Владимир Кощеев – #Бояръ-Аниме. Моров (страница 27)

Через пять минут уже спокойной езды я въехал в распахнутые ворота особняка Солнцевых. Здесь было сразу три внедорожника Службы Имперской Безопасности, и пара легковых автомобилей полиции.

Я заглушил двигатель и, ногой выставив подножку, толкнул Болт назад, заставляя его встать на нее. Легостаева за моей спиной легко соскочила с сидения, ловко перекинув ногу. А когда уверенным движением сняла шлем, и ее волосы подхватил ветер, ни у кого бы не закралось подозрения, что девушка только что пережила несколько весьма напряженных минут.

К нам тут же подошел мужчина в полицейской форме. Легостаева небрежно показала свое удостоверение и кивнула в мою сторону:

— Иван Владимирович со мной.

Убрав оба шлема, я последовал за некроманткой в роскошный трехэтажный особняк. С первого взгляда было ясно: Моровы жили едва ли не в крайней бедности по сравнению с Солнцевыми. Начиная от ухоженного сада размером в половину гектара, окружающего дом и заполненного статуями, так и самим жилым строением, украшенным лепниной, мрамором и позолотой.

— Варвара Константиновна, — склонил голову сотрудник Службы Имперской Безопасности, отступая в сторону от дверного проема, — господа собраны для беседы. Я вас провожу.

По мне он лишь взглядом мазнул. Впрочем, меня это мало волновало.

А вот стоило мне переступить порог особняка, я тут же схватил некромантку за рукав.

— Что такое? — спросила Варвара Константиновна, едва удерживаясь от того, чтобы вырвать руку из моих пальцев.

Я смотрел на потолок гостиной, разглядывая видимые только в магическом зрении письмена. Смысл начертанных слов складывался в довольно сложный посыл с исторической справкой.

Ты лишил мой род будущего, забрав моего сына.

— Вы разве не чувствуете? — спросил я, не сводя взгляда с потолка. — Совсем ничего?

— Что вы видите, Иван Владимирович? — спросила та.

Я повторил оставленное на потолке сообщение. И, поняв по глазам Варвары Константиновны, что она ничего такого не замечает, вздохнул.

— Это магия смерти, — пояснил я, давая ей знак идти дальше. — Кто бы ни был его автор, он вложил свою эссенцию в это послание. Если хотите — оставил часть своей души, чтобы написать несколько слов.

Легостаева кивнула, приняв мои объяснения к сведению.

— Подобный уровень работы с собственной душой — это почти легенда, — произнесла она. — Людей, способных на это, во всей Российской Империи наберется от силы тройка за сотню лет. Вопрос только зачем?

Я уже понял, что нас ждет в огромном холле, где собрался весь род Солнцевых, а потому, переступив порог, не смотрел на дальнюю родню, только на потолок. Легостаева же в это время представилась сама и повернулась ко мне, намереваясь сделать то же самое.

— Я не дам твоим сыновьям увидеть своих, — озвучил я надпись на потолке, едва не капающую в магическом зрении на пол.

Силы, вложенной в проклятье, было уже не так много, однако все равно она едва не сочилась, пропитывая воздух в помещении. Я смотрел на сидящих по диванам и креслам Солнцевых, и к каждому из мужчин от потолка тянулась угольно-черная дымчатая нить.

Проклятье поддерживало само себя, как я и предполагал. Лишая мужчин из рода Солнцевых возможности плодить детей, магия смерти впитывала крохи их жизненной эссенции — по чуть-чуть, незаметно. Но — постоянно, день за днем, год за годом. А переработав эту эссенцию в темные чары, замыкало круг, вновь лишая Солнцевых возможности дать потомство.

Место выбрано идеально. Родовой особняк, полученный еще на заре становления дворянского рода. Холл, где все члены семьи так или иначе будут появляться. А также — вести приемы и принимая частных гостей.

Некромант, не пожалевший собственной сущности, был очень изобретателен и гениален. Ведь все это проклятье работало так просто!.. И потому эффективно.

— Что ты сказал?! — прозвучал сдавленный крик от дивана, и ко мне решительно направился седой мужчина, опирающийся на трость.

— Пожалуй, пора представиться, — улыбнулся я, не глядя в сторону спешащего ко мне старика. — Моров Иван Владимирович, к вашим услугам.

Глава рода остановился, как вкопанный. Он обернулся к Легостаевой, и та пояснила:

— Служба Имперской Безопасности наняла Ивана Владимировича в качестве эксперта по магии крови и защите от темных искусств, — произнесла Варвара Константиновна. — И он здесь представляет императора в той же мере, что и я. Поэтому прошу отнестись к нам с положенным уважением. Ваш род сейчас будет допрошен по делу о похищении и убийстве Анастасии Венедиктовны Солнцевой.

— Вы нас подозреваете? — спросил Виталий Геннадьевич, сидящий в кресле рядом с Аллой Венедиктовной.

