Владимир Контровский – Вкрадчивый шёпот Демона (страница 49)
Второй Человек возвращался домой в смятённых чувствах. Он даже едва не попал в аварию, машинально пытаясь проехать перекрёсток на красный свет — невозможная вещь для такого исполнительного аккуратиста. И подходя к дому, он не обратил никакого внимания на надрывный лай собаки из-за забора соседнего коттеджа, что было ещё более странным. Дело в том, что Второй Человек с детства боялся собак — до нелогичного леденящего ужаса. Он даже обращался по поводу этой своей фобии к психоаналитикам, но вразумительного ответа так и не получил. Откуда было знать этим специалистам, что в Нидерландах шестнадцатого века Второго Человека — то есть служку, притащившего к отцу-инквизитору молоденькую девчонку по имени Марта, — загрызла жуткая псина, выскочившая непонятно откуда…
Ужинать он не стал, и его жена сразу поняла — случилось что-то серьёзное. На её острожные вопросы супруг отвечал раздражённо, а то и вовсе отмалчивался, и тогда она решила сменить тему — хотя бы для того, чтобы отвлечь его от мрачных дум.
— Ты знаешь, дорогой, наша малышка меня сегодня просто потрясла, — сказала она, присев на диван рядом с мужем, тупо уставившимся в экран телевизора.
— А что такое? — расчёт оказался верен: Второй Человек-отец был искренне привязан к своей маленькой дочке, просто за делами у него никогда не хватало для неё времени.
— А вот посмотри, — с этими словами жена протянула ему пластмассовую фигурку Барби. — Девочка умудрилась сломать куклу — и откуда такая сила в её крохотных пальчиках!
— Ну и что? — Вторым Человеком вновь овладело раздражение. — Купи другую! У тебя что, денег нет на детские игрушки? Кажется, я зарабатываю достаточно для того, чтобы…
— Не в этом дело, — мягко остановила его женщина. — При этом наша кроха порезала себе палец — и глубоко, до кости. Нет, нет, не беспокойся, — тут же добавила она, заметив тень испуга в глазах мужа, — ничего страшного не случилось. Я тоже была в ужасе, хотела даже вызвать «скорую», а когда прибежала к нашей маленькой с ватой, йодом и пластырем, то…
— То что?
— Кровь уже не шла — девочка сидела на ковре и сосредоточенно смотрела на ранку. А через час ранка и вовсе затянулась — просто чудо какое-то!
— Дети-индиго… — пробормотал Второй Человек, вставая с дивана. — Честно говоря, я думал, что всё это россказни досужих писак… Хотя после некоторых событий я склонен им верить… Пойдём-ка!
Супруги прошли в детскую, где их трёхлетняя дочь увлечённо строила на полу какое-то причудливое сооружение из кубиков.
— Ну, маленькая хозяйка, — ласково сказал Второй Человек, опускаясь перед ребёнком на корточки, — что тут у нас?
— Замок, — очень серьёзно ответила девочка, — в котором будет жить волшебник.
— Волшебник? А вот мама говорит, что ты у нас тоже волшебница! Покажи-ка мне свой пальчик — не болит? — Он осторожно коснулся послушно протянутой к нему маленькой детской ладошки.
У основания указательного пальца правой руки на нежной розоватой кожице виднелся еле заметный тонкий белый шрам — если не знать, что он здесь должен быть, его и вовсе было не разглядеть.
— Не болит, — всё так же серьёзно произнесла девочка — совсем по-взрослому. — Мама зря плакала.
«Какие у неё глаза… — подумал Второй Человек, всматриваясь в личико дочери. — У неё же взгляд взрослой — и мудрой! — женщины. Как там говорил этот бедняга — только среди детей можно найти настоящие жемчужины… Вот так так…».
…Он не знал, что глазами этого ребёнка на него смотрит сейчас та, что некогда была верховной друидессой племени кельтов, обитавших в северной Англии в период римского владычества. Воистину во многом знании много печали…
И тут заверещал сотовый телефон.
— Да, — ответил Второй Человек, поднявшись и взяв трубку. — Я вас слушаю.
Примерно с минуту он внимательно слушал, а потом спокойно произнёс.
— Да нет, ничего менять не надо. Я согласен с вашим решением — завтра я оформлю увольнение. Вы были абсолютно правы, — и нажал отбой.
— Что ты… — начала было жена, но Второй Человек обнял её за плечи и улыбнулся (а она и забыла уже, что он может так улыбаться!).
— Ничего. Всё нормально. Просто мы теперь всё время будем вместе.
— Но как же мы будем жить? — растеряно спросила она.
— А как мы жили до того, как я начал работать в корпорации? Так и будем!
— Но…
— Никаких «но»! — решительно перебил её супруг. — Мне надоело уходить, когда наша дочь ещё спит, и возвращаться, когда она уже спит. Или тебе очень нравится спать одной, когда я постоянно в разъездах по делам фирмы?
