Владимир Корн – Храм из хрусталя (страница 50)

– Машенька, скажи, Лера не говорила тебе, откуда она? Конечно же с Земли.

И снова голос меня подвел.

– Говорила, из Тамбова она. Я про другую говорила? – глядя мне в лицо, поняла она.

– Про другую. Та, которая мне нужна, из Владимира.

– Извини, Игорь.

– Не за что тебе передо мной извиняться.

Потому что мог бы сначала все подробно узнать. Хотя что это меняет в судьбе Валерии, которая угодила в лапы перквизиторов? Или в несчастной судьбе той девушки, ее тезки, о которой и шла речь?

– Да, Мария, Бакстер – это кто?

– Помощник Гардиана. Второй у них после него.

«Еще один высший среди равных», – зло усмехнулся я.

– Значит, так, вариантов у нас всего два. Либо вы возвращаетесь в Аммонит вместе с ними, либо сопровождать придется их кому-то двоим из вас. Мое мнение, во втором случае ими должны быть Демьян и Ирма.

Голос мой был тверд и решителен, как и намерение отправиться дальше в одиночку в том случае, если будет принято решение возвращаться всем. Опасных тварей хватает и здесь, но их намного меньше, чем в джунглях. Куда больше меня заботят те, которые ходят на двух ногах, умеют разговаривать и прибыли сюда оттуда же, откуда и я, – с Земли.

– Я назад не пойду! – заявила Ирма, и все мы посмотрели на Славу Профа, который, вероятно, и был очевидной причиной ее отказа.

В последнее время они все чаще стараются быть вдвоем, насколько это возможно. Нет, не целуются ежеминутно, и даже не обмениваются влюбленными взглядами, но отношения между ними определенно налаживаются.

– Тогда вместе с Профом и отправитесь, – пожал плечами я.

Конечно же куда лучше было бы отправить Демьяна. Слава, несмотря на свою некоторую субтильность, удивительно вынослив, да и как бойцу Демьяну с ним не тягаться. Ирма хотела сказать что-то еще, когда Трофим перебил ее жестом, после чего обратился ко мне:

– Игорь, с твоих слов получается, что в любом случае ты пойдешь дальше, даже если останешься один?

Говорить тут особенно было нечего, и потому я лишь кивнул.

– Зная тебя, удивляться не стану, – пожал плечами Гудрон. – Но не дождешься.

– Игорь, я не вернусь! – повторила Ирма. – Чем я хуже других? Как будто бы успела себя проявить, чтобы убедились – обузой не буду. Может быть, у тебя какие-нибудь другие претензии есть?

Других, кроме того, что женщина, нет. Но одного этого уже достаточно, ты уж извини. У меня в крови, что женщин нужно защищать и заботиться о них, а не тащить за собой туда, где так легко расстаться с жизнью. И еще прости за то, что никогда не смогу увидеть в тебе бойца, воина по той же самой причине. Надеялся, за время пути что-то изменится, но нет, это оказалось выше меня.

– Дема, а ты как, согласен вернуться? – глядя на того, спросил Гудрон. – Тем более в такой-то компании?

– Понимаю, что слабое звено, но добровольного согласия не дам, – твердо ответил тот. – Прикажете, и никуда мне не деться. Не идти же вслед за вами поодаль и не канючить, чтобы к себе взяли! Но добровольно – нет.

Взгляды, брошенные на меня, были достаточно красноречивы – ждет человек приказа, ну так отдай же его. Повременю немного. Возможно, желание проявит кто-то другой.

– Может, одних их отправить? – предложил Янис. – С ними пойдет Федор, мужик он опытный, дорога относительно безопасна, и блуждать особенно негде. Объясним все толком, если понадобится, план нарисуем, и в добрый путь, как говорится!

Слова Артемона означали одно: в одиночестве мне не остаться.

– А этот, второй?

И мы дружно посмотрели на ползуна. Который с той поры, как перестал ползти, ни разу даже не пошевелился. Время от времени к нему кто-нибудь подходил, чтобы убедиться, что он все еще жив.

– А что второй? Бросим его здесь, – с ленцой сказал Гудрон. – Не на себе же его им нести? По-хорошему, глотку бы ему перерезать за былые заслуги. – Он имел в виду его прошлое перквизитора.

– По-хорошему – глотку ему перерезать? – удивился Демьян. – Боря, а что же у тебя тогда по-плохому?

– Ты когда-нибудь видел ролики, как колумбийские или мексиканские картели с предателями поступают? Когда тупыми мачете расчленяют еще живых.

– Приходилось.

– Так вот, даже это у меня еще не по-плохому. Так, середнячок. – Гудрон кивнул.

