Владимир Кощеев – Романов #01-02 (страница 2)

Преподаватель вошел в зал одновременно со звонком. Студенты достаточно быстро заткнулись, и седой старичок с каноничной боярской бородой заговорил:

— Рад приветствовать, господа студенты. Мое имя — Иван Семенович Добронравов, я буду вашим преподавателем политологии в течение всех пяти лет обучения.

Его хорошо поставленный голос разносился по аудитории даже без микрофона, который Иван Семенович не стал включать.

— Итак, сразу пройдемся по ряду организационных вопросов. Первое: я терпеть не могу посторонних разговоров на своих занятиях, — он обвел студентов тяжелым взглядом, и последние шепотки замолкли. — Второе — пропуск моих занятий означает, что вы либо получите дополнительные задания, либо будете отчислены. А теперь перейдем к нашей сегодняшней теме — современная политическая модель Русского царства и ее предпосылки.

Я слушал со всем вниманием. Несмотря на то, что Добронравов был уже не молод, свое дело он знал крепко и рассказывал интересно. Даже не прибегая к дару, старик держал внимание аудитории.

Итак, в один прекрасный день по всему миру аристократы, имеющие власть, получили еще и магические дары. Чем больше у тебя было подданных, тем мощнее и сила.

Так что мир очень быстро перекроили на относительно современный лад. Список из трех основных империй дополнился «новыми»: возродилась Османская, объединив под собой арабов и мусульман, восстала из пепла Римская, поглотив половину Европы. Великобритания лишилась большинства колоний, отошедших под руку местных королей, но устояла. Американцы проиграли войну за независимость и теперь принадлежали трем коронам — Испании, Португалии и, собственно, Англии.

В сложившейся обстановке правящие семьи всеми правдами и неправдами укрепляли свою власть. Разрыв между правителями и их вассалами ширился за счет того, что люди, не являющиеся подданными аристократов, автоматически приписывались действующей верховной власти. Так что вскоре бунты и междоусобицы захлебнулись, не в силах справиться со значительно более сильными противниками.

Республики падали одна за другой, их раздирали безжалостно, мелких князей давили, как тараканов. Военный каток прошелся по всему миру, распределяя влияние сильнейших магов-правителей. Каждый новоприобретенный подданный делал победителя сильнее, так что грызня вышла знатная.

Но длилось это недолго, и теперь мы пришли к тому, что мир застыл на самом краю перед мировой войной нового порядка. Нажравшиеся империи заканчивали переваривать поглощенные территории, технологический прогресс предлагал все более изощренные средства уничтожения противника, и только понимание, что вступление самих правителей в прямое столкновение равносильно уничтожению планеты, не давало этой пороховой бочке рвануть.

— На сегодняшний день в Думе существует три главных партии, — подводя итог лекции, произнес Добронравов. — Царская, Княжеская и так называемая Свободная. К следующему занятию я жду от вас эссе на тему влияния магии на исторические процессы, и почему мы учитываем этот фактор в политологии, как основополагающий для понимания нынешней ситуации. Свободны.

Звонок сообщил, что лекция окончена, и я поднялся с места вместе со всей аудиторией — традиция провожать преподавателя. Иван Семенович покинул помещение через служебный выход, и студенты смогли выдохнуть — кажется, часть из них едва дышала во время занятия.

Рядом со мной завозилась, гася свой монитор, Морозова, и я подал девушке руку.

— Виктория Львовна, составите мне компанию по дороге на следующую пару? — с улыбкой спросил ее.

— Княжич, вы уверены, что вам нужно со мной общаться? — хмыкнула та в ответ.

— Абсолютно, — кивнул я.

— Могу я узнать причину?

— Могу назвать сразу три, — ответил я, продолжая держать руку протянутой.

— Вот как?

— Первая: нам все равно нужно идти в одно и то же место, — начал я, рассматривая ее внимательнее. — Второе: я достаточно знатен и богат, чтобы не обращать внимания на сплетни и слухи местного общества. И третья: вы очень красивы.

От моего комплимента она слегка покраснела, ее зрачки расширились, но Морозова все равно покачала головой. При этом жест был полон достоинства настолько, что не всякая княжна могла бы сравниться.

— Я не хочу портить своим присутствием вашу репутацию, княжич, — ответила она. — Поэтому рекомендую найти других друзей среди однокурсников. Я — не самая подходящая пара для члена царской семьи.

Я хмыкнул, убирая руку.

— Что ж, если вы передумаете, мои двери всегда открыты.

Она кивнула и скользнула мимо меня.

— Вы только посмотрите на него, — донесся до меня взбудораженный шепот какой-то студентки. — Этому Романову вообще плевать на общество!

