Владимир Комаров – Летние каникулы (страница 23)

И со всех сторон огромного амфитеатра в центр, в скопление черной грязи на зеленом, ровном поле, полетели выстрелы. Огненные росчерки, всполохи трассеров, потоки стали и свинца сомкнулись в одной точке. Выжигая, испепеляя, уничтожая.

И этих огневых точек, извергающих килограммы металла, оказалось, на удивление много.

— Откуда столько? — заорал я, перекрикивая выстрелы, Степанычу.

— Спецназ подошел, — по губам прочитал я.

Потому что, перекрывая все звуки, забивая весь дипазон, внизу раздалось одновременно несколько взрывов. Перед этим, дымовые следы ракет, сразу с нескольких трибун протянулись до поля.

бббббааААААММММММММ

Огненный шар, вспух в месте разрывов

ббббааАААААААААААААМММММ

Еще один шар пламени выплеснулся следом.

Сжигая траву, превращая стоявших на ней чудовищ в бегающие и ревущие от боли живые факела.

На внутреннем взоре, перегораживая все, зажглась надпись:

Внимание! Вы совершили открытие, не известное до сих пор.

Запись в справочные каталоги — место хранения боеприпасов к плазменному индивидуальному оружию бойцов Роя слабо защищено от кинетического оружия.

Получено достижение — «Аспирант». Получено 10 000 единиц опыта.

Вот как, даже такое возможно.

Сожжённые монстры, уже упали на черную, обгоревшую траву и теперь слабо трепыхались, медленно поджариваясь изнутри.

Неплохо.

Полсотни людей против шестерых чудовищ.

— Все вниз, — заорал я, — Общий сбор!

И первый побежал на поле.

Воинов с имплантами, среди этих пятидесяти человек оказалось совсем немного. Включая меня не всего шестеро. Остальные — это дикая смесь спецназа, войсковой разведки и СОБРа. И они с сомнением косились на меня, пытающегося командовать всей этой оравой.

— Да кто ты? — в итоге не выдержал один из них — капитан Росгвардии, приведший с собой пятнадцать СОБРовцев. — Имя, должность, полномочия.

— Мое имя — Дмитрий, — смотря в его глаза за черной, с прорезью, маской, ответил я. — Позывной «Учитель». Я тот, кто лучше всего разбирается в уничтожении вот этих вот тварей. — Кивнул на догоравшие останки роевцев. — Я знаю как, зачем и каким оружием наиболее эффективно убивать этих гадов.

— Я подтверждаю полномочия Учителя, — вышел вперед Ишустин. Он достал из внутреннего кармана изрядно помятого и частично порванного пиджака свое удостоверение. — Старший следователь по особо важным делам Следственного управления следственного комитета г. Екатеринбурга, майор юстиции.

Капитан внимательно вчитался в написанное и удовлетворённо кивнул.

— Еще вопросы? — я оглядел военных.

— Кто это, сколько их и как их бить? — коротко высказался за всех командир разведчиков.

Все сгрудились вокруг меня, пристально и жадно заглядывая в глаза. И от такого количества вооруженных людей так требовательно смотрящих на меня, стало чуть не по себе.

— Это пришельцы, — решил не юлить я. — Их не так много, и они все охотятся за такими как я. Нас не так много, поэтому у них есть все шансы осуществить задуманное. Ваши патроны, да и стрелковое оружие против них неэффективно. Только мы можем гарантированно побить их броню, но нас крайне мало. А вот ракеты, как оказалось, вполне. Сколько их у вас?

— Да мало, — пожал плечами капитан. — Нас ведь ни о чем не предупредили. Боевая тревога и указание срочно прибыть сюда. Схватили по одному бк и погнали.

— У нас еще два «Шмеля» и все, — ответил разведчик, после краткой ревизии.

— Ладно, будем обходится чем есть. Итак, краткий, очень краткий ликбез по этим тварям. Их два типа. Бойцы с ручным вооружением и стрелки. Плазменная пушка вторых очень опасна, и легко пробьет стену до полуметра толщиной. Но она стреляет только одиночными зарядами, скорость которых относительно невелика — не более двухсот метров в секунду. Скорострельность тоже небольшая — один выстрел в семь секунд. Основной их недостаток — большая черная коробка за спиной. Это боекомплект к этой пушке. Как мы выяснили, он крайне уязвим к выстрелам из кинетического оружия. Так что если и стрелять то только туда.

