Владимир Иванов – Надежда в тумане (страница 3)

Но люди приспособились. Несколько крупных городов оказались разрушенными, а остальным удалось устоять и создать первые защитные барьеры. Объединенное Государство наладило единую сеть, служившую одной цели – защититься от Существ и сохранить человеческий род. Постепенно, война стала частью каждого нового дня. К ней привыкли, как к неизбежному злу. Жизнь продолжалась.

Чтобы заменить умершую природу, были созданы фабрики – Носители Кислорода. Люди, названные Производителями, трудились там день и ночь, всеми силами наполняя атмосферу, делая ее пригодной для дыхания. Только благодаря им людям до сих пор удавалось выжить. Неудивительно, что такие заводы охранялись как самое драгоценное сокровище. Военные, защищавшие фабрики, называли себя Хранители Кислорода и были фанатично преданы своему делу.

Сергей посещал Носители на различных заданиях и помнил эти глаза, в которых читалось отсутствие мысли, и губы, бесконечно повторяющие девиз: «Сохраним жизнь ценой жизни!». Ему никогда не нравились фанатики, даже благого дела. Такие люди лишены собственного мнения, они своей верой в правильность идеи как бы снимают с себя ответственность и обязанность думать. И, несмотря то, что люди и сами понимали этот факт, они с удовольствием отдавали свою свободу в обмен на подобную идею, которую им давали сверху. И почти вся жизнь в современном мире описывалась лозунгами и девизами: «Долг превыше всего», «Каждый новый день – борьба за твою жизнь» и т.п. Но главным был «Приказ – выше совести». Люди и на этот лозунг согласись, и он стал принципом жизни. Просто потому что так – легче. Жизнь в умершем мире тяжела, а когда тебе не надо думать для чего жить, когда есть самая светлая из всех светлых идей – почему бы не воспользоваться?

Такие думы были у Сергея давно. Он старался не развивать их, но мысли появлялись и вновь, и вновь терзали разум. Он понимал, что должен просто найти раздражитель, коренную идею, вызывавшую другие и даже знал, где искать, но старался не думать об этом. Воспоминания были слишком тяжелы. Из них смотрели ярко-голубые глаза, свет которых пробивался из серой пелены.

Навигатор тихо пикнул, и лишние мысли сразу ушли из головы. До приблизительной цели двести метров. Группа, скорее всего, уничтожена, а на месте убийства всегда есть кто-нибудь из убийц. Он достал из-за спины автомат и медленным осторожным шагом двинулся вперед. Стояла мертвая тишина, но ему было хорошо известно, что смерть двигается бесшумно и у нее много форм – клыкастых, когтистых, а иногда и еще чего похуже.

Через несколько шагов перед глазами открылась небольшая низина, при рассмотрении оказавшаяся воронкой взрыва диаметром несколько десятков метров. Таких осталось очень много с тех времен, когда всех Существ еще пытались уничтожить всех. Огромные снаряды разрывались тогда по всей планете, где оставались люди. Но результатов это не принесло. Монстры возвращались снова и снова.

Ближе к центру воронки стоял грузовик. Вокруг, если верить детектору движения, тепловому сканеру и собственным глазам под очками ночного видения – ни души.НоСергей знал, что это часто обманчиво и, подняв автомат, осторожно двинулся к машине, прислушиваясь к каждому шороху. Все чувства обострились, хотя вокруг было тихо.

До грузовика добрался благополучно. Большой серый автомобиль стоял к нему боком, на кузове была сильная вмятина, нов остальном все было в порядке: стекла не разбиты, шины целые, остальная обшивка нетронута. Такие исследовательские машины состояли из двух частей: небольшого тягача и прикрепляемого к нему кузова, где и располагалась передвижная лаборатория. Двери у таких моделей находились не сзади, а с одного боку, и сейчас Сергей подошел с закрытой стороны. Он стал обходить автомобиль с кабины, отметив, что лобовое стекло и фары целые, а кабина пустая и, насколько видно, чистая. Из машины вдруг раздался тихий стук, отчетливо слышимый в тишине. Сергей остановился. Сердце сильно билось в груди, и он сделал несколько медленных вдохов через нос, чтобы успокоиться. Нервы были на пределе, и эта мертвая тишина угнетала. Обычно ночь была полна тумана и самых разных леденящих кровь криков. А сейчас не было совсем ничего, и это сильно действовало на нервы.

