Владимир Кощеев – Первый курс (страница 40)
Служанка вернулась с ворохом одежды. Обычно король одевался сам — никто же не мог в спальню войти, да и не тот у нее был уровень, чтобы разбираться в королевских нарядах. Поэтому на постель легли четыре рубахи разных цветов.
— Давай красную, — приказал король с улыбкой и позволил себе помочь.
А пока он застегивал квадратные пуговицы, продолжил отдавать четкие указания. Через пять минут с момента пробуждения он был уже собран, готов к бою и уверен в себе. От сна не осталось и следа.
— Тебя как зовут? — спросил Равен.
Не то чтобы все слуги были для него на одно лицо, просто он никогда не интересовался, как зовут конкретно каждую ночную грелку. Но тут была совсем иная ситуация.
— Агнешка, ваше величество, — с поклоном ответила та.
— Сегодня ты заслужила своей семье наследное дворянство, Агнешка, — кивнул король, кладя руку на плечо девушки. — А теперь открывай двери, пора показать этим сукам, как я не люблю, когда меня будят посреди ночи.
Пока она шла к выходу из спальни, его величество дал ей еще один одноразовый пропуск, прошлый-то кончился, когда она захлопнула дверь в прошлый раз. А когда женская ладонь накрыла ручку, Равен Второй сделал шаг вперед, на ходу активируя родовые артефакты и королевскую защиту дворца.
— В сторону!
Волна пламени устремилась в коридор, сорвавшись с рук его величества. Все, что не являлось частью дворца, охватил огонь, от температуры закипел воздух, распалась в прах пролитая на полу кровь, истлели трупы охраны.
И в этом огне соткались фигуры новых гвардейцев, рассыпающих искры. Шесть оживших костров, перекрыв коридор, дожидались своего господина.
— Вперед, — скомандовал король, и с улыбкой вступил прямо в ревущее пламя.
Королевская защита не давала огню поглотить ковры, картины и прочие вещи. А вот людей не прикрывала. А потому чем дальше ступал его величество, тем меньше оставалось следов прошедшего в ночи боя.
В сопровождении шести элементалей Равен Второй добрался до центра дворца, не задерживаясь нигде и не перебирая, чьи трупы сжигает бушующая вокруг него стихия. Заговорщики не могли не знать, что в своей спальне он неуязвим, и его величество никак не мог понять, на что они рассчитывали.
— Король!
Крик заставил Равена Второго немного унять огненную ауру.
— Томаш?!
Брат Райога вскинул руки, закрываясь от жара, и его величество заметил и подранную рясу священника, и зажатый в руке окровавленный кинжал.
За спиной Томаша хлопнула дверь, и из нее высыпала гвардия.
— Ваше величество!
Стоящий впереди остальных стражей рухнул на колено.
— Кристоф, кто напал? — признав командира отделения, спросол король, не спеша гасить разожженный огонь.
— Герцог Стерн, ваше величество! Его люди ворвались во дворец, но нам удалось отбросить их и запереть в тронном зале!
Равен Второй покачал головой.
— Капитан, ваши люди идут впереди. Томаш, не забыл еще, из какой ты семьи?
Старший брат Райога усмехнулся, будто разом преобразился выпрямляясь. Теперь даже слепой заметил бы его сходство с королем. Так мог бы выглядеть сам Равен, когда постареет.
— Силой рода, кровью рода, — ответил Томаш, полоснув кинжалом по ладони.
Но вместо крови на пол коридора упал сгусток огня.
— Клянусь, что не причиню вреда своему племяннику, — закончил Томаш, и огонь, окружавший его величество, обнял священника, окутывая родовой магией и его.
Гвардейцы отшатнулись от волны жара. Хоть их и снабжали защитными артефактами, как ни одно подразделение в Крэланде, но против королевских чар никакая другая магия не справлялась.
— В тронный зал! — приказал его величество, и гвардейцы хлынули прочь, с облегчением хватая раскрытыми ртами холодный воздух.
Агнесс Равентурм отложила исписанные листы и устало потерла виски. Работа преподавателя оказалась тяжелее, чем баронесса себе представляла, когда соглашалась на эту должность. Впрочем, жаловаться было не на что — покуда она служит в академии, никто не станет спешить с ее новой свадьбой.
Бросив ручку на стол, девушка потянулась, поднимая руки кверху. И, выдохнув, бросила взгляд на пустую постель. У себя в башне она могла пользоваться услугами приближенных, конечно, не афишируя, кто греет ее постель, но в академии пришлось перейти на голодный паек. Одно дело спать со своим управляющим и начальником стражи, когда никто не видит и не знает, совсем другое — на глазах у всего высшего света.
Но привыкшая к удобствам Агнесс легко приняла правила игры. Конечно, если бы удалось заманить Шварцмаркта, ей не пришлось бы страдать в одиночестве. Но барон оказался слишком скользким и постоянно вырывался из рук, отбиваясь раз за разом, причем делал это так, что и злиться на него не выходило.
