Владимир Кощеев – Корсаков. Том 3 (страница 24)

Визит её императорского высочества будет частным, так что никакого пышного приёма не требовалось. Иначе я бы и звать её не стал посетить госпиталь Корсаковых. Это место создано для лечения больных, а не для красивых выездов. Дарья Михайловна была здравомыслящим человеком, так что я не сомневался, что она осознаёт, что делает, а потому не притащит с собой половину Кремля и гвардии Долгоруковых на хвосте.

Дверь в кабинет заведующего была приоткрыта. Я всё равно ударил костяшками пальцев об косяк, и переступил порог только после того, как он озвучил разрешение.

— Добрый день, Марк Миронович, — улыбнулся я.

— День добрый, Иван Владимирович.

— Идёмте к пациентам?

Он отложил документы, которые просматривал, и встал из-за стола.

— Конечно, идёмте, ваше сиятельство.

Мы двинулись, Марк Миронович был заметно озабочен, и я примерно догадывался, в чём его затруднение. У госпиталя имелись проблемы, и заведующий пока что опасался меня с ними знакомить.

— Говорите, Марк Миронович. Я же вижу, что у вас какие-то затруднения. Если я смогу их решить…

Я замолчал, давая ему возможность собраться с духом.

Понятно, почему он опасается. Мы только получили имение в свои руки, и заведующий понятия не имеет, как с нами контактировать так, чтобы и не обидеть, и заведение по миру не пустить. Не всякий управленец умеет тонко соблюсти этот баланс, большинство просто выбирает одну линию поведения и придерживается её до самого конца. Ну или пока начальство не сменится, потому что всё развалило.

— Боюсь, ваше сиятельство, — заговорил заведующий, на ходу нервно одёргивая рукава, — вы и есть главная проблема.

Я приподнял бровь, и он сразу же перешёл к пояснению.

— У нас не такая большая пропускная способность пациентов. А как только люди понимают, что вы ставите здесь всех пациентов за неделю, они рвутся к нам. Увы, наши лимиты не настолько широки, чтобы принимать каждого, даже если поднять цену, спрос на ваши услуги целителя окажется выше, чем нам хватит мест, чтобы физически всё сделать.

Я кивнул, показывая, что услышал его.

Цена популярности. Именно эта проблема меня ничуть не удивляла. Разве что скорость реакции населения вызывала уважение. Есть повод собой гордиться — такой ажиотаж говорит о том, что я бы уже мог открывать собственную лечебницу. Мне, конечно, нельзя до окончания службы в корпусе целителей, так как официально я не обучен, однако сам факт.

— С этим можно работать, — произнёс я. — Пока что у меня нет готового решения, но я буду над ним думать.

Марк Миронович облегченно вздохнул, после чего продолжил.

— Отсюда же вытекает вторая проблема. Не знаю, сказал ли вам Назар Иванович, но повышенный спрос на места у нас порождает ситуацию, когда нам не хватает охраны, чтобы оградить наш госпиталь от слишком требовательных людей. Их и прогнать нельзя силовым путём, и даже если бы было можно, у нас просто некому это сделать, мы лечебное заведение, а не полковая казарма.

Я хмыкнул.

— Направим часть родовой охраны на временное усиление, — озвучил свои мысли я. — Но важно, Марк Миронович, что оно временное. Значит, вам с Назаром Ивановичем необходимо расширять штат. Желательно сделать это как можно быстрее, но и совсем с улицы брать людей нельзя. Впрочем, полагаю, вы не зря занимаете свою должность, а значит, разбираетесь в этом вопросе лучше меня.

Заведующий кивнул, и его нахмуренное лицо немного разгладилось. Доброе слово и кошке приятно, а здесь я похвалил его компетентность. Знак уважения, проявленный к подчинённому в нужный момент, порой может быть простым словом, но заставить человека из кожи вон вылезти, чтобы доказать — похвала заслуженная.

— Кроме того деньги, Иван Владимирович, — подошёл к главной проблеме Марк Миронович.

— Не хватает? — уточнил я.

— Как раз наоборот, — покачал головой. — Если тенденция продолжится, мы видим осторожную надежду на расширение. Спрос на ваши целительские услуги растёт, и будет расти тем дальше, чем популярнее вы станете. А значит, будет расти и недовольство тем фактом, что у нас ограничены ресурсы. Уже сейчас для нормального функционирования нам требуется возведение отдельного корпуса. А представьте, что будет через год?

Я действительно прикинул, и даже остановился на территории имения, чтобы осмотреться.

Территория небольшая, пихать сюда лишние строения — портить не только вид, но и такую унылую вещь, как историческая достоверность. Неприятно, но нельзя вносить серьёзные изменения в памятник архитектуры. Я могу переоборудовать внутренние помещения, но обязан сохранять облик. А значит, и новые корпуса придётся согласовывать в имперской канцелярии.

