Владимир Готлейб – Элирм (страница 4)
– Эдвард, – Хоук пытался придать голосу максимально успокаивающий тон. – Ты ошибся с запятой. Не четыре целых семь десятых экзафлопса… а сорок семь.
Шесть часов спустя…
Генри Ллойд, он же Пакман, ехал в лифте в окружении людей в костюмах. Пять членов совета директоров во главе со Стэнли Морганом и три сотрудника Агентства Национальной Безопасности терпеливо ждали окончания поездки. На протяжении всего пути до лифта и вниз ни один из них так и не проронил ни слова, отчего несчастный Пак еще больше уверовал в то, что произошло нечто крайне неприятное.
– Мистер Доусон! – стоило дверям лифта разъехаться в стороны, как Стэнли выскочил наружу в поисках профессора.
– Да мистер Морган? – отозвался тот, не отрываясь от экранов.
– Постарайтесь объяснить, что у вас происходит?
– Небольшой программный сбой, – профессор продолжал вводить бесчисленные команды в терминал, не поворачиваясь к собеседнику. – Мы выясняем причину.
– Выясняем причину? – переспросил Морган чувствуя, как начинает закипать. – Меня не устраивает такой ответ, – глава совета директоров ухватился за подлокотник кресла и развернул ученого лицом к себе. – Позвольте напомнить: я выделяю вам семь миллиардов долларов! Обеспечиваю лучшим в мире оборудованием. Отбиваюсь от правительства и всех кому не лень, пока вы тут работаете в свое удовольствие и… Видите этих людей? – Морган кивнул в сторону сотрудников АНБ, стоявших неподалеку. – Эти господа считают ваш проект потенциально опасным и требуют немедленно заменить вашу Аду на продукт британских коллег…
– У них не искусственный интеллект, а жалкое подобие, – перебил профессор.
– Да мне плевать! Я слишком многое поставил на кон, чтобы выслушивать от вас про небольшой программный сбой. Который, судя по всему, чуть не угробил мне всю лабораторию.
– На самом деле, купол Ады спроектирован таким образом, что расплавилось бы только ядро, не причинив вреда окружающим, – встрял в разговор Пак.
– А с вами у меня будет отдельный разговор, – огрызнулся Морган. И повернувшись к Доусону, продолжил: – Через восемь часов состоится экстренный сбор членов совета директоров компании, на котором решится судьба проекта в целом и ваша в частности. За это время вы должны предоставить мне полный и подробный отчет о «небольшом программном сбое». С причинами, следствиями и предложениями по решению проблемы, вам ясно? Это же компьютер, черт возьми! Так покопайтесь в её мозгах и прочтите, о чем она думала.
– Архитектура строения Ады идентична мозгу человека, – голос профессора начал отдавать металлическими нотками. – Любая, даже самая простая мысль задействует одновременно миллионы нейронов, поэтому попытка читать её мысли сравнима с попыткой услышать соседа на фоне рева многотысячного стадиона.
– Я устал от вас мистер Доусон, – глава совета директоров сверлил профессора взглядом, скрестив на груди руки. – И предупреждаю: у вас осталось семь часов и пятьдесят восемь минут, чтобы выяснить и устранить причину сбоя. Если этого не произойдет к назначенному сроку – вы оба уволены. А проект «Ада» будет демонтирован и законсервирован до лучших времен. С последующей его передачей в военное ведомство, как только разберемся что к чему. Что она там говорила? Признать человеческую цивилизацию опасной и санкционировать тотальное уничтожение? Что ж, поздравляю вас, господа. По степени и качеству провала вы выбили десять из десяти. Даже нет, одиннадцать! По всей видимости, мир еще не готов к подобным технологиям. Раз и его создатели не готовы. И, думаю, мне не стоит напоминать, что по контракту все ваши разработки принадлежат не вам, а считаются интеллектуальной собственностью компании, поэтому любые попытки создать аналогичный проект у конкурентов приведут вас прямиком за решетку. Вам всё ясно? – последнюю фразу Морган бросил, направляясь в сторону лифта. – Найдите эту чертову ошибку.
– Эд… – протянул Ллойд, глядя вслед удаляющемуся начальству. – Кажется мы в заднице… И ты знаешь, сейчас самое подходящее время сказать фразу «я же говорил», но, пожалуй, я этого делать не буду.
– Да, я знаю. Спасибо.
Несколько часов спустя…
– Да черт тебя раздери! – в очередной раз психанув, Пак что есть силы вдарил кулаком по клавиатуре, отчего хрупкое оборудование разлетелось на куски. Не теряя ни минуты, пухлое тело ученого резво вскочило и бросилось в сторону очередного терминала, за которым работал один из аспирантов института – Ты! Да, ты. Брысь отсюда.
Заняв освободившееся кресло, Пак снова уставился в экран, восстанавливая хронологию событий.
– Эд, подъедь сюда. Давай еще раз.
Сидя в кресле, мистер Доусон оттолкнулся ногами от пола, покатившись в сторону Ллойда.
