Владимир Коровин – Жизнь гитариста (страница 5)
С Женей мы задружились сразу, как познакомились. Были, что называется, не разлей вода. Гуляли вместе, учились в одном классе, постоянно торчали друг у друга в гостях, играли в разные игры: шашки, шахматы, летом в футбол, зимой в хоккей. Во дворе дома заливали каток. Однажды под новый год, 31 декабря, мы играли на свеже залитом льду. Я упал на спину и сломал ключицу. Все каникулы провёл с перевязкой.
Залезть по пожарной лестнице на крышу дома, проникнуть на чердак – целое приключение. Спуститься в тёмный подвал за картошкой – жуть. Помню, мальчику по фамилии Кубальских купили
машину с педалями, нажимая на которые можно было двигаться и управлять рулём как по настоящему. Вот мы всем двором по очереди катались. В какой- то момент Кедровские уехали и их комнату отдали нам. В доме были книги. Восемь томов Конан Дойля все прочитал. Более всего впечатление произвёл фантастичный Затерянный мир, трилогия Дюма Три мушкетёра… ну и т. п. А ещё была большая советская энциклопедия в жёлтом переплёте. Я любил помечтать, листая страницы. Побывать где-нибудь, куда звала книга. Запомнилась картинка Нью-йорка угол № и № авеню. Номера забыл. Небоскрёбы, улицы в огнях рекламы. Другой мир… Летом была забава ходить по заборам, балансируя, как канатоходец. Кто дальше пройдёт и не свалится, тот и победил. Или в футбол целыми днями. Ходил во дворец пионеров (усадьба Расторгуевых) в шахматный кружок, был даже разряд третий, взрослый. Во дворце продавались вафельные трубочки с кремом, стоили 7 копеек. Три года занимался на аккордеоне. Запомнилась картина: сижу с аккордеоном дома, играю что-то, а передо мной будильник отсчитывает 40 минут. На кухне мама готовит еду. Вот, наконец, прозвенел будильник и я помчался гулять. Ходил в секцию плавания в ОДО (окружной дом офицеров) Результат: научился плавать. Несколько лет ходил в футбольную секцию Динамо. В один из сезонов заняли второе место по городу после уралмаша. Все секции, кружки и т. п. были бесплатными.
В школе я учился хорошо на 4 5.С пятого класса был отбор в математический класс. Прошёл. Прошла и Горяева Наташа: моя будущая жена. Прошёл и Джон. После восьмого был ещё один отбор. Все мы трое прошли. В 9—10м классах у нас было три алгебры, три геометрии и пять мат. анализов в неделю. Помню, уже после армии я ходил сдавать экзамен за Лёху Чехонина, (сына подруги матери тёти Гали) и ещё второй раз, уж не припомню за кого.
В 14 лет у меня появилась гитара, акустика с железными струнами. Откуда она взялась? Не знаю, но она была не моя. У кого —то брали попользоваться. Первый любимый аккорд G-dur/ 6 iii 5 ii 1 iii лады. Я прижимал эти лады, бил по струнам и балдел, слушая чарующие звуки.
В классе мы (я и Джон) сошлись ещё с одним парнем Лёней Тубаевым. Он учился сколько-то лет на пианино и вообще был самый музыкальный из нас. Имел хороший муз. слух и чисто интонировал. У Лёни я впервые услышал Битлов. Дома у него была вертушка и диски битловские. Мы с Джоном приходили и все вместе слушали, а потом бурно обсуждали услышанное. Все эти музыкальные слушания привели к тому, что мы решили сами организовать ансамбль. Идея банальная, но зацепило на всю жизнь. И так повторилось много раз на земле. В тот вечер, прогуливаясь по Студенческой, проходя мимо школы, было решено сделать группу. Я на гитаре, Джон – барабаны, Лёнчик – клавиши.
Сейчас я знаю, что заниматься надо тем делом, которое у тебя лучше всего получается от природы, в котором раскроется твой талант, которое легко даётся. Хорошо бы, чтоб ещё нравилось. Что тут первично – получается или нравится? Сколько раз я видел, как что-то нравится человеку, и он тратит на это время, деньги, усилия, но таланта у него к этому нет. Восхождение по лестнице успеха даётся с трудом. Добиваться всего приходится упорным трудом, силой воли, упорством. В результате определённые достижения есть, но какой ценой они достигнуты? С другой стороны, талант то был к другому делу, которое легко давалось с большим кпд. Но отношение к своему дару беспечное, пренебрежительное. Потому что страсть- все помыслы к другому делу, которое изначально от природы не получается, на которое не заточен. В идеале -это когда нравится и получается совпадают (желания с возможностями). Тогда и выходит толк.
