Владимир Горбань – Флешка на миллиард. Иронический детектив (страница 2)
Семен Аркадьевич шел не спеша, дыша после мелкого дождя приятным влажным воздухом, рассматривая витрины магазинов, торговых центров и столики летних кафе. Он двигался по правому тротуару широченной О ’ Коннелл – стрит, улице по внешнему виду напоминающей Елисейские поля в Париже. Магнат шел в сторону реки Лиффи, рассекающей ирландскую столицу на две большие части. В Дублине через эту довольно неширокую водную артерию построено 24 моста. Наиболее известные и красивые из них: мост Джеймса Джойса, мост О Коннелла, мост Сэмюэла Беккета, мост Франка Шервина, мост Шона Хьюстона, мост Полпенни.
Миновав великолепнейший мост О Коннелла, Семен Аркадьевич свернул направо. Теперь до Темпл-Бара, одного из старейших кварталов Дублина, оставалось совсем недалеко. Темпл-Бар – место уникальное! Узкие улочки, небольшие магазинчики, крошечные театрики и, конечно же, знаменитые на весь мир пабы. Пабы, пабы, пабы… пиво на любой вкус и размер кошелька. Пабы слева, пабы справа, пабы спереди и сзади… и легендарный паб Brazen Head, открытый в 1198 году. Именно в этот паб и пришел Семен Аркадьевич Леснянский. Именно здесь в Brazen Head он назначил встречу своему старому приятелю, однокурснику по университету, известному профессору – генетику Юрию Федоровичу Торсунову. Леснянский пришел загодя…
Магнат взял пинту ароматного Гиннеса и во внутреннем дворике паба удобно уселся на деревянный стул за просторным свободным столиком у стены. Убранство этого паба всякий раз способно удивить своим изяществом и седой стариной даже самого бывалого посетителя пивных заведений. Вот и теперь Лиснянский с интересом рассматривал старинные фотографии, вырезки из газет, предметы средневекового инвентаря, замысловатые медные таблички…
Brazen Head официально признан самым старым пабом Ирландии. В конце XII века на этом месте располагалась таверна, а при ней известный на весь Дублин бордель. И работала в этом борделе рыжеволосая девушка по имени Фиона. Она отличалась своей невероятной красотой и умением ублажать мужчин, слава о ней распространялась далеко за пределами Дублина. Но однажды в город пришла война. Всюду стреляли. Люди прятались в укрытиях. Но Фиона была очень любопытна. Из окна борделя она с интересом наблюдала за исходом боя. И шальное ядро снесло ей голову. Медноволосую голову… Brazen Head – в переводе с английского языка – медная голова…
Такую вот грустную и поучительную историю вдруг вспомнил Леснянский. Часто бывает, что любопытство сопряжено со смертью! Впрочем, возможно, это всего лишь красивая легенда. Были ли в конце XII века в Ирландии артиллерийские орудия, способные стрелять ядрами?
И в этот момент у Семена Аркадьевича зазвонил мобильный телефон.
– Алло! – густым басовитым голосом произнес магнат. – Да, старик, я уже на месте… да, как обычно, во внутреннем дворике… хорошо, не суетись, я подожду…
Юрий Федорович Торсунов появился минут через двадцать. Он был очень рад встрече со старым приятелем, долго жал руку Леснянскому и долго извинялся за неумышленное опоздание.
Пиво их мало интересовало, оба были небольшими любителями этого хмельного напитка. Интересовал разговор.
– Понимаешь, старик, – почти шепотом произнес Леснянский, – я человек не бедный и достаточно известный. А в стране, где я живу, мало, кто умеет хранить тайны. Хотя, может быть, никакой тайны и нет, а я себе все это просто нафантазировал?
– Ты действительно хочешь знать правду? – Торсунов сурово сдвинул брови. – Все не можешь забыть свою Наташу?
Наташа была их сокурсницей. Высокая светловолосая девушка с точеной фигурой гимнастки и пронзительными зелеными глазами. Леснянский, наглухо потеряв от любви голову, закрутил с ней роман после третьего курса в стройотряде. Роман, который неминуемо должен был закончиться свадьбой. У Наташи было много ухажеров, но она полюбила Леснянского. Полюбила стремительно и пылко. Полюбила каждой клеточкой своего нежного и упругого тела…
Но случился между Наташей и Семеном раздор. По молодости, по глупости, по юношеской вспыльчивости. И Наташа уехала. Уехала в другой город, перевелась в другой университет. Банальная, в общем – то, история.