Добравшись до двери, он опять прислушался – ни звука. Сергей прижался к боку машины и осторожно и тихо повернул ручку двери. Он медленно потянул ее, подтолкнул дверь, и она распахнулась. Внутри горел мягкий свет. Следопыт заглянул внутрь, и увидел пять тел, лежащих в углу. На них не было видно ран, совсем не было крови. Казалось, что это не люди, а манекены, аккуратно сложенные за ненадобностью. Сергей знал, что у этих грузовиков стандартная планировка: в одном углу, противоположном тому, где лежали тела, должен был стоять полевой компьютер, рядом небольшой стол для различного исследовательского инвентаря и опытов, вдоль стены, располагавшейся напротив двери, должны быть шкафчики для обмундирования и небольшая лавка. То есть спрятаться потенциальному противнику негде, но легче от этого не было – те, кто могли там находиться, как правило, засады не устраивали. Они стремились напасть сразу, как только чуяли человека. Исключения составляли те Существа, кто был человекоподобным. Такие встречались нечасто, но мало кто выживал после встречи с ними. Их разум и тело претерпели страшные и странные изменения, они были гораздо сильнее, чем обычный человек, крупнее и выше. Их жестокий нрав был подобен зверям, но при этом им были присущи человеческая логика и хитрость. Это было главной опасностью, потому что часто люди ожидали, что встретят соперника, который превосходит их силой, но не превосходит разумом. Несложно предугадать действия зверя, если ты имеешь определенные навыки и опыт. Им руководят инстинкты, примитивные и простые, а в гневе или страхе зверь становится неконтролируемым, его действия хаотичны, он теряет чувство опасности и становится уязвимым. Существо же, подобное человеку, но лишенное страха и не воспринимающее боль, при этом сохраняющее почти человеческий рассудок – страшный соперник.

Сергей встречался с ними несколько раз. Он звал их Дикарями за внешний вид: как правило, на них были только набедренные повязки из самых разных материалов, иногда они оборачивали ноги кусками ткани или кожи. Вооружение их составляли дубины или копья, а обычная группа состояла из троих особей. Двигались очень быстро, так, что сложно было успеть за ними взглядом, и практически невозможно выстрелом. В первую встречу, Сергей истратил всю обойму, но не смог даже никого ранить. Тот бой он провел с одним лишь ножом и помнил, как осмысленно они сражались, эти человеческие глаза, в которых буквально за мгновение тухли огоньки жизни. Именно тогда он впервые почувствовал себя убийцей и понял, что дороги назад уже не будет.

Он тряхнул головой, отгоняя мысли. Что это с ним? Никогда прежде думы не мешали ему работать. Нужно собраться. За стеной и в округе было все так же тихо. И никаких признаков тумана. Странно, обычно так надолго туман не пропадает. А здесь все что странно– опасно.

Сергей резким движением встал в проем. Пусто. Никого живого. Слева от него стоял столик, где валялись какие-то колбы, планшет, бумаги, компьютер был выключен, все шкафчики закрыты. Но, что удивительно, не было никаких следов нападения. Все выглядело так, как будто вся группа просто дружно куда-то ушла, а не сражалась за свою жизнь с самыми страшными из кошмаров.

Следопыт осторожно подошел к телам. Самое верхнее из них лежало лицом вниз и он, закинув автомат на спину, тяжело стянул его на пол и перевернул. Это был мужчина лет тридцати, невысокого роста, довольно крепкого телосложения, одетый в комбинезон ученого. На груди располагалась нашивка, сообщавшая, что этого человека звали Стивен Льюис и что он старший лаборант. У него было интеллигентное лицо с бородкой, застывшее в выражении умиротворенности, которое часто бывает у людей, находящихся в глубоком сне. На всякий случай Сергей приложил палец к артерии на шее, но не почувствовал там живого биения сердца. Он осмотрел тело на наличие каких-либо ран или повреждений, но не обнаружил ничего. Было такое ощущение, что человек уснул, просто настолько глубоко, что уже больше никогда не проснется.

Как правило, все Существа оставляли после себя кровь и полный разгром и люди, которых иногда потом находили, редко были похожи на людей. К тому же группа состояла из шести человек, а тел было только пять. Помимо лаборанта Стивена там было еще троев военной форме и один в таком же комбинезоне, как и лаборант. Оставался только руководитель группы – обычно люди этого чина были одеты в форму, подобную военной, потому что они были и учеными и полевыми командирами одновременно. Ни вокруг грузовика, ни в нем самом никаких признаков еще одного тела не было.

Времени на поиски не оставалось, и Сергей решил следовать основному заданию. Оставив тело лаборанта, он подошел к компьютеру на столе, и нажал на кнопку включения питания. Аппарат издал сигнал, раздалось гудение вентилятора, сенсорный дисплей загорелся и показал вступительный экран, на котором быстро побежала маленькая синяя полоска загрузки. Сергей мельком осмотрел стол, на бумагах встречались какие-то непонятные обрывочные расчеты и записи, а пробирки и колбы были пусты. Компьютер пискнул, показывая, что он готов к работе. На его рабочем столе было три папки из которых две являлись системными и одна, судя по названию, содержала какие-то результаты исследований. Помимо них, Сергей увидел видеофайл, названный "Нашедшему". Сергей достал из кармана на груди маленький флеш-носитель, и вставил его в разъем компьютера. Начав копирование папки с результатами, он открыл видеофайл.