Владимир Колесов – Домострой. Современное изложение: искусство строить дом и семью (страница 1)

Владимир Колесов

Домострой. Современное изложение: искусство строить дом и семью

© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2026

В оформлении использованы материалы, предоставленные Фотобанком Shutterstock, Inc., Shutterstock.com

Этика Домостроя

Домострой – самое сладкое блюдо старой России

Домострой – точный перевод (калька) греческого слова οικονομία (домашние дела, заведование хозяйством) от глагола οικονομέω (заведовать, управлять домом). Таким образом, Домострой – экономика, экономия средневекового быта во всей его сложности и противоречивости. Значения слова дом исторически постоянно изменялись, на первый план выходили разные смыслы, в точности отражая изменения, происходившие в реальной жизни. Исконное значение слова дом – «кров» – это защита от внешних влияний, «моя крепость», и все старые падежные формы слова сохраняют такое значение: «иду домой», «сижу дома», «мой дом». Со временем слово накапливало новые значения, уже в древнерусском языке дом — одновременно и «(домашнее) хозяйство», и «домочадцы», а позже всего «здание» (первоначально как домоздание, т. е. буквально «(со)здание дома». Сопутствующие слова уточняли конкретное значение слова: мой дом – кров, весь дом – домочадцы, свой дом – хозяйство, этот дом – здание. Местоимения выступают в качестве определенных артиклей, конкретизирующих значение имени существительного. Прилагательные тоже участвовали в аналитическом разбиении исходного представления о доме как собирательно крове: домо́вая (кухня) – хозяйство, домашние – домочадцы, семья, а форма с самым древним ударением слова домово́й обозначает таинственного хранителя домашнего крова. В современном сознании основным является значение «здание» – своеобразное переосмысление исходного «кров», но только понятое не «изнутри», а взятое со стороны, извне; объективация мира – важная составляющая современного понятийного мышления, которое сменило средневековое образно-символическое. Домостроительный комбинат строит дома, а не семьи и хозяйства, тогда как назначение средневекового Домостроя состояло в строительстве хозяйской и домашней жизни людей. Таковы были основные значения слова дом в те времена, и новгородское выражение Дом Святой Софии указывает на хозяйственную деятельность кафедрального городского собора.

Средневековый текст вообще составлялся для иных целей, чем современный, он существовал в других условиях. Сегодня мы отличаем слово от мысли и дела, которые за этим словом скрываются, а для наших предков слово и было дело, и Слово они ценили как Дело, направленное мудростью Мысли. Текст составлялся долго, обрастал деталями и подробностями, становился понятным путем постоянного обновления обветшавших слов. В Средние века не было личного авторства, всякий, кто воспроизводил хорошо известную формулу речи, становился ее автором, главное же было – слово понять, оценить и использовать точно. Домострой как регламент семейной, хозяйственной и религиозной жизни складывался именно так, и авторов у него много. Особенно в тексте первой редакции, сложившейся в Новгороде в XV веке. Это был переломный век русской жизни, именно в это время выковывалось современное русское мировоззрение, заложенное в генной памяти народа, природный номинализм сменялся идеальным реализмом. Позже царский духовник Сильвестр перенес этот текст в Москву, приспособив для нужд московской жизни – сжатый, по-купечески деловой и скучный; он составил «Малый Домострой», основанный на опыте собственной жизни богатого человека. Свободная композиция текста давала возможность пополнять его все новыми хозяйственными советами. В некоторых списках такие дополнения мы и находим: то ритуал свадебного чина, то советы по хозяйству, то рекомендации «о банном вхождении», то рецепты новых блюд, а то и указания о лечебных травах, способных поднять на ноги даже израненного в бою воина. Средневековому читателю все, что изложено в Домострое, прекрасно было известно и до чтения, он вырос в этом быту, но требования ритуала предполагали неоднократное прочтение известного; и он читал Домострой, обогащая его смысл личным опытом жизни. Слово оборачивалось делом, пройдя через личную мысль.

