Владимир Корн – Храм из хрусталя (страница 45)

– Еще и года не прошло, – ответил тот таким тоном, как будто бы хвастался. И тут же пустился в воспоминания: – Наткнулись мы однажды с тогда еще живым Андрюхой Брамсом на чью-то стоянку среди джунглей. Представьте: поляна, посреди костер, над ним котелок булькает, палатка стоит в стороне. И всякие вещи разбросаны – одежда, телефоны, посуда, прочее… Рюкзаков то ли пять, то ли шесть, не помню уже. И ни одного человека вокруг. Явно с Земли перенеслось, причем только что! Мы туда на огонек костра заглянули, его далеко было видать. «Кто это там, думаем, костры жжет?» Место поганое, и его стараются далеко стороной обходить, – пояснил Остап. – А тут костер! Я и говорю: «Брамс, пошли взглянем?» Ну мы и пошли. Дальше представьте себе картину. Стоим, по сторонам озираемся, в одной руке оружие, а другой конфеты в рот пихаем. Нам бы подхватить все ценное и деру оттуда. А мы жрем, давимся, но стоим! Пока все не съели, с места не сдвинулись. До сих пор вспоминать забавно.

– Как про Дему и бухло рассказал! – подковырнул Демьяна Гудрон. – Конфеты какие были?

– Да всякие. Но больше шоколадные. Мы уже потом, когда с Брамсом вспоминали, за животы хватались от смеха. Жаль, погиб он, но это уже другая история.

– А Брамсом его почему прозвали? По фамилии?

– Он на балалайке «Кузнечика» умел тренькать, вот и прилипло.

Они несли откровенную чушь, но говорить я ничего не стал. Закончился бой, который мы выиграли. Причем все остались живы, и лишь у Остапа по щеке пролегла кровавая полоса от коснувшейся кожи пули. Пусть сутками чушь несут, лишь бы все так всегда и было, как сейчас. И я им завидовал. Стоят, спокойно себе разговаривают, в то время как меня самого время от времени сотрясает нервная дрожь после недавнего боя. Если бы не помнил о жадрах.

– Пошли, бетховены… – и первым направился к пленникам.

Которые, кстати, не проявляли никакой радости, глядели на нас настороженно. Все верно – откуда бы им знать, кто мы такие? Вполне возможно, бандиты, в сравнении с которыми даже перквизиторы покажутся если не ангелами, то отзывчивыми и добродушными людьми.

– Демьян, Остап, развяжите им руки. И проконтролируйте.

Трое пленников-мужчин даже не пытались избавиться от пут. Но черт его знает, что у них на уме? Начнут за разбросанное повсюду оружие хвататься или ударятся в бега, что тоже нас не устраивало. Давно уже мертвый язык рассказывал, дисциплина у них железная еще и потому, что никому не хочется стать за провинности «дитем вазлеха». И где бы взять уверенность, что кто-то из троицы – не бывший перквизитор, которого свои же приговорили к такой вот судьбе? Лишится кто-нибудь пут и рванет к своим докладывать, в надежде, что его простят.

Дамы действительно оказались симпатичными. Но выглядели так, как будто с трудом понимают, что творится вокруг них. Мы стояли и смотрели на них, а они на нас. И хоть бы кто-нибудь из них сказал пусть одно слово. Молчание продолжалось несколько минут, и все это время я раздумывал: что с ними теперь делать? Пора было приходить к какому-нибудь решению. Оставить их здесь? Но надолго ли они останутся живыми? Взять их с собой означало добровольно надеть кандалы.

– Игорь?.. – Гудрон посмотрел на меня, и его самый простой вопрос вызвал у меня вспышку гнева.

Мне удалось его не проявить, пока не отошел ото всех в сторону. Тогда-то и вылезло наружу все то, что так долго удавалось держать в узде. Злость, отчаяние и еще чувство бессилия. Все шло не так, как надо, но мне не удавалось понять – как именно оно должно идти?

Бедное дерево, которое я с остервенением пинал ногой, давно уже лишилось коры на том месте, куда раз за разом вонзался носок берца. Мы не можем бросить их здесь и взять с собой не можем тоже. Возвращаться вместе с ними? Это означало окончательно проститься с мечтой вернуть Леру.

– Ирма, дай Игорю побыть одному, – услышал я где-то за спиной голос Трофима. – Ему сейчас нужно.

«Ничего мне не нужно! Совсем ничего! – с яростью думал я, чувствуя боль в ноге, которая не могла не пострадать. И теперь ко всему прочему не хватало проблем и с ней. – Все, решено! Отправляю всех назад, а сам пойду один. С самого начала нужно было так сделать».

Когда принимаешь любое решение, пусть даже до конца не уверен, что оно является наиболее оптимальным, всегда становится легче. Потому что избавляешься от мучительного перебирания вариантов, и теперь только и остается, что продумать детали. К своим я возвращался твердым шагом. Таким же был и мой голос, когда я объявил:

– Остаемся здесь до завтрашнего утра. Нет, не прямо на этом месте, подберем подходящее и останемся.

Гудрон и остальные промолчали, хотя лица у них были такими, как будто они не до конца его приняли. Лишь Трофим сказал:

– Лучше всего вернуться к тоннелю, к месту нашей прежней ночевки. Тут же проходной двор!

