Владимир Гончаров – Красавица и чудовище (страница 16)
Не знаю почему, но укрывшись бронёй ставшего таким родным БТРа, мне стало холодно. А может причиной тому стали новые раны, которые, теперь обильно покрывали Хотника, в дополнении к уже зарубцевавшемуся следу когтей добавилось, почти полное отсутствие кожи на спине, нескольких серьёзных ран на груди, большая дыра в шее, на месте кадыка. Влад стал человеком без лица, кожу и мясо с костей как будто аккуратно сняли скальпелем, из-под повязки белели кости, и немногие оставшиеся мышцы.
Влад лежал на лавке на животе, БТР снова вела Наташа, а я сидела рядом, и всё пыталась понять спит Влад или нет. Теперь стало затруднительно это определить.
«Я не сплю, во тьме тяжело спать, хотя я уже однажды был слеп» — Голос прозвучал у неё прямо в голове, и её несколько насторожило.
— Влад это ты только что сказал.
«Мой кот сейчас как раз спит, так что это точно я, а может быть проявления шизофрении» — В его голосе послышалась насмешка. Это было странно, прежде чем Влад начинал говорить в голове появлялся странный зуд, обычно чешется, что-то снаружи, а тут чесалось, что то внутри черепа.
— Ты что телепат?
«Нет, конечно, просто я транслирую вибрацию своего голоса в маленький микрофон, что незаметно ввёл тебе в среднее ухо».
— Что? — Вскинулась я, представляя, как Влад огромной иглой….
«Спокойней, мы с тобой заключили контракт, и между нами образовалась связующая нить, именно ей я пользуюсь, что бы общаться с тобой».
— Скажи почему, почему ты это сделал? — я чувствовала, что срываюсь на истерику, но ничего не могла с собой подделать. Все те раны, нанесённые Владом фактически самому себе выбили меня из колеи.
«Я делаю то, что считаю нужным, я заключил договор, а это много, мне надо было вернуть её в жизнеспособное состояние, душевные раны я залечил, но раны физические, ни куда не делись, или ты мне предлагала оставить её без глаз и лица».
— Зато теперь без глаз и лица остался ты! — Вырвалось у меня, если честно мне было плевать на незнакомую мне девочку, мне было плевать, что тут разразится война. Но сейчас глядя на дрожащего, на своей лавке Влада, мне хотелось плакать.
«Так это не навсегда, уже через две недели я буду как новенький, а через два месяца снова смогу видеть» — в его голосе проскользнули понимающие нотки. Хотя какой голос может быть в голове.
— Как не навсегда? — С недоверием переспросила я, все мои медицинские знания противопоставлялись той надежде, которую дарили слова Влада.
«Я старшая душа, это звучит странно, но даже убить меня весьма не простая задача. В идеале надо отделить голову от тела, или нанести серьезный вред душе.
— Как Дункан Маклауд, что ли? — не удержалась я от улыбки.
«Ты обо мне слишком хорошего мнения» — а ведь такое сравнение ему явно польстило! — «Кровью я истечь все-таки могу. Да и если в моих жизненно важных органах наделать дыр я загнусь быстрее, чем они восстановятся… Да и память выпивать я не умею» — попытался он отвлечь меня от мрачных мыслей, — «Другое дело, что те раны, которые оставили бы простого человека калекой, на мне заживают как… Хм, как на мне. Рука, например, у меня отрастёт за пол года»
— Почему ты не сказал мне раньше — Я злилась на него, он заставит меня волноваться, хотя всё ещё где то внутри было некоторое не доверие.
«А ты бы поверила? посмотришь на меня через две недели».
— Хорошо, тогда давай без сказок про магию, что ты делал? — Постаралась успокоиться я.
«Знаешь Мария, ты должна была за это время уже понять, что этом мире, возможно, многое. Может быть, возможно, всё. Так вот тут магия может существовать, хотя я ей не владею. Всё, что я делаю просто способности старшей души, но я знаю людей которых можно назвать магами».
— Ты впервые назвал меня по имени!
«Правда» — мне показалось, что Влад смутился, и он тут же сменил тему. «У меня есть теория, что мир, в который мы попали это промежуток между двумя параллельными мирами, уже не наш мир, но ещё и не другой. В поселении ты не заметила ничего странного?».
— Если делать скидку, на то место, в котором мы находимся, только полное отсутствие маленьких детей при таком количестве девушек и женщин. — Усмехнувшись, ответила я.
«В этом мире, невозможно иметь детей, если быть точным дети рождаются, но такой ребенок, ни когда не закричит, ни когда не будет ходить, ни когда не заговорит, дети этого мира не имеют самого главного, души»
Следующие две недели прошли спокойно, мы продолжали отдаляться от поселения всё дальше и дальше. Влад почти не вставал, хотя основной трудностью для него в этот период его жизни был приём пищи, не буду рассказывать, как ест человек, у которого нет щёк.
