Владимир Голубченко – Тайна ордена Еретиков (страница 55)

– Динамит, – изображая наигранную раздраженность вопросом, отозвался Питер и взглянул на историка: – Тринитротолуол, если по-научному.

– Дьявол, ты бросил в меня целый мешок чертового тротила? – профессор знал, что от подобного, никакой детонации произойти не могло, но сдержать эмоций не смог: – Где ты вообще его раздобыл?

– Ну, во-первых, не я, а Мак, – улыбнулся вор: – А во-вторых это не так уж и сложно. Всего-то и нужно, пару друзей на какой-нибудь стройке… А теперь раз, мы все выяснили, может уже вылезешь, из воды? Тут еще три таких сумки…

– Идиот, – за спиной Питера раздался спокойный голос Софии, очевидно наблюдавшей за перепалкой историка и вора: – Не смей мне давать свое барахло! – толкнув Питера локтем, девушка одним рывком выпорхнула из самолета и пролетев несколько футов, приземлилась на рыхлую землю, не коснувшись воды.

Взираясь в след Софие, Питер уже готов был сделать свой выпад колкой фразой, но внезапно осекся, подмигнул Южину, наконец добравшемуся до берега, пожал плечами и бросил вторую сумку. В этот раз профессор был готов и новая порция взрывного вещества сошла на берег.

– Ну же, принцесса! – взбалмошный вор, решил переключить свое внимание на последнего участника экспедиции: – Готов испачкать свои потные, «снобские» ладошки?

Не отвечая на «остроумный» вопрос, Лебелетье неуклюже выглянул из самолета и бросив короткий взгляд на простирающийся по обе стороны лес, шагнул вперед. Тугой узел ремня, крепко опутывавший кисти француза не позволил ему сгруппироваться и в следующее мгновение, он плюхнулся в грязную реку.

Словно не замечая беспомощно барахтающегося, в неудачных попытках подняться на ноги, Лебелетье, Питер быстро выпрыгнул из самолета и подхватив объемный канат, крепившийся к фюзеляжу «Альбатроса» направился в сторону ближайшего, клонившегося к речной глади, дерева. Следя за действиями компаньона, Иван не сразу догадался, для чего Питеру канат, но увидев, незамысловатый узел на склонившейся ветке, осознал, что это всего лишь стояночный трос, в версии «контрабандиста».

Вернувшись к ожидавшей его группе, к которой только-только присоединился еще не успевший привести дыхание в норму француз, Питер, вглядываясь в глаза компаньонов, быстро взвалил промокшую сумку на плечи. Параллельно выуживая пожелтевший лист, некогда написанный рукой Бартоломью Робертса и несуразный GPS датчик, он продолжал взираться на разношерстную компанию.

– Так ребятки, мы всего в трех милях от того места, что… – замолчав, Питер поднял вверх письмо и пренебрежительно фыркнув продолжил: – …в этой бумажке, так что нам придется спешить. – обведя широким взглядом облачное небо, вор деловито взмахнул пальцем: – Нам повезло с погодой, по какой-то причине, дожди решили дать нам возможность пройти, но это не значит, что они не грянут позже. И поверьте, мы не хотим оказаться в джунглях, во время ливня, – с этими словами вор шагнул в сторону чащи, на ходу вынимая широкое лезвие мачете из поясных ножен.

Глава 67

Где-то над чащей Габонского леса, Центральная Африка

19 сентября 2021 года, 6:27

Оставив самолет далеко позади, в относительной безопасности, сокрыв его от посторонних глаз, путники наконец шагали по зыбкой земле. Успев осмотреть покатый берег неизвестной реки, историк подумал, что ливни, о которых говорил Питер действительно бесчинствовали здесь последние несколько дней, если не недель. Смахнув верхний слой красного песка, Иван шумно выдохнул и наконец взглянул на монументальный лес, возвышавшийся над его головой невообразимо высокой стеной. Там, с высоты птичьего полета, вся эта зелень казалась лишь частью общей картинки на мониторе, но сейчас, взираясь на великолепие, сотворённое временем и природой, у профессора на несколько секунда перехватило дыхание.

Стараясь не обращать внимания на хлюпающую под ногами грязь, Южин шагал след в след группе, продолжая глядеть на исполинские деревья, средь которых пролегала узкая тропа. Ему впервые довелось видеть нечто подобное и потому шаг за шагом, волна детского восторга, сродни той, что он испытывал в небе, вновь стала захлестывать его. Сдерживать удивление он не мог, да, впрочем, и не пытался. Судорожно озираясь по сторонам, пытаясь запечатлеть в памяти каждую травинку, что возникала на его пути, он лишь изредка поглядывал на свою группу, чтобы не отстать. Никто из его спутников не был также возбужден окружающим великолепием. Напротив, сохраняя монотонное молчание они плелись вслед за вором, понурив головы. Несмотря на то, что историк не мог рассмотреть их лица, он все же был уверен, что на них отражено лишь отвращение.

