Владимир Корн – Храм из хрусталя (страница 62)

Плюнув, я ускорил шаг. Перквизиторы не страшны, а тут почувствовал, как горят уши.

На глаза попался Гриша, и выглядел он расстроенным. Даже не спрашивая, можно было сообразить, что поиски Демьяна окончилась безрезультатно: они успели каньон миновать. Так что не получится у Гриши горячей встречи с любимой. И в подтверждение моих мыслей он развел руками, на миг оторвав их от оружия.

Карпышева я нашел неподалеку.

– Как себя чувствуешь? – поинтересовался Виктор.

– Удовлетворительно.

Отлежаться бы пару дней, но при всем желании не получится.

– Может, сейчас все вопросы и порешаем? – предложил Виктор.

– Именно.

После обеда не будет той ясности мысли, которая присутствует у человека, когда он голоден. Как говорит Слава Проф, мозг, в связи со своим огромным энергопотреблением, заставляет принадлежащий ему организм лениться всякий раз, когда только это возможно. Именно в целях ее экономии. «Расслабься, чувак! – говорит он ему. – Ты сыт, и не самое ли время немного вздремнуть? Отдохнешь, а я тем временем над долгосрочными задачами поработаю. Есть у меня одна мыслишка, которую все не удается правильно сформулировать. То кушать хочется, то времени нет. А тут самый подходящий случай». Конечно же Вячеслав излагал все иными словами, но смысл именно такой. И еще он утверждает, что в самом скором времени у человека появится, помимо головного и спинного, еще один мозг, настолько много нейронов прикреплено к нашей пищеварительной системе. Вернее, не появится, но сам факт его наличия станет общепризнанным.

К моему удивлению, у Карпышева оказалась карта. Настоящая и конечно же земная, которая никак не могла подойти к местности пусть даже отдаленно. Но контурные карты тем и хороши, что рельеф на них едва обозначен. И потому малюй поверх него все, что только тебе вздумается.

– Мы находимся здесь, – указал Виктор.

Сам вижу. Как и то, что очертания каньона появились на карте, готов был поклясться, только сегодня. Имелось на ней и изображение побережья. Не знаю, что там с масштабом, но и Аммонит и Радужный были обозначены. Впрочем, как и острова в самом заливе. Схематично, как и все остальное, неровными кружочками. А между каньоном, где мы находились, и побережьем белый участок. Вернее, не совсем белый, контуры там тоже имелись – кусочек африканского материка. Словом, по такой карте на второй день безнадежно заблудишься, но общее представление дать она может. Хотя бы такое, что Центр – так сказать, столицу перквизиторов, и Вокзал – по сути, столицу всего остального населенного людьми мира, разделяет лишь горный хребет. Навскидку километров триста.

Четыре часа неспешной езды на автомобиле по шоссе на Земле, и больше недели пешком здесь. В том случае, если хорошо знаешь путь. Ибо пройти сорок километров за световой день уже большая удача. С тяжеленными рюкзаками за плечами, все время настороже, не забывая поглядывать, куда ставишь ногу при каждом шаге, даже если ходил здесь уже не один раз. Если судить по карте, от места, где мы находились, до Центра было куда ближе, чем от Вокзала. Не говоря уже про Аммонит или Радужный. И еще хорошо было видно, по какой широкой дуге добираться от них на Вокзал. Сначала до устья реки Лимпопо, затем вверх по ее течению, чтобы попасть в Станицу. Дальше от нее лежит путь по суше. Трудный и долгий, в обход горного хребта. Двух недель может и не хватить. Но если не станет Центра вместе с его кровожадными обитателями, дорога сократится во много раз. Еще одна причина раз и навсегда покончить с перквизиторами. Наблюдая, как я внимательно изучаю карту, Виктор меня не отвлекал. Не отпускал комментариев, не задавал вопросов и не старался что-либо объяснить.

– А вот это что? – указал я на кружок, расположенный в стороне морского побережья примерно в том месте, где оно круто поворачивает на север.

– Поселок. Небольшой, жителей сотни три-четыре. Называется Светлый.

Вижу, что Светлый, подписано. Но сам кружок мог обозначать что угодно. Кстати, красивое название. Не какая-нибудь там Нужда.

– Где назначен общий сбор?

– Вот здесь.

Место, которое не содержало никаких обозначений. Еще одно ущелье или узкая долина, которых в этих краях хоть отбавляй.

– Много народу предполагается?

– Сотен до семи-восьми. Сам понимаешь, этого будет достаточно.

Понимаю. Для здешних реалий – сила, которой страны можно захватывать. Если бы они здесь имелись.

– Как именно туда будем добираться?

Судя по карте, пусть весьма условной и схематичной, путь к месту сбора может быть не единственным.

– Игорь, это и есть главный вопрос, по поводу которого я и хотел с тобой посоветоваться.