Ну, например. Одна парикмахерша очень хорошо стригла. Всё у неё получалось. Были клиенты, участвовала в конкурсах, занимала первые места. И вот посетила её страсть к пению. Пошла учиться петь к репетитору, поступила в муз. училище, стрижку забросила. В итоге стала петь в ресторанах. Можно, конечно сказать, занимается любимым делом. Только заточена она была не на это. (ни тебе решать, кто на что заточен)
Или вот ещё пример. Серёжа Смоленский служил со мной в армии. От природы был голос – тенор. Талант к пению. И в роте был запевалой. Пел в армейском ансамбле. Беловежскую пущу легко вытягивал верхние ноты. Борткевича легко воспроизводил. Голос был сильный, звонкий. И что интересно, переход с голоса на фальцет не ощущался, не заметен был. Фальцет такой же сильный. Но по жизни Серёга – разгильдяй. Девятый в семье работяга на заводе. Да ещё и побухивал. Я ему говорю: Тебе учиться надо, у тебя талант. Уговорил его поступать в Чайник (муз. училище им. П. И. Чайковского). Он не готовился никак, разве что выучил слова песен для экзамена. Люди месяцами готовились к репетитору ходили, тряслись перед выступлением. Этому хоть бы что, а как получится, так и получится. Спел он на вступительном на отлично, т.е. специальность сдал на пять (академическое пение). Остальные предметы, которые завалил, а которые и вовсе не пришёл сдавать. Но его взяли на первый курс. Тут же взяли в хор оперного театра (это уже работа). Через полгода театр поехал в Москву на гастроли. Серёжа учинил какой-то бухой скандал в гостинице. Подушка вылетела в окно на улицу и что-то ещё (не знаю). Из театра его уволили. Устроился в муз. комедию, но и там долго не продержался. В конце концов и училище забросил. Я заходил к нему лет десять спустя. Работяга со следами алкоголя на лице. Он как-то виновато смотрел на меня, понимая, что упустил свой шанс. Разговорившись, накатили по одной за встречу, закурили. Сергей взял гитару, что-то стал петь, но, блин, это было уже совсем не то. Мне было обидно за него, так бездарно распорядившегося своим талантом. Больше мы не встречались.
14.08.23 Идёт третья неделя моего пребывания в Джанхоте. Переулок М….. мой здешний адрес. Утром встаю рано, в пять иду на море, пляж в ста метрах, плаваю и на рыбалку. Живу у Валентины Григорьевны уже не первый год в отдельной комнате. Есть кухня, газ, холодильник, туалет, душ, т.е. всё необходимое для жизни и не дорого. Вошёл полностью в этот режим, когда совершенно не надо никуда идти, никаких планов, обязательств, забот, поесть разве что. Хожу на рыбалку каждый день и загораю на камнях, купаюсь, откровенно бездельничаю. Но …продолжу.
Это решение (сделать группу) и определило мою дальнейшую жизнь, как выяснилось. Появилась цель, смысл. А вот насчёт правильности – это ещё вопрос. Запомнилась репетиция у меня дома. Я на гитаре, Джон стучит палочками по лежащей на стуле книге, обёрнутой в кальку. Издаваемый звук отдалённо напоминал звук рабочего барабана. А Лёня пел что-то из Битлов.
В десятом классе я играл уже на электрогитаре. Это была тоника светлозелёного цвета. Папа работал в СНИИЛПе (свердл. Научно исследов. Институ лесной пром.). Там в клубе были инструменты. В соседнем доме жил Миша Зорин. Он пригласил меня в ансамбль какой-то организации. В то время было традиционно, что всякая уважающая себя контора имела свой ансамбль (ВИА), который регулярно выступал на танцах, концертах, конкурсах. Самодеятельность называлось. Вот в такой ВИА я и попал, будучи ещё школьником. Там играли уже взрослые парни 25—30 лет. Я играл на соло гитаре. До сих пор помню одну инструментовочку. Голубая звезда называлась. Как-то раз мы отыграли свадьбу, и я получил 10 рублей. Это были первые деньги, заработанные игрой на гитаре.
ХОЛОДИЛЬНАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ
После окончания школы (в 1974) мы с Джоном поехали в Питер поступать в институт, причём ещё не определившись, в какой именно. Важно было уехать в Питер, а в какой институт- не важно. Мы поехали за месяц или два до вступительных экзаменов, чтобы походить на подготовительные курсы. В Питере, на Невском, напротив Гостиного двора есть книжный магазин. Там забрали с витрины справочник высших учебных заведений Ленинграда. Тут же, присев на лавку, начали листать страницы. Выбор пал на институт холодильной промышленности. Подали заявление, записались на курсы. Дали нам, как абитуриентам, общагу. Ну и стали обживаться. Общага была на Московском проспекте метро Электросила. Рядом был пивбар Уголёк, куда мы иногда наведывались. Познакомились с ребятами из других городов. Так образовалась у нас компания четверых друзей: я, Джон, морячок (не помню, как звали. он тогда отслужил уже три года во флоте) и четвёртый с севера. Мурманска, кажется. У морячка, кстати сказать, председатель студсовета, старшекурсник, другом был. Подошло время вступительных экзаменов. Их надо было сдать четыре: математика устный, письменный, физика и сочинение. Первый я сдал на 4, Джон 5, второй я 4, Джон 5, третий я 4, Джон 5. Надо припомнить, что морячок попросил Джона решить ему письменную математику, что Джон успешно сделал на 5. А тот ещё обещал поставить ящик пива. Сдав третий экзамен, мы решили всей компанией отметить это дело. Расположились в общаге, хотя распивать алкоголь строго воспрещалось. Ну, выпили, не хватило. Джон пошёл взять ещё. И вот он стучит в дверь условным стуком. Я открываю дверь и вижу счастливую физиономию Джона, а позади него несколько человек во главе с председателем студсовета. Джон их по пьянке не заметил. А это была какая-то комиссия, делавшая обход (проверку) в общаге. На следующий день на входной двери в общагу висел плакат. МОЛНИЯ. Абитуриенты Коровин, Иванов, морячок и четвёртый выселены из общежития и отчислены от сдачи экзаменов. Я потом снял этот плакат и отвёз его домой.