«Не надо быть первым или вторым человеком, — думал он, глядя на ребёнка, — надо быть просто Человеком. Может быть, растить вот таких детей, как моя дочь, — это и есть самое главное. Наверное, Чудак всё-таки был прав… А что до последствий — у меня хватило ума не лезть в наиболее грязные секреты нашей корпорации, да и кое-какие меры безопасности — в виде информации, которая станет доступной, если со мной или с моими близкими что-нибудь случится, — я принял заранее. Босс умён — он не будет рисковать без крайней нужды…».
…Душа Второго Человека сделала шаг по длинной дороге, ведущей вверх. Всего один шаг — но очень важный. А вот зачем снова пришла в этот Мир Женщина-Без-Возраста — это уже другой вопрос.
— Опасно, — покачала головой Эн-Риэнанта, — очень опасно. Новое и старое слишком часто бывают непримиримы — ты сама, Мудрая, прекрасно это знаешь.
— Опасно, — согласилась Селиана. — Но Хэсти, в отличие от Тллеа, думает не о себе — она думает о людях. Значит, вероятность выброса нежелательного находится в допустимых пределах. И чем больше будет у неё сил, тем меньше будет эта вероятность. Вот поэтому мне и хотелось бы, чтобы она стала Дриадой. Хэсти подошла к вопросу очень основательно — помимо «новых людей», она озаботилась подготовкой резервного варианта.
— Что за вариант?
— Дарительница обратила внимание на обитателей океана на Третьей планете. Если человечество уничтожит само себя — а этого исключать нельзя, — эстафету примут морские жители. И обо всём этом она подробно мне рассказала — никакой самодеятельности здесь и в помине нет.
— Да, в широте мышления нашей Хэсти не откажешь, — задумчиво проговорила Эн-Риэнанта. — Хорошо, я подумаю. Но твои Мудрые — и ты сама, Селиана! — должны неусыпно наблюдать за волшбой Зелёной Матери. Хватит с нас… экспериментов.
Морская волна с шипением раскатилась по берегу и отхлынула, оставив на влажном песке небольшого бурого краба. Краб чуть подождал, потом растопырил клешни и резво побежал, время от времени останавливаясь и осматриваясь. Наткнувшись на выброшенную прибоем крохотную рыбку, он приподнялся на ножках, алчно поводя глазами-бусинами, и вцепился в добычу. Однако трапеза оказалась весьма скудной — споро с ней покончив, краб пополз дальше и… уткнулся в босую человеческую ногу.
Светловолосая женщина в лёгкой зеленоватой накидке, стоявшая с закрытыми глазами у самой кромки прибоя, досадливо поморщилась, ощутив шершавое прикосновение к своей ступне. Когда подготавливается тончайшее чародейство, любая мешающая мелочь может вызвать раздражение. «Сбил, — подумала она. — Как некстати! И я сама тоже хороша — забыла об элементарной защите! Здесь ведь хватает всякой живности, и далеко не вся она такая же безобидная…»
Краб, внезапно подброшенный неведомой силой, взлетел высоко вверх, бестолково шевеля всеми конечностями, описал в воздухе пологую дугу и шлёпнулся в воду шагах в пятидесяти от берега. Женщина — эскиня — открыла глаза.
— Послушай, тебе что, нечем больше заняться? — сердито сказала она.
Ответом был лёгкий смешок, раздавшийся непонятно где — вокруг, насколько хватало глаз, не было ни единой живой души, только высокие пальмы покачивали своими широкими листьями, казавшимися глянцевыми в потоках льющегося с неба яркого солнечного света.
— А если бы я лезла тебе под руку, когда ты собрался швыряться Цепными Молниями, что тогда? — спросила эскиня пустоту. — Тебе бы это понравилось?
— А если бы это был не краб, а морская змея или ядовитая медуза? — ответил мужской голос. — Здесь такие водятся! К тому же мне не нравится, что по твоим ножкам бегают всякие малосимпатичные существа этого Мира, — насмешливо добавил незримый некто, — как я потом буду прикасаться к ним губами? Тебе что, трудно было повесить защитную вуаль?
— Не лезь не в своё дело! — отрезала Инь-Ворожея, поправив прядь волос, упавшую ей на лицо под порывом ветра. — То, чем я занимаюсь, должно очень естественно и незаметно вписаться в местный фон, поэтому любые дополнительные заклятья нежелательны. Да что я тебе объясняю, как Ученику-первогодку! Сказано тебе не мешай — значит, не мешай!
Зелёная эскиня по имени Хэсти чуть-чуть лукавила — какой Магине понравиться, когда её уличают (пусть даже друг-приятель) в магической небрежности? С другой стороны, ей было приятно, что Капитан Алых Воителей беспокоится за неё — Инь-Ворожея явственно видела это за его шутливым тоном.
— Не сердись, — примирительно произнёс Астер, по-прежнему оставаясь невидимым, — точнее, его здесь и не было, он наблюдал за подругой издалека. — Просто я…
«