Владимир Харитонов – Маятник Судьбы. Осень жизни (страница 19)

–Ты уж извини, Юрьевич, что так все получилось. Я подумал, что вам после тюрьмы сильно деньги нужны…

Я его не совсем тактично перебил:

–Не настолько… Пошли я вас провожу, а то судья очевидно расстроилась.

Когда мы спустились в раздевалку на первом этаже, слуга «кривосудия» уже покинула мой дом. Самостоятельно нашла обратную дорогу. Пожав гостю руку на прощание со словами: «Счастливой дороги», я развернулся и ушел к своему компьютеру успокаиваться. Про то, кто и зачем ко мне приходил не рассказал никому, даже своей супруге. Тем более что на тот период она еще не до конца оправилась после автомобильной аварии и большую часть времени проводила в инвалидном кресле. Волновать ее лишний раз не хотелось…

С судьями у меня вообще всегда отношения складывались, мягко говоря, странные. Как я уже описывал ранее, пока я «отдыхал на нарах», моя супруга попала в серьезнейшую аварию по вине уснувшего за рулем водителя «Газели». Естественно, когда к ней вернулась способность передвигаться, она обратилась к знакомому мне адвокату Борису Логинову, чтобы тот помог составить исковое заявление в суд на компенсацию морального и материального ущерба. Ответчиком он указал авто предприятие, где трудился виновный и самого его лично. Жена отправила необходимые документы во Фрунзенский районный суд города Иванова. Дело к рассмотрению в гражданском порядке принял судья Федоров (псевдоним – зам. авт.). К этому времени я уже был на свободе, и когда наступило время поездки в эту судебную инстанцию, супруга меня упрекнула:

–Ты занимаешься своими проблемами по реабилитации, а в мои дела даже не вникаешь. Съезди хотя бы со мной во Фрунзенский суд, поддержи морально.

Упрек, безусловно, справедливый и отказать в просьбе своей второй половинке я не имел ни малейшего права.

На семейной «пятерке» явились в судебную инстанцию за полчаса до заседания. Дорогой обговорили, чтобы Наташа заявила ходатайство о признании меня законным представителем на данном суде. Федоров сразу пригласил нас в свой кабинет для предварительной беседы. Объяснил примерно следующее:

– Вы неправильно составили исковое заявление. Указали в нем и материальный, и моральный ущерб, причиненный вам. Эти вопросы рассматриваются отдельно, разными судебными инстанциями. К тому же вы свои претензии лично водителю предъявлять не можете. В данном случае ответчиком является предприятие, на котором трудится виновник ДТП, а оно совсем недавно переименовалось, добавили в название одну буковку «М». Это формально уже другое предприятие. Поэтому я намерен отказать вам в вашем иске.

Насчет добавленной буковки в наименование предприятия мы знали до суда, это, очевидно, происки их опытного юриста, чтобы не возмещать ущерб моей супруге. Обязующие соответственным решением выплаты могли оказаться весьма значительными. Поэтому я заранее прокатился в эту фирму для предварительной разведки. Жену для этого брать с собой не стал. «Вдруг удастся с водителем «Газели» поговорить с глазу на глаз по-мужски, Наташа только помешает», – думал я.

Правда, этим планам не суждено исполниться, виновника ДТП в конторе не оказалось. Зато выяснил, что он по-прежнему трудится здесь, все прежнее руководство сидит на своих местах. В общем, типа «спрятались», но их всех «видно»… На утверждение судьи я попытался возразить:

–Ваша честь, заявление составлял профессиональный адвокат. И то, что он указал и материальный и моральный ущерб вместе не вина моей супруги. Далее, я был на месте работы водителя «Газели», там то же самое руководство, что и было до аварии, а буковку «М» они добавили умышленно, чтобы не нести ответственности по искам. Кроме этого, предъявить претензии лично к водителю «Газели» мы вполне имеем право, так как именно он признан Родниковским судом, который рассматривал уголовное дело по существу виновным и осужден за это к условной мере наказания. В приговоре указано, что иски по компенсации причиненного вреда супруга должна предъявить в гражданском порядке, что мы и сделали. Вы не можете нам отказать в рассмотрении заявления.

Судьи страшно не любят, когда их пытаются «учить» и Федоров не был исключением. Он на повышенных тонах почти дословно повторил свои уже высказанные утверждения. Я на это максимально спокойно ответил:

–Ваша честь, а почему вы кричите на меня? Два года рассматривала «мое уголовное дело» лучшая судья областного суда Андреева-Струнина и она ни разу не позволила себе подобных интонаций.

Следует отметить, что «наше» дело было на слуху во всех судах области, как и моя фамилия. Федоров как-то странно поглядел на меня и спросил:

–Так это вы?

Я с улыбкой произнес:

–Не знаю, что вы имеете в виду, спрашивая «Это вы?», но это действительно я.

Сразу интонация Федорова резко сменилась, из высокомерного судьи он стал нашим союзником, разъяснил, что необходимо исправить в заявлении и… сразу же принял его к рассмотрению. Решением Фрунзенского суда моей супруге была положена весьма значительная сумма компенсации. Перед прощанием подобревший работник Фемиды дал нам полезный совет:

–Когда виновный выплатит вам полную сумму, вы обратитесь ко мне еще раз с заявлением на ее пересчет с учетом инфляции. Я произведу индексацию, и вы получите дополнительные деньги.

