Владимир Готлейб – Элирм V (страница 4)
– О, а я ведь только сегодня утром видела вас по телевизору! – обрадовалась Элли. – Эо, Герман, Мозес, Илай, Локо и Глас Эстир. Да, точно. Ох, и задали вы жару Небесному Доминиону! Спасибо вам за это. Хорошие вы парни, достойные. Многим из нас подарили надежду. А лично тебя, провидец, я вообще обожаю. Среди всей вашей группы ты – мой любимчик. Вот только тот эпизод с унитазом явно был лишним.
– Сердечно благодарю вас, мадемуазель, – вежливо поклонился тот, прижав к груди шапку-ушанку.
– Так, ну ладно, – похлопала себя по бокам женщина. – С каждым из вас поболтать мы еще успеем, поэтому, пока есть время до ужина, проходите и располагайтесь. И вот, возьмите ключи от ваших комнат. Мы решили не расселять вас по отдельности, а расположить сразу всех вместе в западной башне. На каждом из семнадцати её этажей по четыре комнаты плюс единый для всех общий зал, поэтому свободного места у вас будет более чем достаточно. Собственно, как и полагается согласно вашему статусу. Вот, прошу, – Элли принялась раздавать нам ключи. – Эо, Герман, Глас и господин Гундахар. Ваши комнаты расположены на самом верху. Локо, Мозес, Илай и Готэн, вы будете жить этажом ниже…
– В подвал пока доступа нет. А будешь выпендриваться – сгною. Я тебе не горничная и уж точно не пухлая тетка, – ласково промурлыкала та. И не знаю почему, но её слова звучали куда более устрашающе, чем все угрозы Фройлина вместе взятые.
– У тебя и так уже комната с видом на океан.
– И камин.
Глава 2
Преодолев внушительную территорию крепости, я поднялся на самый верх западной башни, отворил ключом массивную дубовую дверь и вошел в комнату. Затем повернулся направо и плавно опустил вмонтированный в стену металлический засов, отчего вся конструкция на мгновение полыхнула защитными рунами – «закрыто».
Вот я и остался один.
Хангвил, он же Заранда, предпочел общество Элли и повара. Судя по всему, доносящееся со стороны кухни аппетитное шкворчание и вкусные запахи заинтересовали его куда больше, нежели внутреннее убранство моей комнаты. А зря. Изнутри она выглядела значительно лучше, чем могло показаться на первый взгляд. Я бы даже сказал, что в ней присутствовал намек на роскошь.
Большая, площадью метров в восемьдесят, она была сплошь обставлена тяжелой громоздкой мебелью, выполненной из цельного древесного массива и украшенной кельтской резьбой. Прямо как корпус Велнарина перед последним апгрейдом.
Два кожаных кресла с приставным столиком посередине, что стояли напротив чадящего камина, большой шкаф, кровать, комод, две прикроватные тумбы и подвешенные за цепи книжные полки – это первое, что бросилось мне в глаза. При более детальном рассмотрении, я также обнаружил: стойку для брони, три подставки для оружия, небольшую кухоньку с раковиной и холодильником, алхимический уголок, где также имелось два сундука (один – для ингредиентов, второй – для готовых зелий), письменный стол, сейф, специальный разъем для подзарядки инвольтационных батарей и наконец ванную комнату.
Наличие последней порадовало меня больше всего. Как сама чугунная ванна с унитазом, так и шкаф-зеркало, внутри которого я откопал черный махровый халат, точно такие же тапочки, полотенца, мыльные принадлежности и дюжину рулонов туалетной бумаги.
В общем, мне нравится. Чисто, уютно, комфортно. Прямо как дома.
Возле выхода на террасу мирно потрескивает поленьями широкий камин, чьи боковые ниши буквально до отказа забиты дровами. Ноги по щиколотку утопают в пушистом ковре, а каждая из стен комнаты украшена декоративным оружием и картинами. Я даже видел свисающие с потолочных балок пучки растений, что испускали по комнате на удивление приятный аромат. Кажется, это были вереск, лаванда и душистый табак. Интересное сочетание.
Сбросив с себя залитое кровью тряпьё, я шагнул в ванную комнату, включил набираться воду и на минуту остановился перед зеркалом, вглядываясь в своё отражение.
– М-да, ну и рожа…
Некогда аккуратно подбритая по краям щетина, что за прошедшие недели успела мутировать в щетку для обуви, спутавшиеся сальные волосы, по-прежнему кровоточащие порезы от высеченных божественной сталью искр и темно-серые, почти черные, круги под глазами. Да еще и ногти отрасли как у бомжа. Не говоря о том, что от тоскливых посиделок в грязи мои бедра, поясница и задница целиком покрылись слоем глины, что теперь высохла, потрескалась и осыпалась хлопьями на каждом шагу.
