Владимир Гудошник – Дела Амурные.. (страница 1)
Владимир Гудошник
Дела Амурные..
До любви было далеко..
Крым. Симферополь. Начало 80 х. Я таксист, выехал во вторую смену. Пассажиров – кот наплакал. Все городские стоянки забиты коллегами. Но вот садится и ко мне пассажир, – О, да это девица! И с виду недурна собою. Покружили мы с ней по городу, вот она командует, на Некрасова! Это в старом городе, ещё не трущобы, но уже почти. Остановились, на счётчике 1.80. Порылась в каком – то подобии, напоминающим дамскую сумочку. Сообщает мне, – Денег нет, но дома есть три рубля, схожу, принесу!
Явно не принесёт, но такая наша таксистская доля – «когда густо, когда пусто». Выход один – ожидать. Долго жду, стемнело, а счётчик намолотил уже почти на трояк, как раз обещанный мне девицей. Дома все двухэтажные, обшарпанные так, что больно на них смотреть. Ушла она во двор через проход – проезд в виде туннеля, в таких дворах дверей у квартир и комнатушек и не сосчитать. Не будешь же ломиться в каждую поочередно, искать свою пассажирку.
Но и уезжать, не солоно хлебавши не хотелось, да и торопиться некуда – в городе работы нам сегодня таксистам нет, рабочий день, точнее уже вечер.
Включаю фары, начинаю заезжать в этот склеп, моя «Волга» с трудом протискивается, нажимаю на звуковой сигнал, эффект впечатляющий!
Не выдержала, наверно эту какофонию моя «незабудка», прибежала, глаза вытаращила,
– Ты чего, – говорит, – сигналишь?
Разглядел я её при свете фар, – Э, да не такая ты и красавица! Отвечаю,
– Чего, чего, деньги давай!
– Ой, ты знаешь, говорит, – ищу и не могу найти! Ты заходи, вместе поищем!
И глазами стреляет!
– Ага, – отвечаю, – чтоб вы там меня на колбасу перекрутили!
И уехал, опыт был уже как в чужие квартиры к «прелестным незнакомкам» заходить.
Вот и сразу вспомнилось приключение, которым не прихвастнёшь, разве что излить душу, 50 лет минуло, а до сих пор неловко вспоминать.
Фото на память.
Середина 70 х. В тот раз я водитель автобуса ИКАРУС ЛЮКС – 55. Рейс Севастополь – Харьков. В Симферополе, на автовокзале заходят пассажиры, диспетчер – «посадчица», так мы их называли, впускает людей и проверяет у них билеты. Опа! На одно место продано два билета! Разбираться нет времени, пора отправляться, ездим мы по расписанию, за опоздания на автостанции нас лишают надбавок за соблюдение графика! Лишней оказалась девчушка лет 17 – 18.
Мы ж не звери, на передние два места в салоне билеты в кассе не продаются, это места для отдыха второго водителя, ведь рулим по очереди, на автостанциях городов меняемся. Ну и посадили её на служебное сиденье. Когда я не рулил, сидел с девчонкой, ну болтали там о том о сём, общались в общем. Из Крыма выехали, стемнело, пошла уже настоящая «работа» – взять пассажиров, простите, «левых» или «грачей», выдернуть с них «перья», и уберечься от контролёров, которые обычно по ночам сидят на автостанциях, а которые и ездят на служебных «контрольных» Волгах. Все эти словечки наши, профессиональные. Так что не до разговорчиков было. Вот уже утро, подъезжаем к Харькову. Напарник мой Толик Кисеев, как и я молодой, нам по 25 лет. Парень душа – человек, никогда не унывает, с ним не соскучишься, один у него недостаток, но большой, болельщик он футбольный!
Вот выходят наши пассажиры, которые «спасибо» говорят, которые молча идут, вот все и вышли, а «незабудка» наша сидит и не думает выходить. А нам обратно отправляться в Крым в 22.00, через 12 часов. Надо же отдохнуть, поспать, 18 часов «пилили» эти 700 км, глаз не сомкнули и обратный путь такой же.
Спрашиваю нашу Лолиту,
– Ты чего сидишь?
А она мне не шепчет, а в лобовую,
– Идём ко мне, у меня квартира!
– Да мне спать надо, устал!
– У меня, – говорит, – поспишь.
А у нас в Харькове забронированы места в мотеле «Интурист» и автобус там стоит на стоянке, и платить не надо, путевой лист показал – получил ключ от номера.
Говорю ей в шутку, – А я не один, с напарником!
– Нет, – отвечает, – напарника не надо.
Отвёз нас Толян на нашем «ЛЮКСе» прямо к многоэтажке нашей «незабудки». Вошли мы в квартиру, 2 этаж, приличное жильё, мебель по тем временам хороша, как и всё остальное. Купил я бутылку вина, закуски. Присели, позавтракали. Меня начинает в сон клонить, я к ней, попытался обниматься,
– Нет, нет, – говорит.
А я и рад был, кажется. Тут же спать и увалился. Проспал недолго, может час, может два. Слышу, кто – то в квартиру ломится, ключами шурудит. На двери было три замка, но Лолита закрылась ещё и на здоровенный засов, оттого нас «тёплыми» и не взяли. А там за дверями шумят бабы какие то, а вот уже и мужиков слышно. Звонят непрерывно, вот уже и колотят со всех сил.
