Владимир Кощеев – Романов #01-02 (страница 43)

Он улыбнулся.

— Мне нравится ваш подход, Дмитрий Алексеевич. Тогда сейчас мы все оформим, как полагается по протоколу, и вы сможете приступить к работе.

Мне повезло, что Телегина оставили в лаборатории ЦГУ вылавливать вот таких самородков. Будь на его месте не слишком квалифицированный научный сотрудник, его бы не допустили до моих бумаг. И тогда все вышло бы куда сложнее.

На оформление документов ушел час. После чего я в компании Ивана Никитича спустился на девятый этаж.

— А теперь я покажу вам ваше рабочее место, — сказал доктор, открывая самый дальний отсек на этаже. — Если вам что-то потребуется дополнительно, сообщите мне.

Я кивнул, и Телегин оставил меня одного в лаборатории. Что ж, прежде всего стоит провести ревизию оборудования. Не хотелось бы обнаружить на последней стадии, что чего-то не хватает.

Еще через час я поставил последнюю галочку в своем списке, скопированном с листа в кабинете доктора.

— Ну что ж, приступим, — вздохнул я, садясь за стол.

Местный лазер меня не устраивал сразу по двум причинам — он отставал технически от нужного мне и к тому же требовал наличия еще одного оператора. Пока что у меня нет помощников, но что мешает их создать?

Вбив в стационарный компьютер свои данные, я открыл нужную программу и, воткнув собственную флешку, загрузил заранее подготовленные данные. Несколько секунд машина обдумывала задачу, после чего выдала согласие на начало работы с проектом.

Еще раз все проверив, я потянулся, разминая затекшие мышцы спины. И, сохранив проект, направил его копию в банк данных лаборатории. Мне все равно придется обнародовать результаты, так что я не видел смысла скрывать, что у меня все готово.

Запустив принтер, я провел короткую диагностику. Убедившись, что все в порядке, заправил пластик из нужного контейнера. А пока машина будет печатать требуемую основу, можно и кофе попить.

Сперва получится достаточно крупный и не очень удобный аппарат с нужной длиной волны. Представив его на суд руководителя, я продолжу работу, доводя прибор до нужной мне кондиции. Но там потребуется уже другой уровень доступа к материалам. Так что сейчас задача обеспечить нужную длину волны, все остальное уже потом.

Добравшись до комнаты отдыха на этаже, я взял пластиковый стакан и наполнил его кофе из машины, установленной тут же. Получилось не так уж плохо.

Сидя на мягком диване, я вытащил телефон и проверил время. С момента, как я вошел в лабораторию, успело пройти три часа — пока проверил расчеты, минуты не стояли на месте. Начинать работу с ошибки я не собирался, а потому и относился к делу серьезно.

— Дмитрий, вы тоже здесь? — спросила, заходя в комнату китайская принцесса.

Глава 23

— Пожалуй, это я здесь должен удивляться, — ответил я, ставя стаканчик с остатками кофе на столешницу. — Что вы здесь делаете, Мэйли?

Она улыбнулась и прошла за стаканом. Мне даже стало любопытно, она предпочтет чай, как велят стереотипы, или все же выпьет кофе? Впрочем, китаянка набрала простой воды.

— Полагаю, то же, что и вы, Дмитрий, — сказала она, опускаясь напротив. — Работаю над проектом, который мне доверили вести.

— И что же это за проект, что его можно переслать в Русское царство и выбить допуск в лабораторию ЦГУ? — продолжил расспросы я, наблюдая за принцессой.

— Я здесь — представитель Поднебесной империи, Дмитрий. И участвую в совместном проекте с Русским царством. Не ведущий специалист, но и не помощница. Мы проектировали новые сверхпрочные полимеры, а здесь, — она обвела рукой помещение, — воплощаем их в жизнь.

Я кивнул, принимая ответ. Лаборатория ЦГУ действительно не секретная, и попасть сюда может, в принципе, любой студент Университета, если покажет достаточный уровень знаний. Брать всех никто не станет, а вот отличники учебы могут рассчитывать на то, что им решат помочь освоиться в настоящей лаборатории, получить опыт взаимодействия если не со светилами наук, то хотя бы с хорошими специалистами.

Если бы не решение царя, мне пришлось бы идти именно этим путем.

— И как ваши успехи? — спросил я, когда пауза немного затянулась.

— Пока что сверяем документацию, — ответила та, не прекращая вежливо улыбаться. — За один день такую работу не выполнить, так что никто не спешит.

— Поднебесная умеет ждать, — кивнул я.

— Да, и всегда добиваться своего, — сказала Мэйли. — А вы над чем работаете?

— Конкретно сейчас — над высокоточным лазерным скальпелем.

Она чуть округлила глаза.

— Но разве здесь нет своих скальпелей?

— Я сказал, «высокоточным», — усмехнулся я в ответ.

Она кивнула, уловив смысл.

— В таком случае, уверена, мы сможем договориться с Русским царством, когда они выйдут на рынок.