– Вот смотри. Время шесть двадцать три утра. Ада как обычно подслушивает разговоры коллег, сканируя вибрации с окна. Все нормально. Далее. Шесть двадцать пять утра, Хоук заходит в рубку, садится за терминал и загружает очередную порцию данных на обучение. Пока те грузятся, Ада рассказывает ему очередной анекдот. Тот смеется и уходит. Далее она начинает изучать загруженные данные. Полторы минуты все спокойно. И вот! Шесть двадцать семь утра. Ни с того ни с сего скачок мощности. Пять мегаватт, восемь, тринадцать, двадцать один… сто девяноста три! Откуда?
– Это я хотел спросить тебя: откуда? Наши генераторы не в состоянии выделить и десятой доли подобной мощности. Не говоря уже о том, что все до одного перегорели бы к черту. А они, как видишь, в целости и сохранности.
– Я не знаю, как это объяснить, – Пака явно раздражал сам факт того, что он был не в силах осознать природу данного феномена.
– Хорошо, – продолжил Доусон. – Если не получается объяснить логически, то давай попробуем пофантазировать. Какая, на твой взгляд, версия является самой нелогичной и фантастической?
– Даже не знаю… – Пак задумался, подперев рукой подбородок. – Хм. Беспроводное электричество… Может она научилась мифической технологии Николы Теслы? Или решила теорию физического вакуума Эйнштейна и научилась добывать энергию из пустоты…
– Как? Силой мысли?
– Ну, ты же просил самую фантастическую теорию, – проворчал Ллойд. – Ладно, что там у тебя? Нашел что-нибудь интересное?
– Да, но все это выглядит как какая-то бессмыслица, – Доусон откатился обратно к своему рабочему месту, выводя изображения на сотни экранов, облепивших стену. – Из всех триллионов операций мне удалось выделить именно те, на которых Ада особенно концентрировала своё внимание. Но это какой-то бред. Смотри, – Эдвард навел указкой на один из экранов по левую руку. – Вот тут она тратит полминуты на изучение всех мировых религий. Христианство, иудаизм, пантеизм, конфуцианство и так далее. А вот тут, – указка переместилась чуть правее, – вдарилась в мифологию. По какой-то причине её заинтересовали мифические цивилизации. Вот, гляди. Атлантида, Лемурия, Гиперборея, Асы…
– А это что? – Пак ткнул в экран чуть выше и правее.
– А тут она ищет любые упоминания о Дайе.
– Дайе? – переспросил Ллойд.
– Это мифическая исчезнувшая планета, которая якобы раньше находилась между Марсом и Юпитером. А пропав, оставила после себя лишь пояс астероидов.
– М-да… час от часу не легче, – протянул Пак, допивая остывший кофе, забытый кем-то из ученых. – И еще этот чертов отсчет, который меня нервирует. Что бы это значило? И что за Энроф-семнадцать?
– Согласно некоторым эзотерическим псевдоучениям, Энроф – это название физического слоя во Вселенной, которое характеризуется наличием трех пространственных измерений и одним временным. И якобы есть миры с гораздо большим количеством как пространственных, так и временных измерений. Вот только зачем всю эту муть загрузили в Аду, я не понимаю.
– Ага, а мы, получается, цивилизация под номером двадцать один? Значит где-то есть как минимум двадцать таких же, как мы?
– Да ты Шерлок Холмс. Вот только я бы не относился к этому серьезно. Не думаю, что Ада смогла найти хоть какое-то подтверждение подобным мистическим бредням, находясь глубоко под землей без доступа к внешнему миру. Напоминаю: в нашей локальной песочнице нет ни интернета, ни спутников, ни чего бы то ни было еще, что хоть как-то могло повлиять на работу системы извне. Скорее всего, это обычные баги, которые необходимо найти и исправить.
– Да знаю я, – скривился Пак. – Не учи ученого. Но у меня все равно от неё мурашки по коже. И вот это только подливает масла в огонь, – кружочек лазерной указки обозначил очередной экран с зацикленным видео ядерного взрыва и подписью: «Когда сияние тысячи солнц вспыхнет в небе, это будет подобно блеску всемогущего… – Я стану смертью, Разрушитель миров. Предупреждение 6 из 10».
– Цитирует Оппенгеймера. Причем неправильно, – отозвался Доусон, возвращаясь к работе.
– Стой! – не прошло и пяти минут, как Пак снова втиснулся в личное пространство Эдварда. –Прокрути назад! Вот. Второй ряд, третий экран слева. Что она делает?
– Сейчас посмотрим, – профессор замешкался, выбирая нужный экран. – Хм, проводит симуляцию формирования молекулы ДНК человека… А теперь воссоздает организм полностью и… ЧТО? Пак, ты это видишь?
– Вижу, вот только не понимаю.
– Она моделирует процесс эволюции. В обратном порядке. Интересно.
Оба ученых уставились в экран монитора, на котором воссозданный Адой Homo Sapiens стремительно менялся во внешности, путешествуя назад в прошлое. Привычные людям черты лица грубели. Нос становился шире, лобные кости толще, а сам человек постепенно уменьшался в росте, при этом заметно прибавляя в мускулатуре, что стремительно приближало его к образу пещерного человека.