А моя Офелия даже в обморок не упала,
– Не боись, – говорит, – выйди на балкон, я им открою, это соседка принесла почту.
– Какой балкон, – говорю, там уже и на улице народ собрался, сейчас ментов вызывать начнут.
Уже полностью оделся, стою, готовлюсь отбиваться, за дверью маленькой комнатушки, наша героиня меня туда впихнула. Вот слышу, открыла и дверь и щебечет,
– Ой, я всю ночь не спала, ехала в автобусе, вот заснула и снится мне, что звонит телефон, а проснуться не могу.
Вот ушла соседка, сидим мы с ней как пионеры. Говорю ей,
– Вот скажи мне, зачем ты меня сюда притащила?
А она как не слышит,
– Ты мне свою фотку пришли, запиши адрес.
Стало ясно, что она ипанутая!
Я ноги в руки, ловлю такси и на автовокзал. А куда мне ещё? Ехать в мотель – путёвки нету, мой напарничек, болельщик хренов, укатил на автобусе на стадион, футбол смотреть. Так и просидел я на деревянной лавке до 9 ти вечера, не спавши.
Теперь подробно о квартире.
Владелец – профессор. Приехал в Крым отдыхать. В Советском районе у него жили родственники, у них Джульетта, закончила школу и поступила в Харьковский институт. Скоро 1 сентября, надо ехать в Харьков. Он даёт ей ключи, мол, поживи пока. А у него большая подписка на газеты и журналы. И чтобы почтовый ящик не забивался ещё одни ключи он дал соседке, чтобы заносила почту и цветы поливала.
Опять ходил на лезвии ножа, одни соблазны вокруг, уже не вспомнить, какая Офелия, какая Джульетта, но точно помню – Фроси мне не досталось! Хотя..
Не любовная история, хотя, почему же нет?!
Серёга и ТРОЛЛЕЙБУС.
Первый троллейбус Серёга увидел ещё мальчишкой, в конце 50х, когда его, троллейбус запустили. Прокатились они с мальчишками от Марьино до ж. д. Симферополя, улицы Гагарина и Москольца ещё не было, ехали вдоль поля. Ездить приходилось на троллейбусе редко, да и некуда, школа была под боком, особых проблем не было, не считая расстояния и грязи в непогоду. Но вот в 1961 году школа, бывшая начальной стала средней, так как получила территорию воинской части, которая была тут же, за забором. Пока казарму, бывшую в форме буквы «П» перестраивали, Серегин класс и все остальные перевели в 8 школу, проехать надо было пару остановок. Эта школа по сравнению со старой была громадной, многоэтажной и со спортзалом!
Несколько лет в Серёгиной жизни прошли незаметно от троллейбусной темы. Да и не было троллейбусов в марийских лесах, где он в конце 60 х в армии служил, да и в столице местной Йошкар – Оле тоже.
Но вот он устроился водителем пригородного автобуса в автопарк города Симферополя, а здесь уже троллейбусы на каждом шагу, путаются под ногами, бибикают, руками машут, это водители, в основном толстые тётки, бывшие трамвайщицы, год назад трамваи в Симферополе сняли с маршрутов, так они уже успели переучиться, но попадались и молоденькие, и довольно прехорошенькие. Общежитие автобусного и троллейбусного парка было в одном здании, так что жильцы там конечно же контактировали.
Серёга в общежитии не бывал, ребята делились рассказами, но про браки вестей не было. Но была одна водительница, очень заметная, у неё даже прозвище было в среде автобусников – «француженка». Черноволосая, а глаза! И не только глаза. А взгляд надменный, не зовущий, нет. А тут ещё Сергей перешёл на городские маршруты, так что частенько с ней взглядами встречались, когда их рабочие смены совпадали, он работал только во вторую смену, напарник учился в вечерней автошколе.
Как – то в выходной свой день с приятелем, случайно вошли они в троллейбус к этой крале. Володька, друг, знал, что Серёга «неровно дышит», глядя на эту девицу, и завязал с ней разговор. И вот пошло – поехало. Не знал он, куда попал, знал бы, соломки постелил, чтобы не так больно падать было. То, что она курит и выпивает, эка невидаль, то что она замужем, ну с кем не такое бывает, но муж то милиционер, лейтенант, хотя был бы сержант легче бы не было. Начали встречаться, в основном в кино ходили, в ресторан Сергей даже не догадался ни разу позвать, хотя денег было достаточно. Да он в это время не пил, не курил после хирургии, наверно поэтому и не приглашал. Бывало, что их смены совпадали и маршруты в каких – то местах пересекались. Уже темно, как – то едет по улице КИМ, глядь троллейбус знакомый до боли, № 252, маршрут 8, до посёлка ГРЭС, в сторонке стоит, штанги сняты, Таня к нему садится и поехали они до конечной. Пассажиров высадили и отъехали в сторонку, где темно. А пассажиры, точнее просто граждане, напрасно ждут, одни автобус, другие троллейбус.
Вот Татьяна уже переставила обручалку на палец левой руки, ушла, говорит, от мужа, вернулась в отчий дом. Жили они с сестрой и отцом в пятиэтажке, на Москольце, у них все коммунальные удобства, а наш герой довольствовался малым, домик, дворик, огород и удобства соответственно здесь же в 20 ти метрах, под рукой, но зимой приятного мало, зато какой воздух свежий!