Нет. Так дело не пойдет. Надо срочно привести себя в порядок.
Покосившись на медленно заполняющуюся ванну – еще минут десять – я разочарованно вздохнул и вышел из уборной. Затем прошел через комнату и аккуратно присел на кровать, стараясь не испачкать собой всё вокруг.
Кажется, только сейчас я начал понимать, насколько сильно устал.
Прохождение Белфаласа, инцидент на Площади Мира и беготня по улицам города. Избиение в Туллиануме, побег из него, битва в Натолисе, встреча с отбитым на голову психопатом Сакуалом Ханом и чудовищно экстремальные гонки по пустошам. Ремонт «Стрижа», воздушный бой один на один против целого флота, крушение и наконец сражение с Небесным Доминионом, что по степени размаха и эпичности наголову превзошло всё остальное.
Все эти события просто не могли не сказаться на физическом состоянии.
Несмотря на высокий показатель выносливости и сверхъестественную способность к регенерации, я ощущал, что буквально всё моё тело ноет и болит. Начиная от пяток и заканчивая кожей на черепе. Словно я и не воплощенная пародия на супергероя, а выползший из подворотни человек-синяк.
И это что касается телесной боли. Про душевную я вообще молчу. Хотя…
…
Синяя кожа…
…
Черные волосы…
…
Плавные изгибы тела…
…
Упирающиеся в мои плечи длинные ноги с элегантными золотыми браслетами на щиколотках…
…
«Нет. Всё. Прочь из моей головы! Я не собираюсь о тебе сейчас думать».
– Проклятье!
Рассердившись на собственную слабость, я наклонился вперед и подобрал с пола сверток с вещами. Почему не переместил его сразу в «Хранилище», а тащил всю дорогу в руках – без понятия.
Стихиалиевый Глидер, Цестус, броня и сломанный пополам посох Сольдбис. Оружие, изготовленное гномом Аррасом из той самой трубы, что когда-то давно я добыл на борту «России-семнадцать».
Забавно. А ведь именно с ней я шел в первую атаку на вожака рыхлов-трупоедов. Причем боялся монстра до жути. Настолько, что моё сердце было готово выпрыгнуть из груди. Но зато теперь тот паучок для меня не опаснее цыпленка.
Сложив сломанные части посоха вместе, я аккуратно положил их на подставку для оружия. Пускай полежат пока тут. Как напоминание о том, через что нам вместе довелось пройти. Как и о том, что некоторые вещи лучше не восстанавливать.
Я не стану его чинить. Наоборот. Извлеку из него всё самое ценное, попросив кузнеца Арраса достать сердцевину артефакта, после чего проделаю то же самое с подаренным Германом навершием. И уже тогда буду думать над тем, какое оружие проапгрейдить следующим.
Помнится, Август говорил, что внутренности артефакта можно встроить куда угодно.
Я аккуратно взял в руки Стихиалиевый Цестус.
По сути, это не только магическая побрякушка с уникальной способностью «Без границ», что позволяет временно наделять иллюзии физическими свойствами, но и вспомогательное оружие. Точнее – боевая перчатка.
Собственно, чем не вариант? Внедрить в артефакт свойства посоха, добавить металлические заклепки, пластины и заточенные лезвия над костяшками пальцев. Вот тебе и спхайрай. Некогда запрещенное оружие среди гладиаторов. А если еще и получится изготовить шипы из адамантии или божественной стали, то тогда я вообще смогу забивать противников всего одной парочкой крепких ударов.
Весомый аргумент. Особенно если учесть, что в силу обстоятельств мне раз за разом приходится вступать в ближний бой.
– Хм-м-м…
Глядя на Цестус, я снова почувствовал, как мои мысли устремились не в ту степь. Так и знал, что это будет происходить, как только я останусь один. Это с друзьями я был вынужден подавлять любые терзания и держать себя в руках, а вот оставшись наедине с собой…
…
Ожившая иллюзия…
…
Способность «Без границ»…
…
«Заряд стихиалиума – двадцать три и семь десятых процента»…
…
«Так, Влад. Отставить! Даже не думай».
…
– Ай, к черту!
Я напрягся.
Алекса материализовалась передо мной в точности такой, какой я успел её запомнить. Синяя кожа, угольно-черные волосы, длинные ноги… невероятно привлекательное полуобнаженное тело…
Всего одно мгновение, и концентрация витающих в воздухе феромонов разом превысила все мыслимые и немыслимые пределы. И это было странно. Странно потому, что её предательство вовсе не отбило у меня то самое желание, а скорее наоборот, еще сильнее усилило, но при этом сделало его каким-то противоестественным. Болезненным. Когда одновременно ненавидишь, но при этом изо всех сил борешься с желанием сорвать с неё проклятую одежду и грубо толкнуть на кровать.