Владимир Готлейб – Элирм II (страница 8)
– Угу. Заберешь, а затем купишь на аукционе, что попрошу.
– Не понял. Зачем столько лишних телодвижений?
– Так я по-прежнему в кабале. Трону тубус и вместо пятисот золотых получу триста восемьдесят. Сто из них автоматически спишется в пользу Стаса, и еще двадцать процентов от суммы я заплачу в виде комиссии за перевод.
– Вот это попадалово… Ладно, без проблем, – Герман снова запустил руку в сундук.
В ту же секунду интерфейс NS-Eye мигнул оповещением:
– Тьфу ты! Не сработало! – во мне опять вскипело негодование.
– Хм, – качок с недоверием посмотрел на ладонь, будто бы это она нечаянно выдала осечку. – Странно. Наверное, это потому, что награды именные?
– Да, скорее всего, – я нервно ходил взад-вперед, с удовольствием пиная попадающиеся на пути конечности мертвецов.
– А долго еще выплачивать?
– Не очень, чуть менее шести столетий.
– Дерьмово.
– Во-во. И главное, с этим уже ничего не поделаешь.
– Уверен? Быть может, все-таки найдется какой-нибудь способ? О котором мы доселе не знаем?
– Разве что Стас, он же Амон Гёт, самостоятельно не откажется от права требования. В чем я лично сильно сомневаюсь. Особенно после того, как благодаря нашему с Августом участию нечаянно обнулился его младший брат, приняв перед смертью роскошную ванну серной кислоты.
– Ох, – Германа аж перекосило. – И слава богу, что этот сумасшедший ублюдок сдох. Извращенец конченый. У него, видимо, были какие-то врожденные проблемы с потенцией, и он как Чикатило раз за разом втыкал лезвие ножа прямо туда и будто бы им…
– Так. Я понял, не продолжай, пожалуйста.
– Сам не хочу. Бр-р-р, и как таких людей Земля носит?
– Носила, – поправил я. – Теперь они перекочевали сюда.
В попытке отвлечься я присел рядом с танком и принялся разглядывать один из полученных в награду камней, справедливо рассортированных по двум одинаковым кучкам.
– И снова ничего не понятно… – я прервался на полуслове, переключив внимание на валяющуюся неподалеку булаву, над которой висела видимая лишь мне одному строка загрузки: восемьдесят семь процентов. – Какие-то детали и магические усиления, но для чего они? Как использовать, в какой области применять?
– Меня больше интересует, сколько они стоят, – отозвался напарник, пристально рассматривая отливающую фиолетовым руну Линат. – Интуиция подсказывает: это самое ценное, что было в сундуке.
– Думаешь?
– Угу. Без удвоенного коэффициента награды «первооткрывателя» их было бы не по две штуки каждого вида, а по одной. В связи с чем возникает вопрос: стоит ли рисковать своей жизнью и сражаться с толпами мертвецов ради шестерки неказистых кусочков базальта?
Я бережно отложил камень в сторону, поменяв его на другой.
– Да, скорее всего. Однако просиживая задницы на дне темного колодца, правды мы никогда не узнаем. Следовательно, возникает вопрос: ты придумал, как будем выбираться отсюда?
– Я? – удивился Герман.
– Ты.
Наконец, чудовищное оружие мигнуло в последний раз и исчезло.
– Кто говорил, что придумает способ, как перебраться через эти высоченные стены?
– Ах да. Я и забыл.
Качок медленно встал, отряхнулся, распихал по карманам награду и деловито направился в сторону восточного края арены. А приблизившись вплотную, принялся поочередно простукивать каждую из колонн.
Минут через пятнадцать я наконец не выдержал и ехидно поинтересовался:
– Тайник хочешь найти?
– Нет. Подумал, если мы отыщем более-менее хрупкий участок, то возможно с помощью телекинеза и сейсмики получится его разбить. И выбраться на волю. Или, в крайнем случае, повтыкать в камень колышки и по старинке взобраться наверх. Как альпинисты.
– Понял. А простукивать-то зачем? Обычно это делают с целью обнаружения пустот, однако перед нами сплошной целиковый монолит.
– Не знаю. В кино видел. И вообще, может хватит умничать? Лучше иди сюда и помоги.
– Сейчас, дай только сундук заберу. Пригодится.
Я прицелился.
Геометрические линии и символы на руках вновь разгорелись зеленым, готовясь к применению столь полюбившегося мне заклинания.
Щелк!
– Ой…
Стоило запрятать драгоценный контейнер в «хранилище», как вновь глубоко под землей зашевелились древние механизмы.
Кажущиеся неприступными стены арены медленно поползли вниз.
– Мне не послышалось? – поинтересовался Герман. – Ты сказал «ой»?
– Под сундуком была кнопка, – я стыдливо проигнорировал вопрос, поправляя лямки бронированного рюкзака, а затем поискал глазами Пунью. – Хангвил, по коням. Отправляемся!
Хлоп!
– Тьфу! – я сплюнул клок рыжих волос. Фамилиар телепортировался прямо в прыжке, нечаянно зарядив мне увесистую оплеуху.
– Уа!
Танк сделал вид будто бы ничего не заметил и отвернулся, однако глядя на его мелко дрожащую спину, догадаться было нетрудно – он ржёт.
«Прекрасно, просто прекрасно. Дважды опозорился менее чем за минуту», – подумал я.
Тем временем гигантские многотонные цилиндры медленно опускались. Тридцать метров, двадцать, пятнадцать, десять. На пяти глаза резко ослепило вновь показавшееся закатное солнце. А на полутора мы увидели силуэты стоящей по периметру группы людей. Навскидку их было человек восемь.