Питер, внезапно взявший на себя роль командующего экспедиции, шел первым, без устали сверяясь с показаниями лэптопа, очевидно синхронизированным со спутником. При этом, он успевал сносить мощными ударами мачете небольшие деревья и кустарники, что путались под ногами, усложняя и без того не самую легкую прогулку.

София, следовавшая следующей за вором, постоянно зевала и не проявляла к окружающему никакого интереса. Наблюдая за ней, историк внезапно ощутил, что отчасти разочарован ее безразличием, но тут же отогнал эти мысли. В конце концов, она вероятнее уже бывала в подобных местах и все радости от посещения джунглей, давно забыты, оставив лишь осознание трудностей.

Лебелетье, плелся за девушкой, с трудом уклоняясь от листвы и веток то и дело норовивших оставить след не его лице. Путники решили не освобождать старика, мало кто готов был ему довериться, правда сам француз особо и не протестовал. В любом случае вся экспедиция двигалась в направлении, которое требовалось ему, от того, смысла в спорах попросту не было. Поэтому несмотря на неудобства и скорее всего уже давно затекшие руки он продолжал двигаться вперед.

Одарив пленного пренебрежительным взглядом, профессор продолжил озираться по сторонам. Многовековые стволы экзотических деревьев, образовывали очаровывающей своей монументальной простотой свод густых листьев, сквозь который жаркое солнце, планомерно застилающее джунгли, пробивалось с большим трудом. Чего, впрочем, было достаточно чтобы освещать путь. Лучи, которым все же удавалось разбить плотную оборону листвы, добавляли в и без того непостижимый пейзаж первозданной природы, ощущение невероятности. Благоговейно созерцая все красоты в которых очутился Иван с легкой руги Бартоломью Робертса, он совсем отвлекся от своей цели. Все цело отдав себя прекрасным видам густых зарослей джунглей в слабом свете рассветного солнца, он благополучно забыл о сокровище и погоне. Находясь в этом лесу, сохранившем первозданную красоту и прислушиваясь к мириадам звуков, издаваемых множеством животных и насекомых, профессор внезапно ощутил полное спокойствие. Непрекращающейся гомон жизни, что наполнял этот лес, слился в единый шум, только усиливающий осознание отчужденности этого места. Продолжая широко шагать, Иван внезапно вспомнил с десяток отвратительных историй и фильмов, рассказывающих о нелегкой судьбе путешествующих в джунглях и их, что самое неприятное, безвременных смертях. Пытаясь отогнать гиперболизированные образы, историк качнул головой и слегка ускорился.

– Ну что, док? Как тебе путешествие по джунглям? Задор убавился? – замахиваясь мачете над очередной лианной, спросил Питер.

– Нет! – выпалил профессор, перебираясь через невысокий камень и с неохотой переводя свое внимание на вора. Полное ярких впечатлений путешествие по экваториальным лесам, поражало историка все больше и больше с каждой секундой. Стоило только его глазу зацепиться за мелкую поросль расцветающей лилии, или широкой листве папоротника, так в профессоре начинал ликовать мальчишка, заставляя шагать вперед за новыми впечатлениями.

– Ну как же? – не унимался Питер: – Из иллюминатора все выглядело на много красивее: зелень, вода, сплошная красота и экзотика! А здесь на самом деле грязь, вонь, жара и целая армия гадов, так и норовящих высосать твою кровь! – с этими словами, Питер с силой ударил себя по щеке, очевидно стараясь расправиться с очередным москитом.

Набрав полную грудь воздуха, профессор уже был готов вылить на вора целый ушат эпитетов, только отчасти способных передать все эмоции, что переполняли его, но внезапно осекся. Всего в нескольких футах, из глубины лесной чащи на него уставились два немигающих глаза. Ужаснувшись он отшатнулся и тот час ощутил острую боль в шее. Инстинктивно коснувшись ранения, он почувствовал торчащую из шей тростинку-дротик и в следующее мгновение лес перед его глазами закрутился, превращаясь в сплошное зеленое пятно.

Глава 68

Где-то в Габонском лесу, Центральная Африка

19 сентября 2021 года, 8:12

Терпкий запах химической субстанции, донесшийся до носа профессора, мгновенно отозвался острым всполохом боли, в беспросветной пустоте сомкнутых век. Силясь побороть приступ тошноты, Иван попытался открыть глаза, но узкая полоска света, с силой ударившая в измученные зрачки, тотчас отозвалась острым спазмом где-то в глубине головы.

С силой сжав и без того тяжелые веки, он попытался понять где находится и тут же, воспаленный мозг вывернул откуда-то из глубины сознания, ужасные воспоминания, предвещавший забытие. Словно пара раскаленных углей, перед профессором замаячили стеклянные, немигающие глаза, злобно взиравшиеся на него из лесной чащи и уже в следующее мгновение вся группа, словно жалкие марионетки, чьи нитки были разом разорваны летят в грязь. Восстановив образ последних минут, Южин вдруг осознал, что не хочет открывать глаза, он осознал, что боится увидеть то, что может ожидать его по ту сторону беспамятства.