Владимир Гриньков – Заказ на олигарха (страница 22)
– Разумеется, нет. А что? – ответила на это Люда с напряженной улыбкой, которая нисколько не украсила ее лицо.
– Люда, никто не сделает тебе ничего плохого, – произнес глухим голосом Баранов. – Я тебе это обещаю. Только ты скажи…
– Нет! – твердо сказала Потапова, даже не дослушав его. – Я же сказала – нет!
– Подумайте хорошо, – посоветовал стоящий у окна Хамза. – Потому что, если ваши ответы будут неискренними, возникнет вопрос, зачем вы лжете. Давайте лучше говорить начистоту.
Люда хмурилась и молчала.
– Вам известно такое кадровое агентство «Друг семьи»? – приоткрыл карты Хамза.
У Люды еще оставались пути для отступления. Но она не воспользовалась ни одним из возможных.
– Нет, я первый раз слышу! – ответила Люда с холодной решимостью лжеца, решившего отпираться до последнего.
Хамза сделал движение рукой. Ему тотчас передали тонюсенькую папку. Из этой папки он извлек несколько листков, один из них протянул Люде со словами:
– Это анкета.
Люда вчиталась в текст и покраснела. Это была ксерокопия анкеты, которую она год назад собственноручно заполняла в агентстве «Друг семьи».
– Мы можем устроить вам встречу с девочками из этой фирмы, – ровным голосом, без малейшего намека на угрозу сообщил Хамза.
– Ну и что! – дерзко ответила Люда, зло прищурившись.
– Это ваш почерк?
– Нет! – быстро сказала Потапова.
И стало понятно, что она до последнего будет все отрицать.
– В этом ничего страшного нет! – не выдержал Баранов. – Скажи им – и все дела!
Люда полыхнула злым взглядом. Ощущение было такое – будто ударила Баранова. Он смолк.
– Еще вопрос, – негромко произнес Хамза. – Не доводилось ли вам в последние год-два кардинально менять внешность? Так, чтобы мама родная не узнала.
Смотрел вопросительно на Люду. Та молчала. Тогда Хамза показал ей еще один листок. Ксерокопия фотографии Люды – когда она была совсем другой, нисколько не похожей на себя сегодняшнюю. Потапова только взглянула на фотографию и тут же отвернулась.
– Ты выйди, – попросил Хамза Баранова. – Подожди там, в коридорчике.
Баранов не посмел ослушаться. А следом за ним по молчаливой команде Хамзы вышли и трое «сопровождающих» – чтобы Баранов не оставался без присмотра. И теперь в палате оставались только Люда, Хамза и Китайгородцев.
– Я так понимаю, что Антона ты дурила, – сказал женщине Хамза. – И теперь при нем ты говорить не хочешь. Свои тайны у тебя. Но я – не он. От меня тайн быть не может. Я за безопасность Проскурова отвечаю. И я обязательно должен знать, почему ты так рвалась к Проскурову в обслугу. Итак, я еще раз спрашиваю: зачем ты год назад пыталась устроиться к нему на работу?
– Это что – допрос? – спросила Люда. – А вы кто такие? Вы из милиции? Вы имеете право меня допрашивать? Или это просто самоуправство такое? Так я в милицию заявление на вас напишу. О том, что вы меня похитили, что вы мне угрожали…
– Ну про угрозы – это ты загнула, – невозмутимо сообщил Хамза. – И про похищение. Тебя «Скорая» увезла, с заполнением всех бумаг, с оформлением формальностей. А что касается милиции… Скоро ты у них окажешься. Потому что сообщить о тебе туда – мой долг. На Проскуровых открыли охоту. Недавно было нападение. Заведено уголовное дело по этому факту. А тут ты со своей странной историей. Так что займутся тобой всерьез. Я просто без милиции хотел. По-свойски. Ты бы мне всю правду выложила и – до свидания. Я тебе под зад коленом, и иди на все четыре стороны. А с милицией так не будет. Им палки нужны, у них отчетность, с них раскрываемость требуют. Так что статью они тебе мигом нарисуют. И рожать ты будешь уже в тюремной больнице.
