Владимир Корн – Реквием по мечте (страница 39)

Как не крути, наша первоочередная задача — дать знать в лодке, что перквизиторы идут вдоль самой воды, и обязательно на них наткнутся.

А значит, необходимо убедиться точно, что перквизиторы не собираются возвращаться, обнаружив, что именно им предстоит. Затем попытаться их проредить, стреляя в спины, и отвлекая на себя. После чего быстро уйти, пока нам самим не перекроют пути отхода.

Я в нескольких словах обрисовал Остапу ситуацию и сам план. На секунду напрягся, в ожидании, что он вильнет глазами: ему-то из-за чего рисковать? И расслабился, когда ничего подобного не произошло.

— Потопали!

Остап Грека не знает, и потому можно не опасаться, что он обвинит меня в присвоении любимой команды Георгича в таких и подобных случаях. И мы потопали. Не быстро, но и не ползком.

Я опасался от них отстать. Но и торопиться, памятую навыки стрельбы перквизиторов и всего остального прочего, категорически было нельзя. И еще приходилось брать во внимание тех, кто находился выше по берегу. Вряд ли они сильно опередили вторую группу. К тому же в любой момент им могла прийти мысль соединиться в одну. Теперь Остап находился сзади, но дорога в какой-то степени была уже знакомой. Наконец, далеко впереди среди кустов мелькнуло бурое пятно. И вряд ли оно могло бы иным, чем спиной перквизитора. Наступал решающий момент.

Именно там начиналась отвесная стена скал, и теперь стоило немного подождать, чтобы выяснить: пойдут ли они вдоль берега, или все же предпочтут обойти этот участок сверху?

Наша позиция была не так уж и плоха. Островки зелени, огромные валуны, за которыми так легко найти укрытие. И удобный отход, в случае необходимости.

«Возвращайтесь! — молил их я. — Ну достаточно же прошли, чтобы убедиться: поверху будет куда удобнее». Лезть вслед за ними не хотелось до одури. Вполне может произойти и так, что, пройдя какое-то расстояние, они повернут назад. И если произойдет стычка, мы с Остапом окажемся в крайне невыгодном положении. Нашим врагам тоже придется несладко, но их, как минимум, вдвое больше.

— Сдается мне, они уже не вернутся, — какое-то время спустя, сказал Остап. И посмотрел вопросительно: дальше-то что?

Самому бы знать. Можно просто шумнуть выстрелами, их обязательно услышат в лодке. И быстренько отсюда ретироваться в безопасное место. Но откуда бы взять уверенность, что бурое пятно действительно принадлежит перквизитору? А что, если нет? Возможно, они отправились в обход, и тогда шуметь вообще никакой нужды нет. Минуют лодку, и пойдут себе дальше, пусть даже до самых Новлей. Думал я недолго.

— Вперед!

— А стоит ли теперь? — Остап ясно давал понять, что несколько раз выстрелить будет более чем достаточно.

— Убедимся. И сразу назад.

Он кивнул, и на душе у меня немного полегчало: одному не идти придется.

У берега, даже если очень желаешь красться, ничего у тебя не получится. Погрузить ногу в трясину беззвучно еще можно, но, когда с усилием выдираешь ее обратно, обязательно чавкнет. Уровень воды действительно поднялся, пусть и немного. Утром она скрывала ноги едва по колено, но теперь местами достигала пояса. И еще солнце. Теперь оно светило прямо в глаза, бликуя на поверхности моря. Где-то впереди должен быть участок, когда и раньше пришлось поднять оружие над головой, теперь уже точно придется вплавь.

— Поворачиваем назад, — наконец, решил я. И сознался в принятии дурацкого решения. — Зря только мучились.

Едва не выругавшись в свой адрес: какого черта, мы вообще сюда поперлись?! Ведь обязательно должно было быть и куда более мудрое решение. Если перквизиторы идут даже немного быстрее нас, в чем можно не сомневаться: все-таки режим тишины они соблюдают далеко не так старательно, они должны уже достичь лодки. Но впереди не слышно ни звука. Остап кивнул.

— Давай только передохнем несколько минут. В этой болотине ноги скоро судорогой сводить начнет. Благо только, что вода теплая.

Я ничего не имел против. Так мы и стояли некоторое время, набираясь сил перед обратной дорогой. Остап молчал, хотя мог бы и высказаться.

— Пошли, — наконец, сказал я, когда с той стороны, где и находилась лодка, послышалось: чавк-чавк-чавк.

Мы тревожно переглянулись: что это? Какое-нибудь животное, наши зачем-то решили сделать вылазку, или все-таки те, от которых хотелось держаться как можно дальше? Если все-таки перквизиторы, мы оказались в ситуации, хуже которой не придумаешь. Я даже едва слышно зарычал сквозь плотно стиснутые зубы: вообразил из себя командира! Нет, чтобы послушаться куда более опытного Остапа. Мы не сможем оторваться, даже если приложим к тому все силы.