Та положила руку ему на ладонь, и тихо, но чтобы все услышали, произнесла:

— Сейчас для нашего рода важнее понять, что именно сказал Иван Владимирович. Моровы уже несколько поколений занимаются уничтожением запрещенной магии.

— Так это ты его попросила прийти? — спросил мужчина чуть моложе, который до этого сидел рядом с главой рода. — Может быть, стоит с тебя и начать допрос? За нашими спинами общалась с Моровым! Может, ты и родную сестру подложила под...

— Молчать!

Солнцевы затихли мгновенно. А старик-то не промах, не прибегая к магии рявкнуть так, чтобы люстра закачалась, в его возрасте — впечатляет.

Он обернулся ко мне и внимательно всмотрелся в мое лицо.

— Мое имя Венедикт Кириллович Солнцев, я глава этого рода, — представился он, не сводя с меня взгляда. — И я знаю Моровых лучше, чем кто-либо другой. Вы были верными слугами Империи. Я готов тебя выслушать, Иван Владимирович.

Я взглянул на стоящую чуть в стороне Легостаеву.

— Варвара Константиновна, прошу дать нам пару минут наедине с Венедиктом Кирилловичем. Этот разговор не касается вашего дела, и связан только с нашими семьями.

Некромантка усмехнулась.

— Ну уж нет, вы будете говорить в моем присутствии, господа, — произнесла она. — Не так давно кое-кто напоминал мне о правильности и законности действий Службы Имперской Безопасности. Я не собираюсь оставлять вас одних в текущей ситуации.

И еще ей было крайне любопытно, как некроманту. Не каждый день встречаешься с чарами, которые пережили наложившего их мага.

— У меня нет секретов от людей императора, — кивнув с достоинством, заявил глава рода.

— Что же, начнем с самого начала, — произнес я. — Несколько поколений назад род Солнцевых купил себе невесту из рода Колмогоровых. С тех пор мальчики, если и рождались в семье Солнцевых, все как один не могли обзавестись потомством. И причина в этом — некромант, который не пожалел собственной жизни, чтобы наложить самоподдерживающиеся чары на родовой особняк Солнцевых.

Алла Венедиктовна вздрогнула и сжала кисть сына. А Виталий Геннадьевич, не обращая внимания на действия биологической матери, смотрел на меня расширившимися глазами.

— Каждый раз, когда мужчина из рода Солнцевых входит в этот самый холл, проклятье на нем обновляется. Сами по себе чары — усовершенствованная версия противозачаточного заклинания, — продолжил я. — Ввиду того, что среди одаренных крайне мало тех, кто может пользоваться магическим взором, понять источник проклятья было невозможно. Что доказывает пример Варвары Константиновны. Она специалист в этом направлении, но даже не чувствует воздействия. Когда я переступил порог особняка, я увидел оставленное на потолке послание, адресованное кому-то из Солнцевых. Возможно, оно появилось позднее, чем в ваш род влилась кровь Колмогоровых, может быть, даже раньше. Нельзя исключать и элементарную биологию — рождение меньшего числа мальчиков в семье может быть связано и с простой генетикой.

Венедикт Кириллович слушал меня, прикрыв глаза. Его рука, которой старик опирался на трость, побледнела от силы, с которой глава рода ее сжимал.

— Продолжайте, Иван Владимирович, — произнес он негромко.

— Фраза, которую я произнес вслух, начертана на потолке холла. От нее прямо сейчас ко всем присутствующим мужчинам Солнцевых тянутся нити заклинания, которое не дает вам дать потомство, — пояснил я. — Таким образом неизвестный мне чародей позаботился о том, чтобы истинная кровь Солнцевых, отобравших у этого мага наследника, сама была вынуждена размываться, приглашая мужчин со стороны.

Говорить о том, что уже следующее поколение вполне может проситься к Колмогоровым ради поглощения я не стал. Кому как не самим Солнцевым, и тем более их главе, осознавать этот факт.

— С этим можно что-то сделать, Иван Владимирович? — подняв веки и глядя на меня, спросил Венедикт Кириллович.

— Можно, — кивнул я. — Как я уже сказал, ваша беда в том, что в роду не было тех, кто способен пользоваться магическим взором. Да и мало у кого они вообще есть, это очень специфический навык, который развивается десятилетиями. В моем случае он проявил себя после того, как я попал в лапы кровавого культа. И теперь я прекрасно вижу, как разрушить чары, убивающие будущее Солнцевых.

Старик тяжело выдохнул.

— Что я должен буду за это отдать Моровым, Иван Владимирович? — спросил он, разом растеряв весь свой грозный вид. — Ты уже наверняка знаешь, что наша кровь, в отличие от твоей, давно разбавлена. Сейчас мой внук, — небрежным жестом указав в сторону Виталия Геннадьевича, уточнил Венедикт Кириллович, — последний, кто может законно претендовать на роль наследника моего рода. Колмогоровы своего не упустят, как только власть перейдет к следующему поколению, они сразу же выпросят у императора возможность прибрать к рукам свое законное наследие.