– А я аборт сделаю! – сказала Люда, с ненавистью глядя на Хамзу.
Ничего она ему не скажет.
Китайгородцев вышел из палаты. За дверью был один охранник. Баранов и его опекуны уже ушли. Сидели, наверное, в машине.
Через несколько минут из палаты вышел злой Хамза. Коротко бросил Китайгородцеву:
– Пошли!
Значит, и с глазу на глаз ничего ему Люда не сказала, подумал Китайгородцев. И тотчас Хамза эту его догадку подтвердил.
– Лживая сучка! – сказал в сердцах Хамза.
В его интонациях угадывались одновременно ярость и растерянность.
Он разговорил бы эту дамочку, не останавливаясь ни перед чем, – но тут был замешан работающий у него Баранов, и это обстоятельство путало Хамзе все карты.
– Я найду, как к ней подступиться, Роман Александрович, – пообещал Китайгородцев. – Я даже примерно знаю, как действовать.
Они подошли к кабине лифта. Хамза молчал, насупившись.
– Надо разыскать ее ребенка и ее мужа, – сказал Китайгородцев.
– Мужа у нее нет. Прочерк в свидетельстве о рождении.
– Я помню. И все равно надо разыскать. А еще ее родственников близких. Тех, кто с нею в контакте, если есть такие.
Пришел лифт. Старый лифтер в белом халате с невозмутимым видом распахнул дверь.
– А чего ты так стараешься? – спросил Хамза у своего спутника, входя в лифт.
– Баранова жалко, – коротко ответил Китайгородцев.
– Ты мне нужен! – сказал Петя Проскуров Китайгородцеву.
– Уезжаю я, дружище. Командировка у меня.
– Когда?
– Да прямо сейчас, – сказал Китайгородцев. – Сяду в машину и – в Муром. Не хочешь со мной прокатиться? – почти серьезно предложил он.
– Ты мне нужен! – проявил упрямство Петя. – Два часа займет. Туда – обратно.
Китайгородцев всмотрелся в лицо мальчишки. Вдруг вспомнилось, что давненько ему не доводилось читать переписку Pedro со Swiss’дой. Насколько далеко эта дамочка продвинулась в деле воспитания непутевого Pedro? И какие такие мысли она еще смогла вложить в его вихрастую голову?
– Далеко едем? – поинтересовался Китайгородцев.
– В Отрадное.
– К тебе домой?
– Не-а. Вещицу одну заберем и назад.
– Но не дома?
– Нет.
А где? Интересно.
– Ладно, поехали, – сказал Китайгородцев.
Он хотел взять «Хаммер» из проскуровского гаража, но неожиданно запротестовал Петя.
– Нам светиться ни к чему, – сказал мальчишка. – Надо быть попроще.
Взяли самую маленькую машинку. «Ауди ТТ». Два места. Шестьдесят тысяч долларов. Вряд ли они на такой машине будут неприметными в Отрадном, ведь это не Рублево-Успенское шоссе. Но никакого другого подходящего варианта не было.
– Как дела вообще? – спросил Китайгородцев.
– Нормально все, – коротко ответил Петя.
Хмур был и загадочен. Как какой-нибудь агент в шпионских фильмах.
Когда приехали в Москву, Китайгородцев хотел, как в прошлый раз, свернуть с Алтуфьевского шоссе к метро «Отрадное», но у Пети были свои соображения, и они проехали до станции метро «Владыкино», миновали промзону, на перекрестке повернули направо и оказались на небольшой безлюдной площадке: навес, рядом запертая будка, стенд с информацией для автолюбителей, в отдалении – закрытый на множество замков пункт технического контроля.