С каждой перевязкой я с удавлением наблюдала, как на почти голую кость нарастает мясо и хрящи, и постепенно к Владу возвращается его внешность. Через неделю он смог говорить, три дня назад он решил в первый раз самостоятельно выйти наружу. А сегодня о его ранах напоминает только неестественно розовая кожа на лице.
Я сидела, на броне, сжимала автомат, и цепко оглядывала окрестности, охраняя Влада. Влад же теперь лежал на том месте, где когда то загорала я, подставив лицо солнцу, он дремал, сжимая в одной руке рукоять катаны.
Не думала, что мы так быстро поменяемся местами, от автомата Владу пришлось отказаться. Пускай он мог, как-то ориентироваться даже не имея глаз. Но первые пробные стрельбы показали, что если мишень дальше двадцати метров Влад начинал нещадно мазать. И вот теперь Влад дремал, а я его охраняла.
Если честно я не очень понимала, от чего его собираюсь охранять. Наверное, эти два часа мне хотелось, просто побыть с ним наедине, и только сейчас, когда из бескрайнего поля, мы въезжали в город, моя охрана становилась целесообразной.
Хотя это был не город, скорее посёлок городского типа. В этот момент Влад подхватился, наверное, если бы на его глазах не было повязки, я бы увидела, как он удивлен. Он сказал одно единственное слово.
— Одиннадцатый, — это звучало удивленно и как-то недоверчиво. Он сорвался с брони, и невероятно быстро побежал в сторону города, обгоняя несущийся добрые, пятьдесят километров в час броневик.
То, что я попал в другое место, отличное от того в котором был, я понял сразу. Новые запахи шибанули в нос посильнее, чем шестопер рыцаря. Я попытался зажать нос пальцами, но это не очень помогло.
Когда я открыл глаза, первой мыслью было, лучше бы я их не открывал. Солнце раскольной сковородкой ударило в них, отозвавшись жуткой головной болью. Я приподнялся и увидел что лежу на чём-то чёрном и твёрдом, похоже материал покрывал дорогу. Вот только таких дорог я ещё не видел, чёрное полотно с нанесенными по центру белыми прерывающимися линиями.
Странные квадратные коробки, видимо дома, а по кругу меня обступали три кота-душегуба. Само по себе это было не страшно, если бы ни размер обступивших меня тварей, они были раз в десять больше тех, что обитали у меня на родине.
Я проворно вскочил на ноги, потянулся к луку за спиной. Лук рассыпался у меня в пальцах древесной стружкой. Вот теперь точно конец, остался только короткий кинжал на поясе, пригодный разве что зарезаться.
Медленно поднявшись и встав на ноги, сделал два шага назад и побежал, уже понимаю всю честность этой попытки. А кошки азартно прыгнули за мной, одна походя, зацепила лапой, не выпуская когтей. Потеряв равновесие, я разодрал колени об это странное покрытие местной дороги, однако всё же не упал.
Выбиваясь из сил, я побежал, что было мочи, вот только даже эльф, не сможет убежать от кошки. Боль в спине от удара, пришла не сразу, а когда пришла, я смог сделать только ещё два шага. То, что сделал кошка всего одним ударом лапой, не могли сделать лучшие носители смерти. Почти не поправимый урон душе, теперь я уже понял, что являюсь ходячим трупом.
Пошатываясь и роняя кровь, прикоснулся к кинжалу, мысленно моля всех богов, что бы его, не постигла участь лука. Пальцы сомкнулись на рукояти. Сейчас я молодой эльф, готовился продать свою жизнь подороже. Лопатки жгло бешеным огнём, а коты не спешили заканчивать, они собирались поиграть с новой дичью, чёртовы душегубы.
Сердце пропустило удар, дикая боль в груди, кошки повернулись в сторону здания, и ощерились, их шерсть поднялась дыбом. Из-за угла, вышел человек с длинным чуть изогнутым мечом, на его глазах была повязка. Похоже, человек был слеп, но той безумной мощи и опасности, что исходила от него, мог позавидовать демон.
Кошки потеряли ко мне всякий интерес, а я стоял как пришибленный и не мог поветь глазам. От человека весело седой древностью, казалось он старшей меня раз в двадцать и при этом неимоверно молод.
Человек что-то крикнул мне, поднимая свой меч, его оружие как-то странно блеснуло на солнце. И я к своему ужасу заметил, что меч не заточен, в этот момент кошки бросились в атаку. Сейчас они сожрут его, а потом примутся за меня. Одна из кошек прыгнула, а человек рубанул мечом и эта тупая железка развалила кота надвое.
Он сделал ещё один шаг, замаха и удара я не увидел, но второй кот лишился головы. Две оставшиеся кошки, не сговариваясь, кинулись бежать, вот только человек им этого не позволил, два хлопка неприятно ударили по ушам, и шкуры котов на спине буквально разрывает в клочья, какая странная магия.