Владимир Гусев – Укус технокрысы (страница 24)

— Отдел Шепталова, в который вы так стремитесь, на втором этаже.

Мы выходим в холл, обложенный красными декоративными плитами и украшенный чугунными коваными решетками, и поднимаемся по широкой, застланной ковровой дорожкой лестнице. «Кокос» — фирма серьезная, и всякий посетитель должен чувствовать это с первых же шагов. Интерьер у нас посолиднее, чем в дорогом ресторане. Разве что «Метрополь» составит в этом плане конкуренцию. В коридорах, между прочим, тоже ковровые дорожки с пышным несминаемым ворсом, поэтому передвигаемся мы почти бесшумно.

— Как там поживает Колобков-младший? Говорят, очень способный молодой человек. Вы не у него в отделе работаете?

— Нет. Я у Кривопалова, — коротко отвечает Грибников.

— Степана Марковича? Как же, как же! Мое давний знакомый. Характер у него, конечно, не сахар, но специалист — отменный, просто отменный! Он что, по-прежнему на «Москвиче» ездит или что-то попрестижнее заимел?

Кажется, я оживлен сверх меры. Не переиграть бы.

— Не знаю, — беззаботно отвечает Грибников. — Я недавно в Управлении, еще не со всеми знаком даже в своем отделе.

Странно, странно. У Колобкова никогда не было сына, только дочки. Остановились они с Машей после четвертой. Старшая — действительно очень способная, отделом командует, и знает ее все Управление. Пусть не так близко, как это удалось в свое время мне, но все же… Красивая молодая женщина с жестким властным характером — такие всегда на виду. А у Кривопалова жена погибла в автокатастрофе, как раз на его «Москвиче», он сам зарекся автомобиль покупать и детям не разрешает. Неужели и об этом ты не слышал, Артурчик?

— Здесь, — говорю я, останавливаясь перед одной из дверей, и прижимаю к сенсору большой палец правой руки. «Страж» долго изучает рисунок папиллярных линий, тревожно мигая красным светодиодом, потом зажигает зеленый и клацает замком. Я отворяю тяжелую дверь.

А может. Грибников и не из Управления вовсе? А, скажем, из АФБ?

По спине бегут мурашки. Этого только не хватало. Аэфбэшникам-то что у меня на фирме понадобилось?

— Как видите, добраться до компьютеров не так просто. «Страж» не только не пропустит никого постороннего, но и запомнит время прихода и ухода каждого сотрудника. Так что случись какая неприятность — можно очень быстро найти виновника.

Инспектор снисходительно улыбается. Видно, им в Агентстве читали какой-нибудь спецкурс по проникновению в недоступные помещения. И теперь он мнит себя профессионалом, которого вздумал поучать дилетант. Ну и ладно. Пускай мнит. Про ультразвуковую систему определения числа вошедших в зал людей и о двух других охранных системах я, в таком случае, рассказывать не буду.

Глава 3

Мы оказываемся в небольшом «предбаннике», перед двумя дверьми. Сквозь стекло правой видны серые кубы и параллелепипеды «Грамотея», с левой стороны — рабочие столы с полудюжиной терминалов.

— Суперкомпьютер, с которым работают мои вирусогены, не включен ни в одну из сетей, — говорю я, прикладывая палец к сенсору левой двери.

Из шести терминалов включены только два. За одним восседает Леня Карнаев, прославившийся своим «гаремом». Спиной ко второму, откинувшись на спинку кресла и заложив руки за голову, сидит Анатолий Гаврилович, самый старый и опытный из компьютерных злоумышленников. С обоими я, остановив инспектора в дверях, здороваюсь за руку. После чего Карнаев возвращается к своему терминалу, а Анатолий Гаврилович принимает прежнюю позу. Думает господин. А мы ему мешаем.

Молодец, Шепталов, организовал работу, как на хорошем конвейере. Что бы ни происходило рядом — творческий процесс не должен прерываться.

Я подробно рассказываю Артурчику о мерах предосторожности, принятых в Корпорации на тот случай: если какой-то из вирусогенов попытается нарушить условия контракта и выпустить разработанный им вирус на волю. И о том, что антивирусники работают в другом отделе и с вирусогенами практически не общаются.

— А что, противовирусные программы разрабатывают другие специалисты? — удивляется Грибников — Какой смысл?

— Ради тренировки охотников. Как ни странно, антивирусы у охотников получаются иногда намного удачнее, чем у самих вирусогенов.

— У технокрыс, вы хотите сказать?

— Это дикие — технокрысы. А наши домашние — вирусогены, строго поправляю я Грибникова.

Сейчас он еще спросит, как помогает такая странная система работы бороться с практически бесконечным числом разновидностей вирусов. А я отвечу, что речь идет о классах вирусов, которых совсем немного, и вирусогены получают премии именно за открытие новых классов вирусов. И, в свою очередь, спрошу, кто столь блестяще подготовил инспектора к посещению КОКОСА и какова истинная цель визита. Но Артурчик молчит, молчу и я.

