Владимир Корчагин – Избранное. Стихотворения 1976—2019 гг. (страница 49)
Не вымогай души огня!..
Молчи ли злись, или посмейся,
Ничто не тронет уж меня.
Несвободна
Внимательно за лекцией следила,
Записывая тщательно конспект.
А я вполуха, до того ль мне было,
Когда минут и тех не замечаю бег.
Чихнешь опять, как зашуршат бумаги,
И извинишься, мол, достала аллергия.
Что нравишься, признаться нет отваги,
Влюбленность и беда, и радости стихия.
К учебе ты относишься серьезно,
Готовишься, как следует студенту.
Твоей руки коснусь неосторожно,
Кроме тебя, исчезнет всё моментом.
В аудиторию входя, я первым делом
Смотрю, не занято ли место за столом,
Где ты, и посещать занятия хотелось,
Чтоб встретиться, и думать об одном.
Ты штангенциркулем орудовала ловко,
Производя замер, а мне же в новизну,
В тебе заметна заводская подготовка,
Что значит нониус, я долго не пойму.
Я был женат уже, и ты имела друга,
Тебя к нему я тщетно ревновал…
И как-то был взволновано напуган,
Когда в твоем жилище побывал.
Забыла твой конспект, поехали, Володя,
Проводишь, заодно увидишь, как живу.
Давно работаю в отделе на заводе…
Ты говорила пустяки, я бредил наяву.
Большая комната, жильё для четверых,
Висит картинка «Писающий мальчик».
Потеряно смущен, подробностей иных
Не помню, радуюсь, что выпала удача
Вдвоем побыть без посторонних глаз.
Неловкость разрядить находишь повод:
Пей чай, вот здесь конспект, а я сейчас,
Уйду на пять минут, я скоро, Вова…
Я снова холостой. Мы отучились в вузе,
И собрались всей группой в ресторан
В последний раз в студенческом союзе.
Я танцевал с тобой и счастлив был и пьян.
Минуло тридцать лет, былое бы не трогать,
А память друг мой враг напоминает снова
Мне эти дни. У каждой судьбы своя дорога.
Не мог сказать тогда, скажу теперь же слово…
Визит к отцу
Я приеду автобусом, веришь?
Обещаю – на этой неделе,
Чтоб то место однажды найти,
Для тебя, где свершились пути.
Сверху я, ты покоишься снизу.
Нам не срок оказаться поближе,
Молча, так посидим, хоть часок,
Ты промолвишь тихонько: Сынок!
Всё, что было, быльём поросло,
Грустный вышел, увы, эпилог…
Сорок с лишним умаялось лет,
Ты, сынок, и постарше и сед.
Всё поймешь, я теперь не один,
Мать твоя упокоилась, сын…
Что тебе до истлевших костей?
Береги своих кровных детей. 