Пришлось пожать плечами: ничего не имею против. Тем более направление нужное. Для вас меньше времени уйдет на обратный путь.

– Что с ними? – без всякой надежды получить ответ поинтересовался я.

– Наверняка их чем-то напичкали, – ответил Вячеслав. – Какой-то достаточно сильный психолептик.

– Думаешь?

– Почти уверен, все симптомы налицо. Будет время, покопаюсь в доставшихся трофеях. Гарантированно что-то обнаружу.

– Ну и как ты поймешь, что это именно? – резонно поинтересовался Демьян. – Может, какая-нибудь приправа.

– На тебе испробую, – не задержался с ответом Проф. – Главное, с дозировкой не промахнуться.

– Потопали.

До тоннеля идти порядочно, и все-таки Трофим прав. С единственной оговоркой. Нам стоит вернуться к тоннелю, но не входить в него, а пройти долиной чуть дальше и попытаться отыскать подходящее место там. И если оно найдется, будет куда безопаснее.

Такое место действительно нашлось – пещера. Просторная, неплохо освещенная и сухая. А самое главное, из нее никого не пришлось выселять – ни мелких тварей, ни крупных хищников. За тот срок, что мне пришлось пробыть на этой планете, мне довелось побывать во многих подобных укрытиях. Жизнь заставляет совершать дневные переходы от одного подобного убежища к другому, так что насмотрелся на них достаточно. И потому с уверенностью мог оценить ее в пять звездочек. Возможно, существуют и лучше, но мне они точно не попадались. Впрочем, как и остальным. Поскольку Гудрон, осмотрев ее, только и сказал:

– Да уж! Мечта путешественника!

Подходы к входу в пещеру просматривались издалека, сам он скрыт растительностью, и дело случая, что мы вообще его обнаружили. Один только запасной выход чего стоил. Узкий, но, если скинуть рюкзак и разгрузку, вполне проходимый. И еще он отлично годился в качестве дымохода, если соорудить очаг рядом с ним. Лаз уходил наискосок вверх, тяга воздуха шла от основного входа, и потому дым никак не будет виден даже при свете дня.

– Повезло, чего уж там, – полностью согласился с ним Янис, и Остап тоже кивнул.

Они трое были теми, кто прожил на чужой планете дольше всех остальных, и потому их мнению можно было доверять полностью.

Все семеро нами спасенных продолжали быть безучастными ко всему, что происходит вокруг них, и, время от времени на них поглядывая, мы только крутили головой.

– И зачем перквизиторам вазлех, если у них вот такие снадобья есть? – недоуменно спросил Демьян, который взял на себя обязанности повара.

И это было еще одной проблемой. Нет, не почти полное отсутствие кулинарного таланта самого Демьяна – запасы продуктов у нас рассчитаны на прежнее количество едоков, а теперь их значительно прибавилось. И облавную, а равно любую другую разновидность охоты не устроишь в связи с известными обстоятельствами. Сегодня нам повезло. По дороге сюда на глаза Остапу попалось какое-то животное размером со свинью, определенно травоядное. Которое он и снял единственным выстрелом. Но так бывает далеко не всегда даже при всем изобилии дичи.

– Дема, давай-ка я готовкой займусь. – Ирма неожиданно решила стать поваром.

– Чего это вдруг? – удивился Демьян.

Все верно, прежде девушка никакого энтузиазма к готовке не проявляла, пусть никогда и не отлынивала.

– Обстоятельства заставляют, – улыбнулась она. – Готовить толком не умею, а пора бы уже научиться, коль скоро умудрилась угодить туда, где ни пиццу, ни роллы не закажешь. Встретится на моем жизненном пути человек, который станет той самой половинкой, и что я смогу ему предложить?

– Сиськи, – буркнул Борис так, чтобы девушка не услышала.

Сейчас…

– Ну разве что! Вячеслав Анатольевич, вы мне не поможете? Ребра как-то отделить нужно, даже не представляю как.

Проф вскочил на ноги слишком, на мой взгляд, поспешно. Никогда прежде не видел его таким порывистым в движениях.

– Сейчас все сделаем, – уверил он. – А заодно запоминай, тут ничего сложного…

Первыми начали приходить в себя спасенные нами девушки. Сидели себе в сторонке, неподвижные как изваяния, и вдруг начали шевелиться. Это было довольно странное зрелище. Они как будто бы по очереди просыпались. Движения у них поначалу были неуверенными, и даже странно, как они могли идти сначала с перквизиторами, а затем и с нами. Понимание вернулось тоже. Поскольку у одной из них, когда она садилась на песчаный пол пещеры, высоко задрался подол юбки, обнажив ноги почти полностью. Находись в нормальном состоянии, она обязательно бы его поправила. Но это случилось через пару часов после того, как мы прибыли сюда. И еще. Они начали крутить головами по сторонам, как будто бы соображая – где они и почему? Вслед за этим вернулась и речь. А также жажда и чувство голода, благо к тому времени Ирма с Профом соорудили немудреную мясную похлебку. Хотя, возможно, и не в таком порядке, но они явно ожили.