– Какой же ты все-таки лютый зверь, Борис! – делано ужаснулся его собеседник. – Может, мне и впрямь как можно быстрее твою компанию покинуть? – Демьян, совершенно не напрягаясь, протяжно зевнул.

– К делу господа, к делу! – вернул их к действительности Трофим. – Время идет, скоро полдень. Или вы завтра с утра решили отправиться?

– И все-таки нельзя их отправлять без проводника, – высказал свое мнение Остап. – Есть там пара мест, где несложно ошибиться и свернуть не в то ущелье. Со всеми вытекающими.

Демьян в этом смысле идеальная кандидатура, в его голову как будто встроен компас.

– Демьян, тебе придется вернуться. – Я постарался сказать так, чтобы он смог понять – это приказ, а они не обсуждаются. – Но тебе нужен напарник.

– Жребий? – предложил Остап. – Кому-то не повезет. Или наоборот, уж не знаю.

– Теперь слушайте все, – начал Демьян, и по тону его голоса становилось понятно, что ситуацию он обдумал, после чего принял решение, которое и собирается огласить. – По всему выходит, что топать мне в одиночку. Ну не совсем чтобы в одиночку, но одному.

Прозвучало забавно, но, в сущности, так все и было.

– Хотя неплохо конечно же было бы, чтобы Ирма вместе со мной отправилась.

– Нет! – Девушка как отрезала.

– Ну, нет так нет, – легко согласился Демьян. – Так, парни, не беспокойтесь, все будет в ажуре. Доставим красавиц в Аммонит в кратчайшие сроки. Хотя, – он заулыбался, – возможен и другой расклад.

– А это еще какой? – подозрительно спросил Гудрон.

– Такой, что заведу я девчат в горы, найду подходящее местечко, и будем мы с ними жить душа в душу. Скажу, что заблудился и, как выйти на побережье, не знаю. – Он продолжал улыбаться.

– Дема, а рожа у тебя после этого не треснет? – Кто бы это мог быть, если не Гудрон? – Хотя можно представить и так. Заведешь ты их куда-нибудь, но душа в душу будет жить с ними только Федор. А ты по хозяйству – перинку взбить, когда Федор захочет на ней возлежать с какой-нибудь из Маш, дровишек нарубить, водички принести, землицу под грядки вскопать. Туда и будешь свою душу вкладывать.

– Ох и договоришься же ты сейчас, Битум Александрович! – покачал головой Демьян. – Молчать бы тебе следовало! А заодно мне в дорогу берцы почистить и одежонку постирать.

– Это почему еще?

– Ты представь на миг. Возвращаемся мы в Аммонит, подходит ко мне Дарья и спрашивает: «Как там, мол, мой Борюсик?» И я ей такой в ответ: «Жив-здоров твой прохиндей, что с ним станется?» – «Почему прохиндей?» Вот тут-то все и случится!

– Что именно?

– Да скажу ей: «Эх, Дарьюшка! Думаешь, я всех девчонок привел? Нет, двух твой Гудрон для личного пользования оставил!» И полетят тогда по ветру по прибытии в Аммонит твои последние волосенки! Повезет еще, если только те, что на голове растут!

– Парни! – Когда имеется время, всегда слушаю их обмен колкостями с удовольствием – много ли тут развлечений? – Демьян, ты точно уверен, что справишься один?

– Точно.

Наверное, это был наилучший выход из положения. Мы с отсутствием Демьяна практически ничего не теряем. Несмотря на все свои навигационные таланты, как боец он, чего уж там, довольно посредственный. И потому в критических ситуациях за ним всегда нужен глаз да глаз.

– Тогда остальным пятнадцать минут на сборы!

И я обвел всех взглядом: никто из них не жалеет, что упустил отличную возможность вернуться на побережье? Хотя вилами по воде писано, что в Аммоните все спокойно, Фил до сих пор там и вообще жив.

– Все будет нормально, Теоретик! – подмигнул мне Гудрон. Он задержался, когда все остальные пошли готовиться в дорогу. – Мы тебя не бросим. А знаешь почему?

– Почему?

До сих пор в толк не возьму – что всех их держит рядом со мной? Какой им в этом смысл?

– Потому что каждый из нас знает: случись нечто подобное с моей Дашей, с Настей Яниса, и так далее, ты был бы рядом. И как обычно, вперед всех бы лез. Ты не улыбайся, серьезно тебе говорю!

Улыбаюсь совсем не по этой причине. Вспомнились слова самого Гудрона. Вернее, его вопрос Вячеславу, когда тот рассказывал нам об эмпатии.

– Проф, а это может быть заразно?

– Что именно? Эмпатия?

– В том числе. Но сейчас я о другом. Заполнил нам Теоретик жадры, и стали мы такими, как он.