— Я вообще не понимаю, как ее пустили с нами учиться! — ответил другой голос. — Я пожалуюсь отцу, он быстро управу найдет на ректора.

Я сделал вид, будто не слышу этого разговора. Уже привык к тому, что все вокруг следят за мной и обсуждают. Когда ты член бывшей царской семьи и родственник нынешней, остается лишь смириться, что за тобой постоянно будут наблюдать.

Осуждать предков, решивших добровольно отдать власть предыдущим правителям, я даже и не думал. Наоборот, для меня сложилась просто идеальная позиция: я родственник царицы, но при этом не обременен ответственностью, кроме того, я еще и второй сын князя Романовых — то есть головная боль по поводу наследования и прочих веселых развлечений главы рода проходит меня.

А я могу заниматься тем, чем хочу, если не порчу репутацию семьи. И мои действия еще ни разу не шли вразрез с интересами рода.

Я — Романов, и этим все сказано.

Глава 2

Второй парой значилась биология. Кабинет располагался в соседнем корпусе, так что времени между занятиями едва хватило, чтобы добраться до нужного места.

Здесь повторилась та же история с Морозовой — рядом с ней никто не садился, держа девушку на расстоянии. Зато я смог рассмотреть остальных членов группы. Признаться честно, когда смотрел список, даже не пытался их запомнить.

На первом курсе в этом году в ЦГУ поступило больше пятисот студентов, напрягать мозги, чтобы их всех держать в памяти? Я все же человек, а не машина.

Итак, в нашей группе пятнадцать студентов — десять девушек и пятеро парней, включая меня. Собственно, неудивительно — большинство благородных детей мужского пола не стремятся в науку, им ближе другие знания. Здесь же собрались вторые и далее сыновья. Женщины традиционно более свободны в выборе специальности, они вольны выбирать образование по душе, ведь от них не ждут правления родом. Хотя и такие случаи не редки.

Заняв место по соседству с Викторией, я включил стоящий на столе дисплей и вбил свои данные. Система моментально подгрузилась, открывая мне новый файл для записей.

— Здравствуйте, студенты, — войдя вместе со звонком, произнесла преподавательница, стремительно проходя к кафедре. — Меня зовут Марина Владимировна Шафоростова, я — заместитель декана нашего с вами факультета.

Было ей на вид немного за тридцать, вместо униформы университета она предпочла лабораторный халат. Соломенные волосы были заколоты в строгий пучок, на носу — очки.

— Итак, сегодня у нас с вами вводное занятие, — сказала она. — Я вкратце обрисую перспективы, которые вас ждут на нашем факультете, чтобы вы лучше поняли, подходит ли вам это направление.

Первый год можно перейти с одного курса на другой, но случаи такие крайне редки. Все же абитуриент, сдающий вступительные экзамены, вряд ли плохо понимает, куда намеревается поступать. Но возможность перевода, несмотря ни на что, предусмотрена.

— Итак, — начала преподаватель, садясь за стол, — на первом курсе вы будете изучать общую биологию видов, на втором к ней добавится специализация.

Она повела рассказ о предстоящих занятиях, распорядке посещения лабораторий, технике безопасности, основных вехах нашего будущего обучения. Не забыла Шафоростова упомянуть и выдающихся выпускников кафедры, и напомнить о царских наградах за достижения в области образования.

— Второй семестр первого курса будет целиком состоять из практики, — объявила замдекана. — Магическое влияние на человеческий организм. Конечно, уровень глубокого изучения этого феномена не для общего курса, но базу вы получите.

Прозвенел звонок, но никто и не дернулся с места. Марина Владимировна неспешно поднялась из-за стола и объявила:

— На этом занятие окончено. Можете быть свободны.

Мы поднялись с мест, и замдекана покинула кабинет.

Большой перерыв идеально подходил для похода в столовую, так что неудивительно, что нас предварительно развели по группам — хороший повод познакомиться поближе и дружной компанией последовать на трапезу.

Однако никто не спешил покидать кабинет, хотя рабочие места и были уже погашены.

— Дамы и господа, — обратился к нам парнишка с первой парты, оборачиваясь к классу. — По регламенту нам за сегодняшний день положено выбрать старосту группы. Предлагаю всем представиться, желающим выдвинуть кандидатуры и провести голосование. Начну первым: Орлов Петр Васильевич.

Выглядел он при этом очень серьезно, но из-за мелкого роста — едва ли больше метра шестидесяти — и худобы казался малолеткой на нашем фоне. Впрочем, принадлежность к роду Орловых просматривалась в лице парня — он почти копия деда, адмирала Балтийского флота.