– Говори.

– Туда можно попасть разными путями. Но наиболее подходят два из них. Вот этот, – Карпышев обозначил его движением пальца, – выигрываем двое суток. Но придется ждать на месте, в чем тоже ничего хорошего нет. И еще существует возможность наткнуться по дороге на перквизиторов.

– А второй?

– Второй как раз лежит через Светлый. Он более безопасный, но времени на него уйдет больше. Придется здорово поторопиться, чтобы успеть.

– Сам как считаешь?

Нет здесь безопасных путей. Все они полны если не перквизиторов, то хищников и прочих тварей. Но и в том, чтобы ждать двое суток в непосредственной близости от мест, где обитают перквизиторы, тоже ничего хорошего нет. Тут ведь не только за себя стоит опасаться, но и за успех всей операции в целом. Наткнутся на нас, кто-то погибнет, кое-кому удастся уйти, и обязательно кто-нибудь попадется им в руки. Перквизиторы большие мастера тянуть жилы, и потому им и получаса не понадобится, чтобы узнать все, что только их интересует. Дальше будет засада, из которой мало кому посчастливится уйти живым.

– Даже не знаю. Каждый хорош по-своему, и оба они не без недостатков, – честно ответил Карпышев.

– Тогда пойдем через Светлый. – И, чтобы хоть как-то обосновать свое решение, добавил: – Название у поселка больно красивое. И если мы отправимся уже сегодня, какое-то время сэкономим. Борис, – обратился я к Гудрону, который присоединился к обсуждению еще в самом его начале. – Обговори детали.

У него получится куда лучше. И скорей бы все это уже закончилось. Вернемся, возьму с собой Остапа и Трофима, оба мне не откажут, и отправлюсь с ними на поиски Леры. Маршрут, по которому перквизиторы возвращались с южного побережья, известен мне достаточно хорошо. И почему бы по нему не пройти? Чудес на свете не бывает, но счастливых стечений обстоятельств – сколько угодно. Гудрона точно с собой не возьму, зол на него. После того как услышал явно не предназначенные для меня слова: «Присматривать нужно за Теоретиком. Он сейчас в таком состоянии, что жизнью совсем не дорожит. И сколько это будет продолжаться, одному богу известно. Поскорей бы он ее позабыл».

Нормальное у меня состояние. И жизнью дорожу не меньше других. Особенно по той простой причине, что мне известен маршрут перквизиторов.

Глава двадцать седьмая

– Практически дошли, – сообщил мне Карпышев.

Вижу. Стоит только спуститься с перевала, как окажемся на окраине поселка с чудесным названием – Светлый. Во всяком случае, для меня оно звучит именно так. К тому же выглядит отсюда поселок замечательно. Прямоугольники домов, вытянутые ровными линиями, которые образуют улицы. По центру небольшая площадь, куда же без нее. Здесь она выполняет те функции, для которых и предназначена.

Ибо служит площадь не для пафосных шествий по поводу и без, но для того, чтобы собрались люди все вместе и обсудили какой-нибудь вопрос или проблему. Поспорили, иной раз горячо, ну а куда же без этого! И пришли к соглашению подавляющим большинством голосов. Пусть даже остались те, которым оно оказалось не по нраву. Недовольные были, есть и будут всегда, такова уж природа человека. Но коль скоро решение принято, значит, обязательно для исполнения. Ведь ты знаешь, для чего оно и зачем, полностью осознаешь его необходимость и потому сделаешь все, что от тебя зависит. Иначе как тебе жить среди людей твоего поселения? Вернее, захотят ли они сосуществовать с тобой дальше? Раз укажут на твою неправоту, другой, а затем в лучшем случае отправят искать себе убежища в другом месте. И кому и где ты будешь нужен?

«Куда-то меня в сторону понесло», – подумал я.

А еще в голове крутилась песня про чудную долину, ведь она действительно выглядела именно так. Рощи, луга, лента реки… и запах, который доносился и сюда. Нет, не запах – аромат, который остро чувствовался после того, как долгие дни пришлось брести по мрачным ущельям, где из растительности мхи, лишайники да редкие островки травы, невзрачной и чахлой.

– Ну так что, Игорь, спускаемся?

Карпышев выглядел устало и даже болезненно, все-таки возраст. Я несколько раз успел пожалеть, что выбрал именно этот маршрут.

– Не торопись. Вначале нам предстоит кое-что сделать.

Как будто бы ничего опасного в Светлом нет. Чужаков не заметно, и жители заняты своими обычными делами. Словом, не настораживает ничто. И все-таки стоило подстраховаться, пусть и по другой причине.

– Виктор, утверждаешь, что в поселок можно попасть только двумя путями?

– Все так и есть. Через этот перевал и еще там, где выход в соседнее ущелье, – махнул он рукой. – Собственно, нам именно туда, как только наступит срок.