Даже в политике каждый Хуан
Думает о Хуаните.
Евро-китаец и евро-араб,
Ходят себе евро-люди.
Новой Европы мать и прораб
Не доучли евро-буден.
…В кабриолете ехал Олланд,
Дождь замочил ему груди.
И подмочился Ангелы план —
Что же с Европою будет?
3. Как Стросс-Кан попал в капкан
Эпиграф.
Всё больше и больше
В политике секса,
Играют гормоны
От кобеля Рекса.
Сидел Саркози
На изящном балконе
И думал о друге своём —
Берлускони:
«Он маленький мачо
И старый развратник,
Но шустрый, как мячик,
И вечный, как ватник.
Я ростом побольше,
Он ростом поменьше,
Но он чемпион
По количеству женщин.
Да, Карла моя,
Как стерлядочка в кляре,
Она хороша,
Но в одном экземпляре.
А Сильвио с Руби
Тусил, из Марокко,
Я тоже хотел бы,
Но знаю – морока.
Я этих бесстрашных
Поклонников женщин
Готов уничтожить,
Ни больше, ни меньше».
И Прохоров первым
Попался в ловушку,
На всю в Куршевеле
Кутивший катушку.
А мстит Саркози
Беспощадно и строго:
Он жало вонзит
И прокрутит немного.
…Ну кто же не знает
Банкира Стросс-Кана? —
Тот водки не пил
До конца из стакана.
Когда у банкира
Гуляют деньжищи,
Он круче Шекспира,
Он – Принц! А не нищий.
И этот Стросс-Кан,
Воротила со стажем,
Решил в президенты,
Пусть Франции даже.
Летел в самолёте
В Нью-Йорк безмятежно,
И про Саркози
Отзывался небрежно.
В отеле разделся, 