А Леснянский через несколько лет женился. Женился не по любви, а с выгодой для себя. Тесть, будучи крупным министерским чиновником, здорово помог ему. Помог создать и раскрутить выгодный бизнес, сведя с нужными людьми из нефтяной отрасли, помог на первом этапе большими деньгами и важными советами. Елена, жена Леснянского не блистала красотой, но была умна, хорошо образованна. Она мужа любила и многое ему прощала. Но за девять лет семейной жизни Семен с Еленой детей не нажили. Врачи нашли у Леснянского мужское бесплодие. И лечили, лечили, лечили в самых дорогих и элитных медицинских клиниках… но все безрезультатно. А потом умер тесть и через полгода Леснянский развелся со своей супругой, отписав ей половину тогда еще не такого большого своего благосостояния. Проходил в бобылях Семен Аркадьевич недолго. Такие, как он женихи на дороге не валяются. И довольно быстро появилась в жизни Леснянского новая пассия – Виолетта. Она была моложе Леснянского на двенадцать лет, алчная цветущая блондинка шикарной модельной внешности. И Семен Аркадьевич спустя год заново женился. Это был брак по расчету с обеих сторон. Ей были нужны его миллионы, ему смазливая кукла для выхода в свет. Так они и жили, без особых проблем и бездетно по обоюдному согласию…
– Понимаешь, старик, – Семен Аркадьевич отставил стакан с пивом в сторону, – годы летят. Скоро полтинник и никакие миллионы меня уже не радуют.
– Понимаю. Но как ты нашел Наташину дочь?
Леснянский криво усмехнулся:
– Старик, с моими – то возможностями?! Ее зовут Вера. И она работает доцентом в том же университете, который мы с тобой оканчивали! И даже, прикинь, на той же самой кафедре!
– И она похожа на Наташу?
– Она похожа на меня, старик! И главное, сроки, понимаешь, совпадают!
– А что с Наташей? Ее ты видел?
– Нет. Наташа умерла. Три месяца назад. Она погибла при загадочных обстоятельствах и следствие еще не закончено…
Наступила неловкая пауза. Торсунов отвел глаза в сторону…
– Старик, – вновь зашептал Леснянский, – вот ты мне скажи, как специалист, мог у меня быть ребенок? При моем общепризнанном бесплодии?
– Мог!
– Но я же… я же…
– Понимаешь, существует несколько причин. Иногда все дело кроется в банальной биологической или иммунологической несовместимости супружеской пары. Вы пробу Курцрока – Миллера делали?
– Старик, не забивай мне мозги! Скажи мне другое, ты сможешь мне помочь? Сможешь провести генетический анализ на отцовство? Понимаешь, я не хочу делать этот анализ на стороне. Не хочу огласки. Всюду глаза и уши! Я мало кому доверяю! И ты, Юра, один из немногих! Ты мой однокурсник, старый приятель! У тебя лаборатория в Дублине. Могу я на тебя рассчитывать, старик?!
– Можешь, – медленно произнес Торсунов. – Но мне понадобится для анализа генетический материал.
– Да, конечно! Я все предусмотрел! И я привез генетический материал. Свой и Наташиной дочери. Ты же догадываешься о моих возможностях?! Все это хранится у меня в гостиничном номере, старик! Это недалеко отсюда! Как быстро ты сможешь сделать этот анализ?
– За пару дней я вполне управлюсь.
– Вот и отлично! Сколько тебе нужно денег?
Торсунов криво усмехнулся:
– Я со старых друзей денег не беру! Ты сколько еще времени пробудешь в Дублине?
– Да сколько будет надо, столько и пробуду! Понимаешь, старик, я почти уверен… нет, я абсолютно уверен, что Вера – моя дочь! Я это чувствую на каком-то необъяснимом физическом уровне. – Леснянский был крайне возбужден, что являлось для него, прожженного бизнесмена не характерным состоянием. – Но мне, понимаешь ли, нужны реальные доказательства!
– Будут тебе доказательства! Будут…
Глава 3
Жизнь любовников – это почти всегда сплошная конспирация. Встречаться и проводить совместно время им приходится, надежно прячась от посторонних глаз. В гостиницах, на съемных квартирах, а иногда и вовсе в неподходящих помещениях…
В начале лета Виолетта Павловна Леснянская с большим размахом и шиком отпраздновала свой тридцать шестой день рождения. Торжество провели в Париже, гостей было много, на этот случай Семен Аркадьевич даже снял небольшой отель в центре французской столицы. Виолетта выглядела шикарно: высокая длинноволосая зеленоглазая блондинка с тонкими чертами лица, зеленоглазым взором, сочными губами, высокой грудью, прямой спиной, тонкой талией, стройными длинными ногами и безупречной кожей. Сказывались генетика, лечебная физкультура, массаж, диета, косметология, пластическая хирургия и прочие хитрости, которых много у женщин, не ограниченных в свободном времени и материальных средствах.
Торжество удалось на славу. И все же Виолетта была явно в плохом настроении, на банкете она много грустила, мало пила, принимала подарки с грустным лицом и совсем не танцевала, что многим показалось удивительным. Повод для грусти, хандры и плохого настроения у Виолетты имелся внушительный. Незадолго до отлета в Париж она познакомилась со смазливым двадцатилетним парнем. Познакомилась случайно на выставке в картинной галерее. Парень сам подошел к ней, очаровательно улыбнулся краешками тонких губ, представился Игорем, начинающим художником. Он был высок, худощав и пластичен, бледен лицом, носил длинные черные волосы, в глазах его больших и черных зияла безмерная грусть. И Виолетта Павловна влюбилась. Моментально и страстно, как девочка…