Я ответил кратко: – «Спасибо» и мы с женой покинули не очень гостеприимный поначалу кабинет…

…А вот хозяину бильярдной я не смог отказать, решил «вспомнить старое», благо опыт работы с должниками у меня накопился огромный. А суть-то дела оказалась, следующей… Некто Дмитрий Лебедев занял порядка восьмисот тысяч российских рублей на свои коммерческие нужды, а возвращать в оговоренные сроки и даже много позже не спешил. Меня Дмитрий знал и к убедительной просьбе вернуть деньги владельцу бильярдной, где «я проводил дни и ночи», отнесся со всей ответственностью. Отдал все, что был должен согласно расписке и даже с процентами. Правда, не рублями и копейками, а каменным двухэтажным зданием, которое оказалось в его собственности. Благодарность кредитора выразилась настолько значительно в рублевом эквиваленте, что и я, и Фурсаев который, конечно же «был в доле», остались довольны. Видимо у нашего работодателя все-таки имелись свои понятия чести. Ведь не зря американский писатель-мыслитель Хемингуэй Эрнест Миллер(1899-1961) утверждал: «Существует понятие чести среди карманных воров и понятие чести среди шлюх. Все дело в том, что применяются различные мерки». Наверное, так и есть… Помимо прочего мы думали, что теперь, хозяин «Веги» нам обязан «по гроб жизни» и, в общем-то, рассчитывали на определенные преференции в его заведении…

Но подобные вещи характерны не для всех. Чтобы не быть голословным, приведу один из примеров неблагодарности. Произошло сие незначительное событие в 2010 или 2011 году… Перед самым любимым праздником россиян Новым годом, один из ведущих бильярдистов города Алексей Репин выиграл приличную сумму денег у своих соперников и в качестве компенсации некоего морального ущерба предложил угостить присутствующих шампанским. Кто ж откажется от «халявы», тем более имеющей прямое отношение к наступающему празднику? Он купил пять бутылок шипящего напитка в магазине поблизости, принадлежащем этому же коммерсанту – владельцу бильярдной, занес их туда, где человек десять азартно гоняли шары по зеленому сукну и произнес:

–Пацаны, поскольку я сегодня неожиданно выиграл, хочу угостить вас шампанским в честь грядущего праздника.

Послышались радостные возгласы, правда, всего пяти человек, остальные промолчали, а Алексей обратился к женщине-маркеру:

– Дай, пожалуйста, нам пять стаканчиков.

Видимо он посчитал, что остальные бильярдисты просто не любят подобные напитки. Здесь же в зале присутствовал и хозяин заведения – изволил ужинать за специально поставленным для него столиком. Услышав просьбу постоянного клиента, он резко произнес, обращаясь к своей подчиненной:

– Ничего им не давай, они шампанское должны покупать в баре при бильярдной.

Следует отметить, что за стойкой рядом с рабочим местом маркера, действительно продавалось шампанское, точно такое же, но…в три раза дороже. Я, как человек помогавший вернуть большой долг и рассчитывающий на какие-то встречные движения, внутренне «взорвался», но внешне спокойно подошел к хозяину и медленно произнес:

– Скажите, правильно ли присутствующие вас поняли?… Мы, купив шампанское в вашем магазине, должны там же приобрести и одноразовые стаканчики. Одеться, выйти на улицу, на мороз. Там употребить напиток, не забыв и стаканчики, и пустые бутылки бросить в урны и вернуться в бильярдную. Я все так обозначил?

–Абсолютно верно, – заявил неблагодарный гражданин.

Негодованию всех присутствующих не было предела, и его я выразил употреблением отборных нецензурных слов. Ответить мне хозяин заведения побоялся, зная мою горячность и сильный удар с обеих рук. Он просто позорно ретировался… Однако жизнь подобных людей ничему не учит. Следом последовал еще один какой-то неприглядный случай, и все любители шаров и зеленого сукна дружно покинули заведение, причем навсегда. Но… об этом чуть позже…

А пока передо мной стояла другая довольно сложная проблема… Задолго до нашего ареста, в 2003 году на транспортной базе моего близко знакомого Валентина Попруженко, кстати тоже бывшего сотрудника милиции, случился пожар. Рабочие предприятия в свою ночную смену решили из ангара, где хранилось топливо в больших цистернах, немного похитить бензина для своих личных нужд. Принесли с собой три двадцатилитровых канистры, вскрыли не очень сложный замок. Затем кто-то из них залез на емкость, открыл крышку и с помощью предусмотрительно взятого шланга попытался слить легковоспламеняющуюся жидкость в принесенную с собой тару. Однако в абсолютной темноте совершить данное злодеяние оказалось сложно, и… горе-работник не придумал ничего лучшего, как подсветить себе зажигалкой. Стало светло… даже слишком светло. Бабахнуло так, что слышно было за версту, а незадачливые похитители оказались в местной поликлинике с серьезнейшими ожогами. В дальнейшем, не выходя из больницы, оба предстали на Суд Божий, можно сказать – погибли на производстве… Точнее, «сгорели на работе».