По этому тексту можно судить, насколько важным было требование средневековой литературы: практическая ценность произведения определяет его художественные достоинства и его авторитетность. Быт характеризуется полной слиянностью со всеми природными стихиями, частью которых является и сам человек. Вместе с тем – парадокс – все природное воспринимается уже как враждебное, бесовское, противное человеческому, божественно духовному. Такова культура, которую называют средневековой. Именно в этой культуре и обретается Домострой. Этика для нее важней экономики, политика существенней корысти и пользы, ценит она воспитанность, а не образованность, уважает дело, а не пустые речи, тянется к общему, пренебрегая личным, борется со своеволием и больше всех прочих грехов осуждает зависть, строптивость и лень, стоящие на пути всеобщего благоденствия. Не душевности сердца, а духовности совести требует Домострой от своего читателя. По меткому замечанию В. О. Ключевского, «древнерусская педагогия Домостроя выбивала автоматическую совесть» из своевольных и активных в быту горожан.

При чтении Домостроя не следует поддаваться эмоции отрицания, присущей современному человеку: всё не так, как у нас, и, значит, всё очень плохо. Текст составлялся постепенно, в его основе лежат высказывания тысячелетней давности, особенно заимствованные из Слов Иоанна Златоуста – главного учителя средневековой этики. Первая часть вообще выражает несвойственный русской среде дух «монашеского православия». Совсем иная вторая часть: здесь Домострой расширяет функции «жены», социальные и гражданские, как хозяйки Дома, равноправной с господарем (Самим) и подотчетной только ему. Уважение к старшим, особенно к родителям – важная составляющая текста Домостроя. Одна из сильнейших мыслей Домостроя такова: любите родителей за то только, что они породили вас. Этот аргумент заимствован из Изборника, переведенного на Руси в 1076 году. Главы о «воспитании» молодого поколения также несут следы своего времени. Домашнее воспитание, описанное в Домострое, развивало возрастно-половые и индивидуальные свойства ребенка, вырабатывало темперамент и задатки, а затем устанавливало статус человека в обществе, наполняя его социальными «ролями» и ценностными ориентациями, то есть формировало характер, создавало личность как воплощение определенного социального типа. Что же касается дальнейших этапов формирования личности, например, человека как субъекта деятельности, то в Средние века отношение к воспитанию творческих возможностей человека было отрицательным. Средневековое общество не нуждалось в индивидуальностях, оно исповедовало только одну истину: «всего важней порядок в доме».

Книга пополнялась частями, переведенными из западноевропейской литературы; много переводов было сделано именно в Новгороде с латинского, «немецкого» и польского языков. Но много было и оригинального новгородского. Практические советы по хозяйственной деятельности домовладыки постоянно пополнялись. Так образовалась книга, состоящая из трех частей, повествующая «о духовном строении», «о мирском строении», «о домовном строении» – это этика, политика и экономика в традиционном исчислении глав. Композиция Домостроя проста, как молитва «Отче наш», которую знали все. Еще короче это представлено в формуле: «Вера – надежда – любовь» и мать их София – премудрость житейская. Такое впечатление, будто именно этими соображениями руководствовались первые составители Домостроя, выстраивая композицию книги.

Давно замечено, что утверждаемые в Домострое нравственные нормы лишь формально связаны с этикой христианства: здесь представлено христианство по плоти, а не по духу. Согласно обряду, а не велением духа, по изменчивым обстоятельствам бытия. Это ощущение ближе к древнерусскому, «жизнерадостному» христианству, когда были сильны еще остатки язычества, и последняя часть книги вписывается в такую веру. Во-первых, раблезианским обилием пищи, представленным в заключительных главах, за которым исчезает духовное, а во-вторых, ориентацией на Дом, на семью, понимаемую широко как familia, в которую входят чада и домочадцы – вплоть до самых последних служек. В XV веке стали складываться известные ныне пословицы и поговорки, а в Домострое они представлены еще в виде неприбранных библейских афоризмов, а то и прямых цитат. Из них соткан текст, и интонации церковного поучения или деловой отписки так и сквозят при чтении. Передать эту интонацию старого оригинала и старался переводчик. Две письменные стихии сошлись в Домострое – церковнославянский устав и деловая скоропись: церковная и житейская мудрость пытались создать тот сплав общественного настроения и этических норм, который на долгое время и составил основные черты русской ментальности, которая, впрочем, обреталась еще в атмосфере русской духовности. Все заимствования и цитаты представлены избирательно, из переводных источников принималось лишь то, что авторитетно подчеркивало справедливость отдельных черт сложившегося народного быта.