— Неприятно, — сказал я. — Нам нужно готовиться к переезду, Марк Миронович.

Заведующий тоже огляделся, и в его глазах я заметил сожаление. Он здесь не первый год работает, так что успел привыкнуть, и менять старое проверенное на новое, пусть и лучшее, может быть тяжело.

— Пока что нам некуда, ваше сиятельство, — разведя руками, признал он.

— Вот вам тогда и задача: посмотрите список объектов. Отметьте все, которые соответствуют нашим требованиям. Мы обязаны сохранить лечебницу здесь, но лучше уж тогда перепрофилировать её для внутренних нужд рода, чем бодаться с бесконечными бюрократическими комиссиями и отказывать в лечении пациентов, которые могли получить помощь, если бы им нашлось банальное место для ожидания.

Он кивнул и задал вопрос, который я ждал.

— Скажите, Иван Владимирович, если всё будет идти и дальше так, как идёт, вы понимаете, что из многопрофильной клиники мы превращаемся в ваш личный кабинет целителя?

Я кивнул.

— Поэтому мы уже ищем хороших целителей, которые обладают правом на такую деятельность, опыт и репутацию, — ответил я. — Но не просите меня решить именно этот вопрос за неделю. Хороших целителей отрывают с руками, и поиск действительно толковых персон занимает время. Но здесь совершенно точно работа идёт, и будет решена.

Плечи Марка Мироновича распрямились, на лице появилась улыбке — впервые с момента, как он меня сегодня увидел, настоящая. Приятно снять с ответственного человека проблему, которая его тяготит. И особенно приятно, что для этого мне лично из всех усилий пришлось только голосом поработать.

— Итак, — встряхнулся заведующий. — Пройдёмте к нашим пациентам.

Наследница престола прибыла через десять минут после того, как я закончил с последним пациентом. Руки у меня не тряслись, силы ещё оставались, но я уже чувствовал, что сегодняшний день прошёл не зря.

Так что, накинув китель на плечи и застегнув его на ходу, я пошёл встречать гостью. Наверное, если бы Марк Миронович знал, что после того, как я его отпущу домой, во вверенном ему заведении появится её императорское высочество, он бы не захотел уходить.

Но я прекрасно понимал, наш заведующий уже осознал масштаб происходящего. Его не могли не убедить очереди на запись в клинику Корсаковых. Я мог быть просто удачливым целителем, героем, спасающим то гимназистов, то наследницу престола. А мог стать будущим императором, ведь все в мире смотрят телевизор, и видят, что мы с Дарьей Михайловной слишком часто вместе и слишком близко вместе.

Машина с гербом правящего рода остановилась у центрального корпуса имения. Разумеется, ещё две припарковались на виду — всё-таки будущая государыня нуждалась в охране. Я был уверен, что помимо этой пары машин вокруг имения расположился снайперский батальон.

Улыбка сама появилась на моём лице, когда гвардеец Долгоруковых открыл заднюю дверь. Дарья Михайловна в форме шагнула наружу, и я уже был рядом, чтобы подать ей руку.

— Ваня, — встретившись со мной взглядом, произнесла она.

— Даша, — ответил я, чувствуя, как её пальцы на моей ладони вздрогнули от моего голоса.

Это был первый раз, когда я её так назвал. Не то чтобы откладывал, я не берёг эту форму имени для интимного момента. Но эффект это произвело разорвавшейся бомбы.

Я видел, как потемнели её глаза, став выразительнее, глубже. Дыхание изменилось, став одновременно глубже и тяжелее, а сердце замерло от осознания, прежде чем пуститься вскачь от переполняющего волнения.

— Рад, что ты смогла выбраться, — проговорил я, и чуть потянул на себя, заставляя её двинуться ко мне.

Мои руки тут же обвили её талию, Даша задышала тяжелее, осознавая, как близком мы находимся. Я поцеловал её, на виду, прекрасно зная, что сейчас за нами запросто могут следить какие-нибудь местные папарацци. Пусть следят, я для себя всё решил.

Она не сразу вышла из ступора, но вскоре ответила, и сама положила руки мне на плечи, потом зарылась в волосы, углубляя поцелуй. Я безо всякого дара чувствовал разгорающуюся в Даше страсть. Но мы не для этого встретились именно сейчас.

А потому я первым отодвинулся — недалеко, всего на несколько сантиметров, чтобы нам обоим было комфортно смотреть в глаза.

— Я… Тоже… Рада.

Слова выходили у неё вместе с дыханием, которого не хватало после головокружительного поцелуя. Знаю, говорить о себе так самонадеянно, но, чёрт возьми, я целитель, я могу подтвердить под присягой — мой поцелуй вскружил наследнице престола голову!

— Что ж, я уже с пациентами закончил, — проговорил я, не спеша разрывать объятия. — И совершенно спокойно могу провести тебе экскурсию. Если ты всё ещё желаешь.