Затем с надеждой взглянул наверх. Вдруг там окажется расселина, куда можно взобраться с помощью так густо покрывающей стену растительности? Некоторые побеги внушали доверие своей толщиной. Увы, ничего подобного не нашлось и близко.

Таким образом получалось, если возвращаются перквизиторы, нам придется принять бой. Сразу позади нас такой участок, что уходишь в жижу почти по пояс: где уж нам преодолеть его быстро? И сам стена выглядит так, как будто ее специально выравнивали. Впереди дело обстояло чуть лучше: небольшой выступ позволял за ним укрыться.

Остап осторожно снял оружие с предохранителя. Среди всего того выбора, который мы предоставили, ему приглянулся охотничий карабин, который еще на Земле был переделан из армейского АКМа. По сути, вся переделка заключалась в том, что у него убрали возможность автоматического огня. Правда, его экземпляр отличался от стандартных удлиненным стволом.

Не таким длинным, как например, у РПК, но на четверть длиннее обычного. Но магазины у Остапа нашлись точно пулеметные, а один даже был барабанным. Мне бы и в голову не пришло на такое оружие позариться. Но не даром же говорят: «Выбирай оружие как женщину. По своему вкусу, а не по советам других». Он и выбрал, сообразуясь именно с ним. Но сейчас я поменялся бы с ним с удовольствием. Все-таки семьдесят пять патронов — не те несчастные восемь, что в моем собственном.

Чавканье все приближалось, пока не появились те, видеть которых хотелось в самую последнюю очередь — перквизиторы. Сначала один, с самым злым выражением лица, которое только можно представить. Наверное, тот самый Пихля.

В него я и выстрелил. В голову, в злое выражение, которое застыло на его морде как маска. Конечно же, попал — не та дистанция, чтобы промахиваться. И тут же надавил на спуск снова. У шедшего вслед за ним, была видна только часть ноги, от середины бедра и ниже. Мишень более трудная, но у меня получилось не промахнуться и на этот раз. Чтобы с удивлением услышать вопль боли.

«Значит, вы ее все-таки чувствуете! — злорадно думал я, досылая в подствольный магазин недостающие два патрона. — Во всяком случае, иногда».

На Земле, среди так называемых «выживальщиков», идет яростная война, давно дошедшая до холливара. Адепты систем с отстегивающимися магазинами настаивают на том, что в случае апокалипсиса куда удобнее будет пользоваться именно ими: поменять опустевший на полный — мгновенное дело. В отличие от помповых ружей где придется досылать каждый патрон по одиночке.

Их противники утверждают обратное: «Снаряженные магазины рано или поздно заканчиваются. И тогда начнутся проблемы, поскольку времени снарядить магазин может и не быть. Дослать же недолго, и потому у помповых ружей боеприпас ограничен только тем количеством патронов, которые у тебя имеются». Трудно сказать, кто из них больше прав, и права ли какая-нибудь из сторон вообще, но пока я был даже доволен, что в руках у меня именно такая конструкция.

Хотя, конечно же, поменяться с Остапом оружием не передумал бы. Вряд ли наш бой закончится позже того, как его семидесяти пяти зарядный магазин опустеет. Очередной мой выстрел цели не достиг: не хватило времени. Голова третьего из перквизиторов высовывалась из-за поворота стены чуть даже меньше, чем мне понадобилось на то чтобы нажать на спуск. Понятия не имею, что он успел увидеть, но буквально тут же, показалась рука с пистолетом. Мишень еще меньшая чем бедро, но времени у меня теперь оказалось достаточно. Снова вопль, а на воде появился всплеск. Правда, надеяться на то, что случился он из-за оторванной кисти руки, а не оружия, я не стал: обязательно брызнуло бы красным.

Досылая очередной патрон, я посмотрел на напарника. Остап, бешено вертясь, пытался контролировать сразу три направления. Наш тыл, откуда могли появиться новые враги, пространство, где они были точно, и еще на всякий случай задирал голову и оружие вверх. Влипли.

То, что стрелять умеем, мы уже показали. Но это же перквизиторы! Люди с непонятной психикой, мотивацией, образом жизни, и всем остальным прочим. И что им стоит, например, сделать следующее? Высунуться одному, жертвуя собой, в то время как другой прыгнет боком в сторону моря. Всего какая-то пара метров, и оба мы окажемся у него на виду. И если у него достаточно навыков стрельбы в прыжке, нам не поздоровится точно.

— Как будто еще вода прибыла, — сообщил Остап.

Вполне допускаю. Некогда под ноги пялиться, настолько опасаюсь пропустить момент появления перквизиторов. Да и не критично с таким-то вязким дном. Прибудет она, или случится наоборот — упадет до минимума, земля под ногами долгое время останется такой же вязкой. И ноги по-прежнему будут проваливаться где по колено, а где и больше.