— Вы уверены в моем успехе, Мэйли? — улыбнулся я, наблюдая за невестой Ефремова.

Китаянка легко кивнула.

— Раз вы здесь, Дмитрий, значит, имеете все основания для того, чтобы вас нельзя было назвать бездельником. Первый семестр первого курса, и вы уже имеете допуск. Либо у вашей семьи очень много влияния, либо вы действительно заслуживаете места в этой лаборатории. И после разговоров с Семеном я уверена — ваше положение в Русском царстве никак не связано с нахождением в стенах лаборатории.

Тут не поспоришь.

— Но, пожалуй, мне пора, — допив свой стакан, заявила она. — Работа не ждет. До свидания, княжич.

Что ж, мне тоже нужно было заняться делом. Отправив стакан в отсек для пластика, я вернулся в свою секцию.

Принтер еще трудился, создавая корпус для будущего лазера. До конца работы у меня еще было время, и я залез в открытую базу данных лаборатории. Документация остальных этажей, нужно заметить, мне оставалась недоступна. Мой пропуск, значит, уже приписали к девятому этажу.

И это правильно, лучший способ контроля в данном случае — просто не давать студентам лишнюю информацию.

Папка русско-китайского проекта пестрела документами на двух языках, и Мэйли значилась в них одним из ассистентов доктора Ли, создателя теории, воплощать которую будут в стенах ЦГУ.

Полистав оригиналы файлов, я сверил их с русскими. Перевод был хорош, но это не меняло дело. Я знал этот полимер, в моем мире его тоже производили. Но, как я замечал ранее, за несколько лет до текущего на этой Земле года. И, признав старого знакомца, я также понимал, что в условиях здешней лаборатории добиться успеха не выйдет — нет технической базы.

Посидев несколько секунд над файлами, я хмыкнул и создал новый документ на выделенном мне диске. Быстро вбив основные тезисы, начал расширять их. От работы меня отвлек сигнал принтера — заказанная основа была готова.

Нарушение цепочки открытий, которые должны были бы привести к реализации полимера, к которой я привык, наводило на мысль, что в Поднебесной появился такой же чужак, как и я. Но это было бы глупо: имея прямой доступ к мощностям Китая, перевозить документы в другую страну, чтобы отсрочить реализацию?

Нет, вероятнее всего, император либо имеет недостающую базу, либо специально выкинул то, что сделать нереально. Вроде и кость бросил, но в то же время и сам ничего не потерял. Или это проект Мэйлин, а профессор Ли — только прикрытие для научного мира. Тогда полимер, скажем так, часть приданого невесты.

Изготовленные на принтере детали я рассортировал в порядке сборки и, взглянув на часы, вздохнул. Оставаться на ночь в лаборатории в мои планы не входило, хотя и очень хотелось, честно признаться. Так что, быстро собрав корпус на столе, я открыл ключ-картой хранилище и вкатил стол с будущим лазером внутрь.

Пустующее помещение склада наверняка навевало на Телегина тоску. Но для меня это был добрый знак — я заполню это место своими успехами.

Заполнив журнал и подтвердив свои полномочия пропуском, я запер хранилище и направился на выход. По пути мне никто не встретился, но в окнах соседнего отдела я видел пару китайцев, рядом с которыми находился и Иван Никитич. На меня, само собой, никто внимания не обращал, так что я добрался до лифта, а после, закончив утвержденные сводом правил процедуры, вышел на свежий воздух.

Пора возвращаться домой.

Ночь я провел в объятиях Кристины. А наутро едва сдерживал себя, чтобы не сорваться в лабораторию, пока занятия еще не начались. Но семейный завтрак требовал моего присутствия.

— Доброе утро, — поздоровался я, входя в столовую.

Родные ответили мне вразнобой, и я занял свое место за столом. Мать дернула колокольчик, и прислуга быстро расставила блюда. А когда мы приступили к еде, отец повернулся ко мне.

— Мне прислали новгородские активы, — сообщил он, сделав глоток свежего апельсинового сока.

В присутствии матери даже глава рода не противился смене нашего рациона. И я его понимал — с характером Ирины Руслановны можно легко нарваться на скандал. К тому же даже так мы ели вкусно и полезно, получая все, что нужно для здорового питания.

— Взглянешь сам или доверишь выбор мне? — закончил князь свою мысль.

— Там есть хоть что-то, связанное с моей специальностью? — поинтересовался я, разделывая кусочки помидоров на тарелке.

— Даже близко нет, — ответил отец.

— Тогда бери что пожелаешь, деньги все равно пойдут в род, — легко отказался я.

Семья только тогда крепка, когда каждый ее член помнит о других. И соблюдает их интересы.

— Кстати, я видел твою покупку торгового центра, — сообщил он, переходя на следующую тему. — И думаю, тебе стоит его придержать. Хотя бы до тех пор, пока новый великий князь не займет свое место в Новгороде.