Покинув операторскую, мы открываем моим большим пальцем машзал. Грибников задает еще несколько вопросов, на которые я быстро и коротко отвечаю. И внимательно слежу за его руками. Не выпустит ли он из рукава «жучка», способного передать информацию, обрабатываемую компьютером, чуть ли не на километр? Не попытается ли он посадить на какой-нибудь кабель «клеща»? Экскурсия по ГУКСу, конечно, только предлог. Для чего? Что так заинтересовало ребят из Агентства? Точнее, испугало. Недаром же кобура под мышкой… Или он все-таки из Управления и просто выпендривается? Перед самим собой? Я этот тип людей хорошо знаю. Сам в молодости таким был.

— Ну хорошо, Павел Андреевич, все очевидные каналы утечки вируса вы, кажется, и в самом деле перекрыли. Но я никак не пойму, зачем все это нужно? Все равно вы сидите на бочке с порохом, которая рано или поздно взорвется!

— Не думаю. По статье пятнадцать-прим известного вам закона лица, умышленно нарушившие работу компьютерных сетей, после отбывания наказания никогда больше к работе с компьютерными сетями не допускаются. Даже свои домашние «Гномики» и «Домовые» они после этого не имеют права включать в телефонную сеть. А машин, не охваченных хотя бы одной из сетей, в стране считанные десятки. Так что заниматься любимым делом им было бы практически негде.

— Как вы сказали? Любимым делом? — усмехается Грибников. — Это похоже на орден милосердия, который, собрав со всей страны садистов и насильников, создает им комфортные условия для занятия «любимым делом».

Ну, вот как такому Артурчику можно что-нибудь объяснить? Если он напичкан предубеждениями и предрассудками, как больной СПИДом лекарствами? И стоит ли?

— Для того чтобы создать вирус, способный преодолеть все иммунные барьеры современных сетей, нужно не только в совершенстве знать их организацию и быть квалифицированным программистом, но еще и фантазией обладать незаурядной. Конструирование вируса — процесс настолько творческий, что сравним разве что с написанием хорошего детективного романа. Или… Сами придумайте сравнение.

— Никогда не пробовал.

Или с соблазнением молодой красивой девушки, которая тебе чуть не в дочки годится. Но этого инспектор, по молодости лет, тоже не пробовал.

— Во всяком случае, ни один другой работник так не дорожит своим местом, как сотрудник отдела перспективных исследований. И, смею вас заверить, «одомашненный» вирусоген намного менее опасен, нежели «дикий».

— Еще бы не дорожить, — смеется Грибников, похлопывая ладонью по кубу «Грамотея». — Они все работают, как этот трудолюбивый ветеран? — бросает он мгновенный взгляд сквозь стеклянную стенку на Анатолия Гавриловича, который по-прежнему сидит, откинувшись на спинку кресла, но теперь еще и слегка покачивается из стороны в сторону. Глаза его закрыты, редкие волосы на голове растрепаны.

И сожалению, нет, — спокойно отвечаю я. — Два года назад он открыл новый класс вирусов. Пять месяцев спустя мы разработали и без лишнего шума ввели в сети соответствующие вирус-детекторы. В прошлом году они сработали, и отделались мы, если вы помните, легким испугом. А в западных узлах сети ГиперЕвро знаете что тогда творилось? Да и в вашем «Неводе»? Мы первые догадались, что заниматься профилактикой намного экономичнее, нежели лечением. Здесь собраны лучшие вирусогены страны. И то, над чем они сейчас работают, будет заново открыто дикими вирусогенами, то есть технокрысами, года через два, не раньше. Когда мы уже будем готовы встретить врага во всеоружии.

— Хотел бы и я быть столь же уверенным в том, что… Что бочка не взорвется, — говорит инспектор, направляясь к выходу. — Хотя… Свою эффективность эта система доказала, ничего не поделаешь, придется и нам ее как-то внедрять. Большое спасибо за экскурсию. Но для получения более полного представления мне нужно ознакомится со структурой фирмы и схемой взаимодействия подразделений. Вы не могли бы кому-нибудь поручить выдать мне соответствующую документацию?

— Да-да, конечно. Я скажу секретарю, она организует.

Итак, теперь уже нет сомнений: ребята из Агентства Федеральной Безопасности проводят у меня какую-то операцию. Именно из Агентства, а не из Управления. Я тоже, когда еще охотником на вирусов был, и машзалы внимательно осматривал, и техдокументацию тщательно изучал. Плюс «газовик' в наплечной кобуре, да пара «стукачей» в кармане. Ни «сверчков», ни тем более «клещей» тогда еще и в помине не было. Выходили на технокрыс и прочих компьютерных бандитов, можно сказать, с голыми руками…