— Рукопашники, — продолжил я, — оружия дальнего боя не имют. Они стремительно сокращают дистанцию и применяют свои громадные, косообразные клешни. Уверяю, человека, такой фигней разрубает пополам после первого же удара.

— Охотно верю, — сплюнул капитан, рассматривая обогревший труп чудовища.

— По корпусу можете даже не стрелять. Их панцирь пробивается только спецвооружением, наподобие нашего. Слабые места — суставы рук и ног, глаза, частично шея, затылок. Не подпускайте их близко. В таком случае рукопашные бойцы получают преимущество. Старайтесь сбить их с ног и совместно подавлять огнем. Пока это все. Вопросы?

— Ага, есть один, — подал голос до этого молчавший командир спецназа. — Вы то, мать вашу, кто такие?

— Мы — люди обученные давить этих гадин. Но пока нас очень мало.

На внутреннем взоре появилось сообщение об успешном обучении группы. Триста очков опыта стали приятным дополнением.

— Если это все, — то занимаем места. Слышите приближающуюся стрельбу? К нам гонят еще одну группу вражин.

Воины зашевелились, расходясь на исходные позиции. Защелкали затворами.

— Командир, — вновь окликнул меня спецназовец. — Ты так и не сказал, сколько этих тварей высадилось и сколько осталось.

— Немного осталось, — ответил я. — Чуть больше сорока штук.

— А сколько уже убили?

— Девять.

— Твою ж мать!

Глава 13

Глава 13

Наверное мы расслабились.

Следующих пришельцев, в количестве семи штук уничтожили быстро и просто.

Заманили в центр стадиона, включили прожектора, расстреляли. Огненная река с трибун захлестнула зеленое, с черными, обогоревшими пятнами, поле и стерла в пыль растерявшихся, ослеплённых инопланетян.

Несомненно мы возомнили себя способными на то, чтобы без потерь и особых усилий сопротивляться врагу.

Третий раз прошел еще проще. Нас, людей способных держать оружие, и знающих как его применять, здесь собралось уже несколько сотен. И постоянно прибывал новые и новые подкрепления. Губернатор включил административную машину и она, раскрутившись, начала работать по полной.

«Пять Ми-24 готовы к вылету — скороговоркой говорил он в трубку, пока мы сидели в засаде. — Загружены ракетами под завязку, так что по твоему сигналу, в течении трех минут у вас будет огневая поддержка».

Но мы пока справлялись. Пока огонь с воздуха нам не нужен.

Еще один звонок. Теперь входящий.

— Митька! — кричит мне в трубку дозвонившаяся мама. В ее голосе я слышу отчетливые нотки паники и истерики. — Я не знаю что там происходит, но совершенно точно уверена, что ты в этом замешан. Так вот послушай меня, сволочь ты эдакая! Если, ты, по примеру своего папаши решишь вдруг погибнуть, и оставить меня одну, то домой можешь даже не возвращаться! Понял меня⁈

— Понял, мамочка, — шепчу ей. — Я вернусь. Обязательно.

Очередной десяток пришельцев, пригвожденных ярким светом прожекторов к черному полю, пали, расстрелянные из пары сотен стволов, среди которых были несколько крупнокалиберных пулеметов, установленных на спрятанных в углах поля БТРов. Яркие вспышки взорвавшихся боезапасов к плазменным пушкам поставили жирные точки в этой бойне.

Роевцы практически ничего неуспели сделать. Три наугад выпущенных заряда, да затухшая в самом начале попытка прорваться на трибуны. Сотни килограмм кинетических снарядов, превратили их панцири в натуральные дуршлаги.

Мы возомнили себя крутыми. Мы начали шутить и бахваляться.

Пока бронетранспортёры оттаскивали трупы врагов в стороны, мы собирались вместе, делились впечатлениями о бое и гордились своими выстрелами.

— А я прямо в буркало ему засадил! — с горящими от азарта глазами кричал Степаныч. — И оно как арбуз бахнуло!

— А я из снайперки ему руку оторвала!- с восторгом вторит ему Люда, руками показывая свой подвиг.

Хохот, шум, гам. Словно мы участвуем в загоне на лис, а не на уничтожаем врагов. Словно это игра, забава, веселые пострелушки.

Мы возгордились. И были наказаны. Жестко, без каких-либо поблажек на нашу неопытность.