Владимир Ильин – Черновик для Эффы (страница 22)

— Понял.

— Но не драться. — Забубнили в уши. — Не оскорблять. Не плевать на ботинки…

— Да понял я, — поморщился, убирая защиту капсулы.

Трап уже двигался к земле — на него и вышагнул.

— Кто заказывал доставку? — Громко встретили мое появление.

Вопросу вторил негромкий смех и ироничные взгляды, которыми окинули нас профессиональные пилоты.

У них даже костюмы были специальные — противоперегрузочные, тоже с красивыми лейблами спонсоров. А мы тут выперлись — я, вон, после универа даже не переодевался, как был в джинсах и кофте, так и стоял на верхней ступени.

— Здорово, аниматоры! — Помахал я им рукой дружелюбно. — Фотозона за стадионом, тут у нас гонки!

— Это ты, что ли, гонщик? — Без злобы спросил крепыш с выкрашенным в оранжевый коротким ершиком волос — явно пилот «восемнадцатой». Впрочем, тут нечего гадать — такой же номер на комбезе, только попался на глаза уже после яркой прически.

— Ну, нас тут минимум два, — соскочил я со ступеней, дав выбраться Эффе. — Я и майор Сойер, — ткнул я за спину большим пальцем. — Военно-воздушные, атмосферные истребители.

Девушка, замершая на верхней ступени, замерла на мгновение. Смутилась даже, но тут же спрыгнула и встала рядом.

— Серьезно, — уважительно кивнул брюнет с двумя семерками у воротника. — Такое мы уважаем. Ну, а ты сходи к девчонкам, пока мы с майором пообщаемся.

— А вы разве парни? — Удивленно осмотрел я его. — Комбезы такие плотные, что я ваши вагины еще на заходе разглядел.

— А по морде? — Лениво вступился еще один брюнет, с яркой надписью спонсора «АТТИКО» и третьим номером.

— Я с девчонками не дерусь.

— Слышь, — двинулся на шаг вперед блондин с «тридцать седьмым», но его придержал самый до того спокойный и молчаливый.

— Спокойно, Лор. Видишь — «Ночные» нам клоуна подослали, чтобы старт сорвать, — проговорил «ноль пятый» — мужик лет под тридцать, с выбритыми почти под ноль волосами и темно-синей полосой краской под правым глазом.

Краска подходила под цвет глаз — такой же насыщенный, неестественный. Или мутация, или человек пошел на осознанную модификацию — так можно и, в общем-то, не сильно дорого.

— Ни к каким «Ночным» отношения не имею. Но вы, мужики, тоже могли бы быть чуть вежливее. — Чуть повернул я к ним ладони и улыбкой показал желание пойти на мировую.

— Где ты тут мужиков нашел? — Снова дернулся блондин.

— Нет, ну ты-то — точно нет. Крепкая лесбуха!

— Лор! После гонки его угомонишь.

— Да, к слову, у меня тут гонка через десять минут, — кивнул я, заскучав. — Так что, девочки, много говорить не могу.

— Да уже наговорил, — плюнул тот на бетон.

— Плевать на стартовый стол, — покачал я головой. — Точно удачи не будет. Но вы же не пилоты, вам-то откуда знать.

— Слушай, пилот, — вступил снова брюнет с «АТТИКО». — Раз ты такой крутой, давай забьемся на деньги. Хоть раз увижу твои «стопы» за гонку — уедешь с деньгами. Если нет — вежливо, повторю, очень вежливо попросишь меня принять твой проигрыш.

— Нет вопросов. — Кивнул я. — Старт не считается.

— После первой трети маршрута. Идет?

— Стоп! Я тоже хочу поспорить, — играл желваками блондин.

— И я, — кивнул «желтоголовый».

— Трое. — Посмотрел я на них иронично. — А еще двое что? — Посмотрел и на других.

— Мы тоже не против, — переглянулись те. — Размер ставки?

— Сотка, — обозначил я.

Не грабить же их? А тут — мелкая сумма для шутливого пари. Но те оставались неприятно серьезными.

— Пять сотен. — Выдвинул предложение Лор.

— Ты, давай, тоже не борщи. Парень, хоть и клоун, но девушка рядом с ним правильная. Две сотни. Учитываются последние две трети дистанции.

— А с интервалами что делать? — Спросил «тридцать седьмой». — Пятьдесят секунд — не шутка.

— Ну, накиньте мне коэффициент, и я встану последним, — с важным видом кивнул я.

— Полтора. — Посчитал правильным вставить «тридцать седьмой».

— Да хоть два! — Горячился блондинчик. — Не на его корыте тягаться.

— А вы, уважаемые? — С усмешкой посмотрел я на трех других. — Меня устроит и один к одному, а вас?

— Меня тоже, — не улыбался огневолосый. — Ты другое скажи, как платить будешь, если проиграешь?

— А ты? — Смерил я его спокойным взглядом.

— Я уже скинул референту, он сделает быстрый договор на пари, — внимательно смотрел на меня мужик с фиолетовыми глазами. — Увильнуть не выйдет.

— Серьезные вы ребята. — Достал я паспорт и протянул ему. — Вписывай.

Позади легонько дергала за пояс Эффа, но я не подавал вида.

Бумаги оформили действительно быстро — вернее, их электронную версию, которую потом все с хмурыми лицами подписывали смсками.

Я, в общем-то, уже почти ввел код, но на всякий решил пробежаться глазами по тексту — открутил вверх, посмотрел на имена подписантов, потом прокрутил сроки выплаты — давалась неделя. Потом еще выше — на индивидуальные коэффициенты. И совсем вверх — на сумму пари. Пять индивидуальных независимых ставок по две сотни… По две сотни тысяч.

Неприятный ком сам как-то родился в горле.

— Какие-то проблемы? — Смерил меня внимательным взглядом «фиолетовый».

Пояс на джинсах уже собрались совсем оторвать — дергая бесцеремонно.

— Никаких, — нажал я «отправить» рядом с кодом. — За неделю-то соберете? Ни за кем бегать не придется? — Оглядел я всех.

— Деньги не найдешь — заберем «Пламенеющую». — Не отводил взгляда «тридцать седьмой».

Дергать пояс перестали. Позади раздался еле слышный тоскливый вздох.

— Да, девч… Парни, — на видимое возмущение поправился я тут же. — Чтобы потом никаких воплей, как же это так вышло, идет? Никаких расследований, комиссий и попыток соскочить, — улыбался я.

— Так уверен в себе?

— Позади меня — «Пламенеющая», она же атмосферный истребитель проекта «семнадцать-тридцать четыре», она же «Огнекрылая».

— Гражданская халабуда. Движки дефорсированы, энерговод урезан. — Все еще злился Лор.

— Но мало кто знает, что на этой же базе для нужд разведки построена «Алая Гарпия». Малым тиражом, не вошедшим в серию, — ухмыльнулся я. — Делайте выводы, господа. И готовьте деньги. — Слегка поклонился я и пошел к кораблю.

— … получается, нас развели? — Чуть испуганно произнес «Ноль пятый».

— … не может быть, папа бы сказал…

— … я слышал про «Алую», но их все разобрали на запчасти…

Ну и конечно же:

— … я сдам тебя на органы, — уже гораздо отчетливее, шепотом почти прямо в ухо. — Потом продам в бордель и на каторгу! Какая, к чертям, «Алая Гарпия»⁈

Ответил я уже после того, как сел в капсулу и закрылся экраном. Ну и в мое кресло начали пинать сзади, требуя ответа.