Поднявшись на ноги, она прошлась по своему кабинету, разминая уставшие от долгого сидения мышцы. Ночь перевалила за середину, но завтра можно было поспать подольше — занятия еще не начались, так что с бумагами баронесса возилась вполне спокойно.
Аккуратный стук в дверь удивил ее, все-таки сейчас слишком поздно, чтобы ожидать гостей. С другой стороны, сам факт, что ее потревожили в такое время, говорил, что случилось что-то срочное.
Секретарь, положенная баронессе, как любому преподавателю академии, уже давно ушла, оставив свою начальницу в одиночестве, так что открывать пришлось самой Агнесс.
Стоящий за дверью мужчина в черном плаще с родовым гербом Равен на лацкане вошел в кабинет стремительно и тут же захлопнул за собой дверь.
— Ваша милость, немедленно собирайтесь. На его величество совершено покушение. Меня прислали обеспечить вашу безопасность.
— Как?! — выдохнула Равентурм, шокированная свалившейся на голову новостью.
— Мятеж герцога Стерна, ваша милость. Дворец отбили, его величество в безопасности. Все члены клана Равен должны прибыть к его величеству как можно скорее.
Судорожно сглотнув, Агнесс кивнула и, не теряя времени, набросила на плечи теплый плащ. Снаружи уже стояла достаточно холодная погода, но идти до дворца в любом случае недалеко. Брать какие-то другие вещи ей и в голову не пришло — за ними, если придется, можно и слуг прислать.
— Что известно? — тронув своего провожатого за плечо, спросила баронесса едва слышно.
— Герцог сбежал, его сын сейчас сидит в подвале и рассказывает, — так же негромко ответил гвардеец. — Не беспокойтесь, нас никто не заметит, все устроено как положено.
Но не волноваться Агнесс не могла. Если герцог Стерн — северный владетель, поднял мятеж, это означало, что нейтральные кланы выбрали свою сторону. Оппозиция после многочисленных чисток Равена, ослабла настолько, что даже в академии их дети стали вести себя очень тихо, не рискуя задирать членов других фракций.
А Стерн возглавлял внушительную коалицию нейтральных семей. Три клана так или иначе были с ним связаны и держали почти четверть всей железной руды Крэланда. Рудники, плавильни, цеха — все, что касалось железа, мгновенно попадало в круг его интересов. И вдруг такое нападение?!
Шагая вслед за гвардейцем, Агнесс не забывала о собственной защите. А потому, когда они вышли за ворота академии, неожиданно открытые, успела среагировать раньше, чем ведущий ее мужчина нанес удар.
Кинжал вспыхнул, вспарывая магическую защиту, но удар, отклоненный чарами, пропал втуне. А сама баронесса вскинула руки, высвобождая свой дар прямо в лицо предателю.
Но он оказался не один.
Болты со свистом вспороли воздух. Острые стальные стрелки били в металл ворот, высекая искры. Выставленный чародейкой щит быстро выдохся, но большую часть снарядов все же отклонил, закрыв преподавателя от смертельных ранений.
Залп окончился так же внезапно, как и начался, заклинание быстро погасло, выработав заложенную в него магию. И в этот момент в последний раз оглушительно громко щелкнула тетива.
Агнесс рухнула на колени, зажимая левой рукой простреленный бок. Под ее пальцами горячими толчками текла кровь, но баронесса еще была способна вести бой и сдаваться не собиралась.
Ее глаза вспыхнули ярким пламенем, на выставленной ладони загорелся огненный шар. Еще мгновение, и он бы сорвался стеной пламени, выжигая пространство и спекая камень.
— Как это некрасиво, толпой на одну слабую вдову!
Мужской голос раздался так неожиданно, что Равентурм даже не смогла сдержать чары, и созданное ей заклинание распалось искрами, не причинив никому вреда.
Перед ней встала темная фигура, заслоняя собой от стрелков и закрывая обзор.
— Они твои, но одного оставь, чтобы все рассказал, — распорядился внезапный защитник баронессы.
— И-ха! — довольно заревел соткавшийся из ниоткуда огромный демон. — Заставим их страдать!
И только появление чудовища, рванувшего в сторону засады, помогло Агнесс опомниться.
Стоящий перед ней мужчина обернулся и протянул руку. За его спиной заорали, и в этом крике уже не было ничего человеческого.
— Да! Кричи! — рычал где-то в темноте демон. — Кричи, тварь!
Но все это происходило где-то там, далеко. А весь мир для баронессы сузился до улыбающегося демонолога, подающего ей руку. Сияющие черным пламенем глаза Киррэла Шварцмаркта стали последним, что увидела Агнесс, прежде чем ее укутала блаженная темнота обморока.