я слышал, ты немало самураев положил?

— Да мне-то что будет? — ответил я максимально нейтральным тоном. — Другие под удар попали. Ты не думал еще приставить к Мэйли Ван охрану Ефремовых? Как по мне, так уже давно пора. Я, как и ты, не располагаю достаточным запасом времени, чтобы всегда находиться рядом.

— Мы не можем, Дмитрий, — со вздохом произнес он, — я бы уже давно вызвал свою команду с Амура, но пока она официально не моя невеста… В общем, в Поднебесной противники императора спят и видят, чтобы я начал нарушать порядки и традиции. Сразу же все сорвут, император у них, знаешь ли, тоже не в самом выгодном положении.

— Короля делает свита, — ответил я.

— Вот-вот, — подтвердил Семен со вздохом, — там такой аппарат от предыдущего императора достался, что отца Мэйлин могут вымести вместе с мусором, если он начнет перегибать. Сам понимаешь, как это делается. Отравят собственные наложницы — и да здравствует новый император. А посадят на трон, естественно, не сына и не дочь, а какого-нибудь дядю, чтобы через него диктовать политику.

Я помолчал, и друг воспринял эту паузу по-своему.

— Ну чего ты там сопишь, Дмитрий? Я же не про Романовых говорю.

— Да нет, я о другом подумал, Семен. А что если и нападение это изнутри Поднебесной заказано было? — предположил я. — Есть у них там безумцы, которым выгодно Мэйлин убрать?

— Да полно! — фыркнул тот. — Но как только она станет моей женой, все они вынуждены будут отступить.

— И это хорошо, меньше за тебя переживать буду. Ты скоро вернешься в ЦГУ?

— Георгий Максимович обещает меня выгнать в понедельник на учебу, сам я себя прекрасно чувствую, но все решит отец. Ты, кстати, когда к нам заглянешь?

Я бросил взгляд на дверь, за которой до сих пор шумела вода, и улыбнулся.

— А если я сегодня заеду? Заодно одну мою новинку протестируем в приближенных к боевым условиях, как в старые добрые времена?

— Отличная идея, — оживился Ефремов. — Скажу отцу, он точно обрадуется.

— Тогда до вечера, княжич?

— До вечера, княжич.

Все, осталось отладить «Оракула» по заметкам помощницы, затем предупредить Кристину об испытаниях на практике и проверить, насколько легко она сможет освоиться в своей новой роли.

Том 2 Глава 22

— Рад приветствовать вас, Константин Евгеньевич, — склонил я голову, останавливаясь на последней ступеньке крыльца перед хозяином дома.

— И я рад, что ты нашел время посетить нас, Дмитрий, — ответил князь Амурский. — Прошу, проходи.

Я вошел в гостиную особняка и сразу же попал в заботливые руки прислуги. Оставив плащ, прошел вслед за Константином Евгеньевичем в дальние комнаты, предназначенные для культурного досуга.

Здесь были игорные столы, имелся бар, на столиках подготовлены к игре шашки и шахматы, в дальнем углу, сейчас накрытый сукном, разместился бильярдный стол.

— Располагайся, — указав рукой на свободные кресла, предложил мне князь, и я воспользовался приглашением.

Разместившись с комфортом, я сложил руки на подлокотники, и князь заговорил:

— Мы многим обязаны твоему роду, Дмитрий, — произнес он, плеснув себе в бокал коньяка. — И я бы хотел чем-то отблагодарить тебя лично за спасение моего сына. Но, разумеется, я прекрасно понимаю, что от любых моих предложений ты откажешься. А потому — сойдемся на том, что ты можешь обратиться ко мне в случае необходимости, и я выполню любую твою просьбу.

Уточнять о том, что она не должна быть направлена против царя или как-то грозить благополучию рода Амурских князей, он не стал. Это само собой подразумевалось.

Я замедленно кивнул.

— Я принимаю ваше предложение, князь.

Он улыбнулся, залпом осушил бокал и, громко поставив его на стол для покера, кивнул в сторону дверей.

— Тогда жду вас обоих на ужине, Дмитрий.

И, больше не говоря ни слова, хозяин дома вышел из комнаты, а стоило ему прикрыть дверь, ко мне вошел Семен. Друг за прошедшее время заметно похудел, но при этом все равно выглядел настоящим гигантом.

— Смотрю, ты действительно поправился, — заметил я, протягивая княжичу руку.

Друг с улыбкой ответил на приветствие и кивнул мне на кресла, предлагая присесть за стол с шахматной доской.

— Да, полное восстановление, — сказал он, занимая место напротив меня.

Я сел со стороны черных, и Семен сделал первый ход белыми, обозначив начало партии.

Мы не были заядлыми игроками, к азартным играм оба относились со скепсисом, но периодически позволяли себе разыграть короткую партию за разговором. Мне было несложно, а для Семена — просто обязательно как часть программы будущего стратега на Амурской границе.

— Расскажешь, что я пропустил? — спросил он. — Внезапное нападение, и ты тут же решаешься обкатать что-то новое, причем втайне от посторонних глаз.

Я хмыкнул, и друг пояснил:

— Я слишком хорошо тебя знаю, Дмитрий, — заявил он. — Трекер, который мы заказывали, тоже был создан тобой после подобного происшествия.

Я кивнул, делая свой ход. Семен бросил взгляд на доску и с улыбкой передвинул пешку.

— Так что ты такое создал на этот раз?

— Пока что — программный инструментарий для спецопераций, — ответил я. — И это не готовый продукт, обязательно будут накладки. Поэтому, собственно, и предложил тебе его погонять в деле.

— Вот как?

Я молча вытащил из внутреннего кармана пиджака футляр. Внутри коробочки лежали очки и наушник. Пока еще не микро, а тот, что использует охрана — на всю раковину.

— Можно? — поинтересовался друг, и я кивнул.

Семен надел очки, внешне неотличимые от простых солнцезащитных, и я по его изменившемуся лицу понял, что он удивился. Сейчас он должен видеть интерфейс «Оракула», транслирующий на очки с его стороны данные о работе системы и подгруженной информации об окружении.

— Хм, — глубокомысленно изрек он. — А наушник?

— Связь с оператором, — пояснил я. — Пока что это все.

Он кивнул, повертев головой по сторонам.

— Забавно, я вижу план дома и силовые линии. А вот система безопасности недоступна.

— Было бы крайне невежливо ломиться в нее, — пояснил я. — План особняка зарегистрирован в архивах, куда есть открытый доступ. Так что…

— Мне нравится, — заявил Семен, поднявшись на ноги и поводя головой из стороны в сторону. — Как настоящая виртуальная реальность.

— Правильно говорить — дополненная, — поправил я княжича.

— Да, я понял, — отмахнулся тот, продолжая осматривать комнату. — О, а отцовский коньяк, оказывается, из лимитированной серии. А матушке говорил, что пьет серийный, — посмеялся он.

При наведении на объекты система могла опознавать предметы, если информация лежала в свободном доступе. Конечно, в боевой обстановке не слишком удобно, но у нас и нет пока что режима «война» в программе.

— А что еще она может? — уточнил Семен, снимая очки и вручая их мне.

Я убрал все в футляр и кивнул на выход из особняка.

— Проверим на заднем дворе? — предложил я. — Все равно ты мне шах в четыре хода поставишь.

Друг улыбнулся.

— Георгий Максимович бы сразу заметил, что ты поддался.